Чистый лист - Дарья Кузнецова

— Да уж, судьба, — задумчиво отозвалась я.

— А ты правда невеста Капитана? — конечно же не удержалась она от главного вопроса.

— Я дочь его погибшего друга. А Май просто пожалел меня и согласился помочь освоиться. Мне в Беряне ужасно не везет… Как приехала — ограбили, да и то платье, которое оставалось, испортилось, — грустно вздохнула я, радуясь, что по документам мне всего семнадцать лет и болтать без умолку положено природой. — Страшно представить, что со мной было бы, если бы не Май! Беряна такая огромная, столько людей, так все сложно…

— Ой, да не то слово! — подхватила Рада. — Я сама долго привыкала!

За такой вот девичьей болтовней мы и коротали путь. Небойша не встревал, лишь поглядывал на меня ошарашенно: кажется, он удивлялся той легкости, с которой я маскировалась под нормального человека и выдавала заранее заготовленную историю.

К вопросам об островах я тоже была готова: приключенческую книжку про рыбаков и контрабандистов, выданную Маем, прочитала от корки до корки, притом с удовольствием. Тезка даже пообещал найти мне еще что-нибудь того же автора, у него в личной библиотеке больше не было. Кстати, надо бы напомнить…

В итоге Радмила прониклась и, если до этого сердилась за платье, окончательно простила вынужденную кражу. Только попеняла Небойше, что мог бы и попросить — что ж она, зверь какой, человеку одежду пожалеть! Аспирант благоразумно покаялся в очередной раз и пообещал больше так не делать.

— Рада, а скажи мне, пожалуйста, — опомнилась я, — почему здесь, в столице, приняты наряды с такими неудобными застежками, на спине? Вот то платье, которое Неш принес, и другие, которые мне Май купил…

— Потому что Неш выбрал, конечно! — возмущенно фыркнула она.

— Ну я же тебя в нем видел, узнал, ну и вот… — виновато пробормотал Минич.

— Ну да, на свидании он меня видел! Хорошо, хоть что-то запомнил, — проворчала Рада.

— Это все к чему было? — попыталась я вернуть их к заданному вопросу.

— Да не все они такие, — отмахнулась Радмила. — Капитан-то небось не в абы какую лавку тебя потащил, а к личному портному или в салон. А кто в таких местах одевается — у тех прислуга есть. У остальных все практично! — Она кивнула на собственный костюм из юбки, блузки и приталенной жилетки.

— Да, я как-то не подумала об этом, — пробормотала растерянно. Ответ оказался удивительно простым.

Мы перешли из лабораторного корпуса в соседний, миновав живописную галерею с огромными окнами по обеим сторонам. Вид был не особенно захватывающий, но зато вдоль прохода тянулись широкие низкие подоконники, которые студенты облюбовали для своих посиделок вместо лавочек. Кто-то читал, кто-то болтал, кто-то переписывал не то лекции, не то домашние задания, кто-то дрожащими от усталости руками переводил через стекло чертеж. Последнего парня я искренне пожалела: у него выходило не слишком-то ровно, а работа была обширная и непростая. Хотя бумага по стеклу и не съезжала; подозреваю, работала тут та же увеличивающая трение магия, что и в моих чулках.

Лекционный корпус отличался масштабами. Коридоры шире, потолки выше, больше света — здесь явно все было рассчитано на внушительные толпы народа. Хотя сейчас, посреди занятия, в коридорах царила тишина.

— Предлагаю подождать, осталось всего пять минут, — сообщил Небойша.

— Пять минут потерплю, — покладисто кивнула я.

— А зачем тебе профессор? — запоздало поинтересовалась Радмила.

— Он мою голову после того нападения осматривал, а она вот закружилась сегодня, я хотела попросить проверить. — Версию я придумала по дороге, поэтому к вопросу оказалась готова. — Да вам не обязательно ждать, я запомнила путь.

— Ну нет! Еще не хватало, чтобы ты упала по дороге! Удар по голове — это не шутка, — назидательно заявила Рада.

Хм. Версия хорошая, но мне-то надо со Стевичем с глазу на глаз поговорить, без свидетелей! Ладно, одна надежда, что он после лекции соберется обратно в лабораторный корпус, глядишь, получится ускользнуть из-под опеки Добрицы. Нет, она хорошая девушка, хоть и болтушка, сердобольная и заботливая. Но… вот именно сейчас это ужасно некстати.

— Майя? — с удивлением окликнул меня профессор, последним покидая аудиторию. — Случилось что-то?

— Мне кажется, мое самочувствие ухудшилось. Ты же говорил, если вдруг голова опять заболит или закружится, сразу обращаться. Ну вот и… — спешно затараторила я, делая страшные глаза и старательно кося на Добрицу.

— Ах, голова, — задумчиво протянул Горан. — Ну давай посмотрим твою… голову. — Он потянул на себя дверь, которую не успел запереть. — Проходи. Нет, вы, если хотите ждать, ждите тут, осмотр пациентов — дело личное.

К моему облегчению, Стевича они послушались, и мы вдвоем вошли в лекторий. Это была большая прямоугольная зала, где стулья и столы для учеников располагались ярусами, словно в театре. Горан прошел к преподавательскому столу, положил на него потертый пухлый портфель.

— Ну что там у тебя за проблема? С головой, — хмыкнул он.

— С головой — это я для Добрицы придумала. Что меня треснули по макушке, когда ограбили, а Май к тебе привел для наблюдения.

— Давай к делу, перерыв короткий.

— Да, к делу. Ты уже проанализировал вчерашние результаты? Ничего… странного там не было? — напряженно спросила я.

— Кроме того, что вы оба идете на поправку? Нет. — Стевич после моих слов сделался гораздо более заинтересованным. — Что-то изменилось?

— Не знаю, — вздохнула я. — Помнишь, ты говорил, что при продолжительном нахождении рядом с другим человеком у стертого может возникнуть привыкание, а потом и вовсе зависимость? Так вот, твои измерения показали бы, если бы что-то подобное приключилось?

— А ты, значит, полагаешь, что оно приключилось? — переспросил Горан с кривоватой усмешкой. — И какие симптомы?

— Ну… Я вот, например, вчера думала, что мне не хватает разнообразия в общении, очень узкий круг знакомств. А сегодня посидела, поговорила немного с Небойшей и поняла, что мне совсем даже не хочется ничего расширять и лучше бы я с Маем болтала. Хотя он при этом, на минуточку, был в соседней… — В этот момент я осеклась, потому что Стевич расхохотался, не дождавшись конца рассказа. — Ага. То есть я напрасно паникую, это не магическое отклонение?

— Как сказать, — весело возразил мужчина. — Но поверь мне, такую зависимость ты бы ни с чем не спутала и сомнений у тебя не возникло бы. Там речь не о желании быть рядом, а о панических атаках в отсутствие объекта привязки и болезненном, мучительном состоянии сродни абстинентному синдрому. У тебя, деточка, это симптом другого заболевания, — ехидно подытожил он.

— Ой, вот только издеваться не надо! — поморщилась я. — И без тебя давно догадалась, что влюбилась окончательно и бесповоротно. Но я же не знаю, как у меня обычно это происходило! И про магию местную ничего не знаю, мало ли подо что она маскируется.