Верить предсказанному? - Сергей Бадей

— Командир здесь! — рявкнул Карвин, вскакивая.

Мы все встали и обратили взгляды на Растора.

Он, молча, проследовал в мою комнату, махнув на ходу мне, чтобы я следовал за ним.

— Садись! — бросил Растор, проходя к столу, стоящему у окна. — Серый, готовь ребят. Через неделю выступаем.

— Задача? — спросил я.

— Та еще! — в тон мне буркнул Растор.

Так. Не нравится мне что-то наш командир. Таким злым я его, пожалуй, еще не видел.

— Желательно получить более конкретные данные, — нейтральным тоном попросил я.

Растор тяжело вздохнул, плюхнулся в кресло и, опершись локтем об стол, сдавил пальцами переносицу. Ну, это-то понятно, он всю ночь не спал, как и Трантон. Я их мордовал на «рукопашке». Конечно, они не делали особых успехов, но медленно становились крепкими бойцами. Во всяком случае, десятком наиболее простых и эффективных приемов, они владели уже достаточно уверенно.

— Герцог Райерон ад Разора изволит проследовать к западным границам королевства для инспекции припограничных гарнизонов, — известил меня Растор.

— А мы тут причем? — не отставал я.

— А мы его будем сопровождать, — лицо Растора снова перекосило от еле сдерживаемого гнева.

Вот оно что! Я тоже почувствовал злость.

— Мы что, телохраны? Это не наши задачи! — сердито сказал я.

— А если учесть, что это тело, которое мы должны хранить, еще и очень капризное и недалекое, — подхватил Растор. — То ты сам понимаешь, что мне особой радости такие задания не доставляют. Я представлял задачи моего отряда несколько иначе.

Дверь открылась, и вошел Трантон.

— Растор, чего шумишь? — спросил он, подходя к столу. — Я тебя еще в коридоре услышал.

— Да вот. Подкинули нам задачку, — прихлопнул ладонью по столу Растор.

— Уже? — радостно удивился Трантон. — Какую?

— Хранить тело какого-то герцога, — буркнул я.

Радость медленно уходила с лица Трантона, уступая место недоумению и, даже где-то, обиде.

— Не понял? — Трантон вопросительно уставился на Растора.

— Да что тут понимать? — Растор вскочил и начал мерить шагами комнату, в то время как мы с Трантоном уселись на кровать. — Райерону Его Величество поручил провести инспекцию пограничных гарнизонов. Герцог Поронет присутствовал при моем докладе о готовности нашего отряда. Вот Поронет и предложил таким образом проверить нас в деле.

— Боюсь, что термин «хранить», придется заменить термином «хоронить», — задумчиво произнес Трантон.

— А чего это, вдруг, этого Поронета «пробило» на такую щедрость? — удивленно спросил я.

— А того, что он является дядюшкой Райерону. А его сестра герцогиня Райерон попросила своего братца продвинуть карьеру своего отпрыска. Потому, что он застрял, в то время как его сверстники граф Фонхул и маркиз Гормат уже командуют большими отрядами.

— Я уже не говорю о графах Лоторусах, — присоединился Растор. — Эти даже младше нашего герцога, но уже сделали карьеру. А взять, к примеру, виконта Сольери и ….

Я совершенно запутался в титулах и именах всех этих вельмож, и тихо косел под неустанное перечисление достижений и поражений дворянства Тарога. Так, кажется, этот перечень имеет тенденцию к бесконечности. Как бы его остановить? …О! А вот и решение! Ползи таракаша, ползи!

Грохот, когда я обрушил на несчастное насекомое, подвернувшийся под руку сапог (левый, кожаный, немного жмет, зараза), резко прервал излияния командиров.

— Таракан, чтоб его! — ответил я на недоуменные взгляды замолчавших дворян. — Растор, а не мог бы ты более подробно рассказать о самом задании, и в каком аспекте его рассматривать?

Растор нахмурил лоб, от усилия вспомнить, о чем собственно речь. Вспомнил.

— Мы должны сопровождать герцога Райерона в его инспекции припограничных гарнизонов.

Растор нахмурился.

— Но вот что непонятно. Когда я докладывал, Его Величество этак многозначительно переглянулся с Поронетом. И фраза, при окончании постановки задачи: — «Научите этого паренька суровым будням».

Кажется, до меня начало доходить.

— Если, при этом, Поронет этак непонятно улыбался, то я, кажется, догадываюсь — о чем речь, — неуверенно сказал я.

— Ну да! — серьезно подтвердил Растор, — улыбался. О чем ты догадываешься?

— Не томи! — присоединился Трантон.

— Эх, молодежь! — вздохнул я.

— На себя посмотри! — огрызнулся Растор.

— Уже смотрел, — отмахнулся я. — Вы мне лучше ответьте на несколько дополнительных вопросов.

— Спрашивай! — Растор не сводил с меня взгляда.

— Гм…, а этот Поронет, как вообще? Нормальный?

— Что значит — нормальный? — поднял брови Растор. — Ты что, хочешь сказать, что Его величество держит при себе ненормальных?

— Да я не это имел в виду! — с досадой отмахнулся я. — Я спрашиваю, как человек он, хороший, или ….

Я поморщился и сделал рукой некий жест в воздухе.

— К Поронету у меня претензий нет, — решительно сказал Трантон. — Хороший воин и командир! Всего добился сам.

— Справедлив? Умен? — деловито продолжил я.

— Ну, да, — кивнул Растор.

— Тогда суду все ясно! — удовлетворенно вздохнул я. — Я так понимаю, что дядюшка решил поучить своего племяша жизни. Надо его конкретно взять в оборот, чтобы он и пискнуть не мог. Всего-то делов!

— Ага, а потом он нажалуется на нас своему дядюшке, — подхватил Трантон, — и будет нам счастье.

— Подожди, Трант, — перебил Растор. — Серый прав. Дядюшка сказал, что его племянник будет инспектировать инкогнито, под видом рядового бойца нашего отряда, а, значит, должен соблюдать дисциплину и стойко переносить все тяжелые будни походной жизни. Райерон должен подчиняться мне и тебе. Ну, еще и Серому, как сержанту. Ай да Поронет! Умен. Решил таким образом приструнить своего своевольного племянника, да и еще выполнить родственный долг перед сестрой!

— Ну, тогда, ничего страшного, — довольно потер руки Трантон. — Уж Серый с Карвином смогут устроить этому герцогу суровые будни. Уж на что я привычный, а до сих пор передергивает при одном воспоминании о сегодняшней ночи.

Да, этой ночью я немного переусердствовал. Трантон, при отработке приема, достаточно жестко меня киданул, и, самодовольно улыбаясь, поинтересовался: — «Ну что, теперь-то ты меня не сможешь так, как в первый день, ломать?».

Пришлось мне доказывать, что я его могу ломать не только, как в первый день, но и, как в последующие дни, тоже.

На Трантоне, я продемонстрировал остолбеневшему Растору, все многообразие изуверских и садистских приемов, преподанных мне старшиной Квашей еще во времена моей службы. При этом, под музыкальное сопровождение покряхтываний и стонов Трантона, я комментировал происходящее названиями этих самых приемов.