Держитесь, маги, я иду! - Валентина Елисеева

— Скажи, а люди и тролли заключают браки между собой? Хоть раз такое было? — спрашивала Настя у мужа.

— Нет, конечно! Зачем это троллям на людях жениться? Даже степные и горные тролли между собой о браке не помышляют, — ответил удивленный глупым вопросом жены Северин.

«Ага, значит, изначально и не предполагалось смешение разумных рас между собой. У магов были магички, у людей — человечки, и никаких проблем. То, что маги стали с людьми договоры брачные заключать, — искусственно созданная ситуация, богами-создателями непредусмотренная. Так что все эти зависимости — результат случайного развития событий».

— Я верно понимаю, что Доната и до войны, и во время войны за людей и троллей радела, их от магов защищала?

— Да, все так. Потому и магов победивших прокляла.

«Опять несоответствие получается: защитницей людей была, а теперь своих единственных последовательниц — жриц — в наркоманок превращает. Почему? Может, женщины из лаприкория уже не могут без наркоты обходиться? А меня за компанию к ним приобщить хотела, решив, что я такая же?»

— А в храмах Донатоса можно с богом пообщаться? — понадеялась на адекватность второго создателя мира Настя. Может, с ним поговорить? У него по всему миру много храмов, все его почитают, ему молятся, так почему бы Донатосу не помочь своим бывшим соратникам?

— Нет, конечно! С богами могут общаться только их пророки, которых уже давным-давно нет. Последние из них еще во время войны погибли. То, что жрицы Донаты слышат свою богиню, — и то для меня новость, а что ТЫ ее услышала — и вовсе чудо великое.

— Но ты ведь веришь мне, что я действительно слышала ее голос? — заволновалась Настя.

— Конечно, верю! Ты, моя звездочка, явление уникальное, и потому почти все в твоем случае возможно.

«Итак, с Донатосом не поговорить. Да если бы он мог и хотел что-то сделать, давно бы уже сделал. А проблема ведь с женским полом, то есть только существующему в этом мире инь под силу ее решить. А инь у нас кто? Правильно, Доната!» — рассуждала Настя.

Тем не менее для очистки совести Анастасия с Северином посетили главный столичный храм Донатоса. Так как магическая охрана уже была в курсе полной нормальности леди Таис, то супруги, не особо скрываясь, пошли туда днем после работы. Величественный собор произвел на Настю сильное впечатление: здесь ничто не напоминало аскетизма храма Донаты. Алтарем была прозрачно-красная, переливающаяся оранжевыми и багровыми всполохами глыба сердолика, украшенная богатой вычурной золотой оправой. Статуи бога из белого мрамора высотой в два человеческих роста тоже были инкрустированы золотом, серебром и драгоценными камнями. Статуй было три, стояли они полукругом вокруг алтаря: центральная с руками, поднятыми вверх, а боковые — со сложенными в молитвенном жесте. Между ладоней центральной статуи полыхал яркий, слепящий огонь.

— У вас есть специальные маги при храме, которые поддерживают этот огонь? — шепотом спросила пораженная силой пламени Настя.

— Нет, — тоже шепотом ответил Северин. — Это не магический, это божественный огонь. Его не надо поддерживать, он сам горит.

— Да ладно! — громко воскликнула землянка, которую и в школе, и в институте учили свято верить в закон сохранения энергии.

Северин сурово покачал головой и приложил палец к губам, советуя говорить потише, при этом глаза его весело блестели. Окружающие супругов молящиеся люди и маги недовольно посмотрели в сторону нарушительницы тишины, и Настя отошла подальше в уголок и тоже углубилась в попытку пообщаться с местным богом. Но ни горячие мольбы, ни дерзкие высказывания в адрес неразумного божества эффекта не дали: Донатос молчал и никаких знаков не подавал.

Прошло еще несколько дней. В школе, глядя на светлые личики юных магов, Настя не находила себе места от желания помочь ребяткам, пусть не нынешним, но хоть будущим детям этого мира.

«Надо все-таки пойти с Донатой пообщаться. Она тоже женщина, даже более того: изначальное инь этого мира. Кому, как не ей, понять мои печали. И она богиня! Должна же хоть что-то уметь? Война уже двадцать тысяч лет как кончилась, пусть уже вернет магичек миру», — решила Настя.

Анастасия поделилась с мужем своими планами и предположениями. Северин ее героического порыва не оценил.

— А если тебя опять наркотическим дурманом опутают? В храме навсегда оставят? Ты тогда и другим не поможешь, и сама пропадешь.

— Не опутают! В прошлый раз не задержали и теперь отпустят. Я не буду дотрагиваться до алтаря и спокойно уйду, когда захочу.

Супруг возражал и уговаривал, Настя настаивала на своем. В итоге Северин решился отпустить любимую с условием, что через час он выведет ее из храма, даже если придется применить силу.

Анастасия Таис открыла двери в храм Донаты.

— С возвращением, сестра, — приветствовала ее жрица на входе.

Настя обернулась и решительно ответила:

— Извините, но не сестра. Никогда не одобряла секты, знаете ли. Особенно на наркоте основанные.

Оставив за спиной онемевшую от изумления женщину, Настя проследовала к алтарю и встала в задумчивости.

«Ты чего-то хочешь попросить для себя?» — прозвучал в Настиной голове чужой женский голос.

— Вот еще! Чего мне просить у богини, которая своих последователей на принудительной дозе держит? Даже наши древнегреческие божки себе такого не позволяли.

«Какая разговорчивая! Обычно люди просят всего и много, не размышляя о моральном облике своих богов».

— Ну я точно не из тех, кто просит: «Боже, дай мне силы, терпения и на всякий случай — миллион долларов».

«Тогда зачем пришла?»

— Отличный вопрос! Третий день его себе задаю.

В голове Насти насмешливо хмыкнули. Она решила-таки озвучить свои главные вопросы к местной богине.

— Во-первых, почему вы так поступаете с ними? — Настя повела рукой вокруг, указывая на собравшихся неподалеку жриц.

«Бог-создатель мира жив лишь до тех пор, пока жива память о нем в его последователях. После войны и маги, и люди, и тролли почитают лишь Донатоса и молятся только ему. Без этой горстки женщин меня бы уже не было».

— Почему вы не предлагаете им служить добровольно?

«Их приводили в таком состоянии, когда воли у них уже не оставалось».

— И вас устраивает такое положение дел?

«У меня нет других вариантов. И это полностью наша с братом вина: мы глупо поссорились, повергнув наш мир в хаос. Как могли бы сказать в твоем родном мире: если уж создали один мир на двоих, то следует вечно тянуть этот „бизнес“ вместе, не устраивая драк за контрольный пакет акций».

— Вы знаете о моем мире? Можете его видеть? — поспешила выяснить Настя.

«Нет. Я только могу читать твои воспоминания о нем. Ты так пренебрежительно отозвалась о „божках“. В кого же ты веришь? — Голос ненадолго замолчал. — О! В твоем мире теперь верят в изначального! Сложный путь. Разве не проще молиться тем божкам, что ближе и понятнее?»