Предназначенная - Ольга Герр

Но именно мысль об Элис заставила меня покачать головой, отказываясь от щедрого предложения. Я не имею права решать за нее. Если Элис пожелает жить в резервации, то сама уйдет сюда, когда вернется.

На этом стоило закончить. Отказалась и отказалась, но вино бурлило в крови, и я решила высказаться.

— Свобода, говорите, — прищурилась я. — А как же граница, которую нельзя пересекать? Вы заперты в резервации, сидите на цепи, как собаки у будки.

Джак поджал губы, мой ответ ему не понравился. Он едва сдерживался, чтобы не сказать гадость. Смотреть и то стал иначе – с отвращением. Этот взгляд поведал мне куда больше его сладких речей. Не нужна ему Элис, он просто хотел уязвить Рейдена, отобрав у него воспитанницу. Только и всего.

— Уже поздно, — Рейден поднялся на ноги. — Мы идем спать.

— Как пожелаете, — вожак диких потерял к нам интерес.

— Утром мы уедем, — зачем-то предупредил Рейден.

— Посмотрим, — недобро усмехнулся Джак.

Показалось или это, в самом деле, угроза?

Рейден взял один из факелов, и мы в спешке покинули площадь. В домике мужчина первым делом зажег свечи и буркнул мне, чтобы ложилась спать.

— Мы действительно останемся на ночь? — уточнила я.

— Придется. Ночью из леса живыми не выбраться. Попробуем сбежать, вся стая пойдет по нашему следу.

Я поежилась. Нет уж, игра в догонялки с волками не для меня. Впрочем, заснуть в поселке полном дикий я тоже не смогу.

Я покосилась на кровать. Как и комната в домике она была одна. Ума не приложу, почему Джак решил, что нам так будет удобно. Хотел проверить насколько Элис близка с опекуном? Или он сперва принял меня за любовницу Рейдена?

Видя мое замешательство, мужчина произнес:

— Ложись, я спать не буду.

Оборотень застыл у окна и был напряжен, словно перед броском. Если он и смотрел на меня, то едва ли видел. Взгляд скользил мимо. Что-то настолько занимало мужчину, что близость диады его не волновала. Это не на шутку меня обеспокоило. Нервничающий Рейден такое же редкое явление, как комета Галлея, возвращающаяся к Солнцу раз в семьдесят пять лет.

Сон как рукой сняло. Я присела на кровать и попросила:

— Расскажи что-нибудь.

— Сказку? — хмыкнул оборотень.

— Из сказок я уже выросла. Расскажи о матери Элис и Лэйна. Кем она была для тебя?

Оборотень, забыв об окне, повернулся ко мне. Я испугалась: сейчас пошлет куда подальше вместе с моим любопытством. Но вопреки ожиданиям он заговорил.

Рейден не отличался откровенностью, и я гадала, что изменилось на этот раз. Возможно, ему требовалось выговориться, а иномирянка, которая вскоре навсегда исчезнет из его жизни подходила для этого идеально. Или он не верил, что мы выберемся отсюда живым, и изливал душу перед смертью.

— Ее звали Венона, — сказал Рейден глухо. Ему все еще было тяжело произносить ее имя. Он откашлялся, справляясь с голосом, и дальше говорил уже нормально: — Мы росли вместе. Я всегда знал, что однажды женюсь на ней. Я любил ее лет с пяти, как только понял, что такое любовь.

— А она? — спросила я едва слышно.

— Отвечала взаимностью. Мы были созданы друг для друга. По крайней мере, мы так думали. В восемнадцать мы обручились. Родители не противились нашему браку. И я, и Венона происходили из обеспеченных семей. Наши родные просили одного: подождать до совершеннолетия. Мы не спорили. Никто не сомневался, что свадьба состоится.

— Что же случилось? Что пошло не так?

— Раз в десять лет диким разрешено посещать город. Прежде всего, для торговли, — казалось, Рейден заговорил о другом, но я терпеливо ждала, куда повернет история. — Целый месяц они свободно разгуливают по городу. Торгуют, конечно, но не только. В первую очередь они ищут свежую кровь.

Я недоуменно вскинула брови, и оборотень пояснил:

— Дикие живут в стаях, спариваются исключительно между собой. Это неизбежно приводит к вырождению. Чтобы стая процветала, им периодически требуются оборотни со стороны. Та самая свежая кровь. Некоторые наивные девушки и юноши соблазняются перспективами жизни в лесу без правил и законов города, и уходят с дикими.

Совсем как я сегодня. Все верно – наивная. По-другому не назовешь. Это лишь кажется, что у диких сплошная свобода, но я видела, как они подчиняются альфе. Достаточно одного его взгляда, чтобы здоровый, крепкий оборотень склонил голову. В резервации действуют свои законы и в чем-то они строже городских. А у костра можно потанцевать где угодно, не обязательно ради этого уходить в леса.

— Венона была среди таких девушек? — озвучила я догадку. — Она ушла с дикими?

— Не по своей воле, — тряхнул головой Рейден. — Судьба посмеялась над нами. Среди диких Венона встретила свою диаду – Кирана, младшего брата Джака. Ирония в том, что любила Венона всегда меня, но замуж вышла за Кирана.

— Она не справилась с зовом?

— Она боролась, сколько могла. Венона не хотела жить с дикими, не хотела бросать дом и меня. Но зов со временем крепнет. Либо ты ему подчиняешься, либо он сводит тебя с ума.

Я обхватила себя за плечи. Со мной будет так же?

Рейден, угадав мои мысли, произнес:

— Не переживай. Твое возвращение в свой мир лишит зов силы.

— Очень на это надеюсь, — пробормотала я, а потом добавила: — Ты поэтому так ненавидишь диады?

— Они забрали у меня любимую. Нас связывали подлинные чувства, и они никуда не делись. Но природа навязала Веноне свою волю, в конце концов, убив ее.

Теперь ясно, почему Рейден поддерживает главного смотрителя с его маниакальным желанием истребить в оборотнях все животное. Он и сам этого хочет. Не будь звериной сущности, Венона стала бы его женой, а не какого-то там Кирана.

— Что было дальше? — спросила я. — Это ведь не конец истории.

— На долгих десять лет я потерял Венону. Она уехала с дикими в резервацию, которую согласно закону не могла покинуть. А я ушел с головой в работу и достиг немалых высот. Стал самым молодым этнархом среди оборотней. А потом…

Голос мужчины дрогнул, и он умолк. Я уже знала, что было потом: прошло десять лет, дикие вернулись в город для торговли, и Венона была с ними.

Я не торопила Рейдена, давая ему время справиться с эмоциями. Спустя минуту он сказал:

— Она приехала с детьми. Мальчиком восьми лет и девочкой – пяти.

— Лэйн и Элис, — прошептала я.

Рейден кивнул:

— Верно. Я не сразу ее узнал. Венона сильно изменилась. Я бы рад сказать, что жизнь с дикими пошла ей на пользу, но это не так. Она была несчастлива и не скрывала этого. Мне кажется, Киран поступал с ней жестоко, хотя она напрямую никогда его не обвиняла. Венона родилась и выросла в городе. Она не была создана для жизни в лесу. И меньше всего она хотела, чтобы ее дети росли дикими. Родители Веноны к тому времени скончались. Она была поздним и единственным ребенком, но по закону не могла наследовать их имущество. Став дикой, она потеряла все привилегии городской жительницы. Она отчаянно нуждалась в помощи.