Давший клятву - Брендон Сандерсон

Еще три Сплавленных спускались с небес. Похоже, Сзет привлек внимание врага.

Адолин и его люди достигли крытой лестницы, ведущей на стену. Тетя Навани помахала сверху, потом жестами принялась торопить его. Адолин поспешил подняться и в конце лестницы обнаружил скопление солдат Садеаса. Они рубили двери ручными топорами.

– Может, позволите мне сломать эту дверь? – насмешливо бросил Адолин, остановившись у них за спиной.

Через некоторое время он вышел на галерею, оставив позади себя пять трупов. Эти не вызвали у него особой грусти. Всего через несколько минут они могли добраться до Навани.

Она обняла его и напряженно спросила:

– Элокар?

Адолин покачал головой:

– Мне жаль.

Она крепко прижала его к себе, и Адолин отпустил свой клинок, обнял Навани, пока ее сотрясали тихие рыдания. Вот буря… он знал, на что это похоже. У него по-настоящему не было времени осмыслить смерть Элокара. Принц чувствовал гнет ответственности, но разве ему удалось оплакать своего кузена?

Молодой человек крепче прижал к себе тетю, чувствуя ее боль, отражение собственной. Каменный монстр прорывался через город, вокруг повсюду кричали солдаты, но в тот момент просто ему хотелось утешить мать, потерявшую сына.

В конце концов они разжали объятия, и Навани вытерла глаза носовым платком. Она ахнула, увидев его окровавленный бок.

– Все в порядке, – поспешил успокоить ее Адолин. – Ренарин исцелил меня.

– Я видела твою нареченную и мостовика внизу, – сказала Навани. – Значит, все… все, кроме него?

– Прости меня, тетя. Мы его подвели. Элокара и Холинар, обоих.

Она промокнула глаза и расправила плечи, вновь обретая решимость:

– Идем. Сейчас нам надо сосредоточиться на том, как не дать этому городу встретить ту же участь.

Они присоединились к королеве Фэн, взиравшей на битву со стены.

– Эстнатил был на стене с нами, когда та тварь нанесла удар, – объясняла она сыну. – Он упал и, скорее всего, погиб, но где-то там, посреди мусора, лежит осколочный клинок. И я не видела Тшадра. Может, он в своем особняке? Не удивлюсь, если узнаю, что он собирает войска на верхних ярусах.

Они считали осколочников. У Тайлены было три доспеха и пять клинков – внушительное количество осколков для королевства такого размера. Восемь домов передавали их из поколения в поколение, от отца к сыну, и все служили трону в качестве великих стражей.

Адолин окинул город взглядом, оценивая защиту. Сражаться на улицах было трудно; отряды теряли связь, враг подбирался с флангов или окружал. К счастью, войска Садеаса как будто забыли о своей боевой подготовке. Они не удерживали занятые позиции; солдаты сбивались в группы, которые рыскали тут и там, словно стаи рубигончих: носились по городу и искали, с кем бы подраться.

– Вы должны присоединиться к своим войскам, – посоветовал Адолин тайленцам. – Перегородите улицу внизу, организуйте сопротивление. Затем…

Его прервал внезапный громкий свист.

Адолин пошатнулся, когда стена содрогнулась, и вслед за этим проломленная чудовищем дыра… заросла. Металл поднимался, словно морозный узор на стекле, и заполнял отверстие, рождаясь из вихрящихся и завывающих воздушных потоков.

Итогом стала красивая, блестящая бронзовая заплатка, которая сливалась с каменной кладкой, полностью заполняя пролом.

– Ладони Тальна… – пробормотала Фэн. Они с супругом подошли ближе к краю и посмотрели на Ясну, которая отряхнула руки и уперла их в бедра с удовлетворенным видом.

– Итак… меняем тактику, – объявил Адолин. – Раз пролом теперь заделан, можно выставить лучников на посты, чтобы они одновременно обстреливали армию снаружи и удерживали площадь внутри. Установите здесь командный пост, очистите улицу внизу, а потом удерживайте стену, чего бы это ни стоило.

Внизу Ясна отошла от чуда, которое сотворила, а потом присела рядом с каким-то мусором и склонила голову набок, прислушиваясь к чему-то. Она прижала руку к мусору, и тот исчез, превратившись в дым. Под ним оказался труп – и блистающий осколочный клинок рядом.

– Кдралк, ты умеешь обращаться с осколочным клинком?

– Я… я практиковался с ними, как и остальные офицеры, и… ну…

– Отлично. Бери десяток солдат – и марш за тем клинком. Спасите осажденный отряд у основания Древнего округа, после помогите тем, кто сражается на лестнице. Разместите всех имеющихся лучников на стене, а остальным солдатам поручите охранять улицы. – Адолин бросил взгляд через плечо. Отвлекающий маневр Шаллан пока что действовал хорошо. – Не пытайтесь охватить слишком большую территорию, но по мере того, как ваши ряды будут прирастать спасенными, постарайтесь удержать весь Нижний округ.

– Но, принц, – заговорила Фэн, – что будете делать вы?

Адолин призвал клинок и указал на дальнюю часть Древнего округа, где громадный каменный монстр смел группу солдат с крыши. Другие безуспешно пытались повалить его с помощью веревок.

– Кажется, тем людям не помешает помощь оружия, которое было придумано как раз для того, чтобы рассекать камень.

Амарам сражался с поразительной яростью, неистовой разновидностью гармонии, без устали чередуя атаки, удары осколочными клинками и красивые стойки. Каладин парировал удар с помощью Сил-копья, и на миг противники замерли.

Из локтя Амарама, пробив пластину осколочного доспеха, вырвался острый фиолетовый кристалл, мягко светящийся изнутри. Вот буря! Каладин отпрянул и едва успел избежать удара, который враг нанес другим клинком.

Каладин отскочил. Его обучение бою на мечах было коротким, и он никогда раньше не сталкивался с противником, который дрался двумя клинками одновременно. Он сам счел бы это неудобным. Но в исполнении Амарама такой стиль боя выглядел элегантным и завораживающим.

Красное свечение внутри шлема Амарама потемнело, приобрело кровавый оттенок и каким-то образом сделалось еще более зловещим. Каладин парировал очередной удар, но тот оказался таким сильным, что его отшвырнуло назад. Он сделал себя легче для битвы, но в сражении с осколочником у этого были последствия.

Пыхтя, Каладин взлетел, чтобы увеличить расстояние между собой и врагом. Доспех не давал ему применить к Амараму плетения и блокировал удары Сил-копья. Зато, если Амарам ранит его, это обездвижит Каладина. Он мог исцелить рану от осколочного клинка, но медленно и после этого был бы очень слаб.

Все усложнялось еще и тем, что Амарам мог сосредоточиться только на их поединке, в то время как Каладину приходилось следить за Далинаром, на случай…

Преисподняя!

Каладин плетением направил себя в сторону и понесся туда, где одна из Сплавленных зависла над Далинаром. Она ударила, целясь в Каладина, но это лишь позволило ему посреди замаха трансформировать Сил в клинок и рассечь ее копье пополам. Она сердито загудела и поплыла назад, вытаскивая меч из ножен. Далинар внизу выглядел всего лишь тенью посреди беспокойного алого облака. Там мелькали лица, чьи рты были разинуты от гневных криков, ярости, жажды крови, и все вместе выглядело как вспученный грозовой фронт.