Тайна Подземья - Светлана Гамаюнова

Я слушала Драго, затаив дыхание. Как-то не так нам рассказывали про мир Подземья. Говорили, что Тьма – это извечное зло, и хочет она Свет поглотить и погубить. Я спросила дракончика:

– Драго, из твоей сказки получается, что Тьма не есть изначальное зло?

– Так и есть, Жиль. Так и есть. Так что не будем принимать на веру утверждение, что Свет – это Добро, а Тьма – это Зло. Или утверждать, что Свет сам по себе есть созидательная сила, как и Тьма сама по себе есть разрушительная. И Свет может как созидать, так и губить, ничем при этом от Тьмы не отличаясь.

Драго почесал сначала одну голову, потом другую и добавил:

– Повторяю мысль еще раз. На самом деле Мир Изначальный – он цельный. Если оторвать от него одну часть и из нее свой мир слепить, то такой мир естественным образом развиваться не сможет. Этот мир все время в определенных рамках держать надо. Вот для этого Люцифер равновесие и придумал. И людей, которые это равновесие поддерживают, назначил, и названия им дал разные: феи равновесия, стражники да хранители равновесия. Институты открыл, в которых это равновесие исследуют. Все при деле. За изучение его работники ученые степени получать стали. Работа идет. Однако изначально знал Люцифер, что не вечно это, и время его когда-нибудь закончится, как и всё заканчивается даже у бессмертного. Просто изменится или разрушится мир – неизвестно. Будет ли противиться Люцифер изменению или разрушению своего мира – тоже неведомо. Может, надоело ему миром управлять хуже горькой редьки и за все быть ответственным. И рад он будет переменам. Думал я, Жиль, об этом. Больно гордым этот ангел был всегда. Вот так-то, милая, – закончил довольный Драго. – Вот так-то. Сказка ложь, да в ней намек, умным девицам урок.

– Спасибо, Драго. Ты самый лучший. Самый, самый умный. Расскажи еще о пророчестве.

– Мутное, неясное это пророчество. Может, за века многое потеряно. Одно место в нем интересное есть. Там в завуалированной форме сказано, что есть у Люцифера одно слабое место. Смерть его и сила власти на конце иглы спрятана. Если иглу разрушить, то и силу он свою потеряет. А когда он силу свою потеряет, то и мир изменится.

– Скажи, что это за игла, где ее искать и кто ее разрушит? – пыталась подлизаться я к дракону.

Дракончик вздохнул, хитро прищурился, подмигнул мне сначала двумя левыми глазами, потом двумя правыми.

– Ох, стар я стал, только сказки и способен рассказывать. Не могу сказать, где игла. Скажу только, что никто ее не прятал. На самом видном месте она находится, только догадаться надо, какая она. И только людям из пророчества это удастся. А разломает эту иглу и спасет мир Любовь. Где она, эта Любовь, гуляет и какая из себя – мне неведомо. Кто и как ломать иглу будет, тем более не знаю.

– А ты сам-то в это пророчество веришь? И в любовь эту веришь? – спросила я напоследок.

– Я вот столько лет прожил, казалось бы, только и осталось морковь растить и сказки рассказывать, а все одно в любовь верую и в силу ее несравненную, которая даже мир может изменить.

– И последний, последний вопросик, Драго, – жалобно так стала уговаривать дракончика. – Вижу, надоело тебе сказки мне рассказывать. Только одно уточни – какое чувство мечтает возвернуть Люцифер, живя в нашем мире?

– Так ты не поняла? Любовь изначальную он потерял и ее мечтает получить обратно. Вот так-то.

Драго поднялся и нырнул в озеро. А я осталась на берегу в размышлениях. Где сказка, а где правда?

Вот и все радости. И опять мысли о работе – а куда денешься, только в ней и живу, только ей и живу.