В объятиях его снов - Ксюра Невестина

Собравшись с силами, меееедленно привстала, думая, как улизнуть из-под насильственной опеки, и прокралась ровно два шага, пока меня не замечали. Или делали вид, будто не обращали никакого внимания, занятые подготовкой к своим «охотничьим делам». Улизнуть не получилось — Дагмар толкнул в грудь, и я полетела спиной назад обратно на диван.

— Отдохни и не мешайся под ногами, — заявил он. — Я не собираюсь ловить мерзавца на живца.

А ведь Клаус Ранхар не преминул возможности использовать меня, как наживку, поэтому я с чувством долгожданного облегчения села на диване, когда услышала знакомую тяжелую поступь завуча, вломившегося в комнату, смахивающую на учительскую для отдыха. Этот мужчина был злой и понятный, а Дагмар… этот «фрукт» мне был непонятен с самого начала и до нынешних минут.

Его плотная с широкой костью фигура «шкафа», обтянутого черный костюм преподавателя, немедленно заполнила собою значительную часть пространства. От одного его присутствия мне становилось не по себе, но так лучше, чем если бы я снова осталась один на один с психически неадекватным фениксом, возомнившим себя маминым возлюбленным и, соответственно, моим отчимом. Мне одного «брата» более чем достаточно!

Прежде чем Клаус Ранхар открыл рот, в комнату отдыха гордо вплыл Магнус Фиар. Тот самый Магнус, которого я встретила в кабинете ректора — полного важности и личного достоинства мужчину, увешанного золотыми украшениями, как одеждой первой необходимости воспитанница школы с религиозным уклоном при какой-нибудь захолустной церквушки. В мелких поселениях всегда нравы блюдутся строже, чем в больших мегаполисах, и частенько переходят грань адекватности.

— Хель, — тихо прошептал Клео, не выходя из образа самодостаточного засранца, и подзывая меня к себе протянутой рукой. — Уходим.

— Никуда тотем не пойдет! — рыкнул феникс. Повезло Змею: пока он кинулся собирать учителей, свидетелем начинающейся заварушки не стал. — Мы на границе с драконами! Вы с ума посходили, раз приняли тотем в огненную академию! Ей нельзя здесь находиться!

Клаус Ранхар так и застыл с чуть приоткрытым для ответного рыка ртом. Захлопнул его и перевел несколько пораженный взгляд на меня. Впрочем, Клео с ним оказался более чем солидарен. Для них обоих стало большим открытием, что я — огненный тотем. А значит, ложь это! Моя удивительная мощь — результат вливания драконьей силы и не более того. Вот только как объяснить это Дагмару, обходя стороной тему драконов? Он явно их недолюбливал.

Это, наверное, впервые, когда Магнус Фиар и Клаус Ранхар, оказавшись в одном помещении, не сцепились друг с другом. Именно чувство недоумения поражало каждого человека, входящего в учительскую, когда «драка» начиналась не между заклятыми противниками, а между Дагмаром и ими по одну сторону баррикад! Вот только они стояли у двери, все пребывающие свидетели жались по стенам, а я на диване за взбесившимся фениксом в дальнем углу комнаты.

— Дагмар Волхам, напомнить, на каких основаниях вас допустили в огненную академию? На правах адепта и преподавателя с неполной занятостью, — сказал, словно выплюнул, завуч. — О своей работе я позабочусь сам.

— Ранхаррр…

— Заткнулся, — лениво выдал Клео, подозвав меня жестом. Неуверенно, но я обошла феникса и взялась за руку «брата», тут же прильнув к нему, ища защиты. — Я сам разберусь, что будет правильнее для защиты моей сестры.

Уж кто-то, а драконы мне точно не враги…

— Сестры? Какой сестры? Я ее мать с детства знаю, и знаешь что? Не рожала она тебя аж в двенадцать лет!

Свидетели приободрились, когда поперли ностальгические детские воспоминания о якобы моей матери, а по факту о женщине по имени Майя Длолли. Ее вспомнили все учителя, которые обучали хулиганку, и неодобрительно покачивали головами, поглядывая в мою сторону. Вот точно записали мне все грешки этой Длолли! А я к ней не имела никакого отношения и не собиралась иметь! Я вообще из другого мира на Черной Молнии прилетела… но этого, естественно, они знать не должны.

— Несчастная Длолли, — язвительно протянул завуч, явно намереваясь дать хороший психологический подзатыльник, — подающая надежды адептка и прекрасно справляющийся со своими обязанностями огненный тотем… Если бы не съехавший с катушек феникс, не сбежала бы, спрятавшись в далеком захолустье.

Взбесившись, Дагмар по-мальчишечьи кинулся на Ранхара. Другие преподаватели кинулись оттаскивать вспыхнувшего, как спичка, Волхама, а я смотрела на творящийся беспредел и продолжала тихо офигевать от происходящего. Давно я не видела настоящей драки! Еще со школы! С восьмого класса, когда парни из параллельного класса что-то там между собой не поделили. Невероятно. Детский сад вторая четверть!

Клео приобнял меня за талию и молча развернул на выход. В дверях нам встретилась ректор Лунн (она выпрыгнула, как черт из табакерки. Думала, поседею со страха) и пропустила нас, позволив уйти. А сама старуха Шапокляк вошла в учительскую наводить порядок и отчитывать нафантазировавшего сверх меры адепта-препода.

— Держись от него подальше, — прошептал Клео, наклонившись к моему уху, когда мы порядочно отошли от эпицентра неприятностей. — Дагмар Волхам, как бы это объяснить, не встретивший свою любовь феникс. Он женился, так и не создав магической связи с женой. Мне искренне жаль его сына. Парень мало того, что рос в омерзительной атмосфере, так еще и терпит насмешки от сверстников-фениксов. В военной академии их учится… предостаточно.

— Он связан, — вдруг разболтала секрет. — Он скрывает золочение глаз. Иллюзией, наверное. Он показал мне их. Потом падчерицей назвал, якобы моя мама была огненным тотемом и его возлюбленной.

— Твоя мать… идеальный образчик возлюбленной феникса, — усмехнулся Клео, и я ущипнула его за бок. А вот нечего говорить о моей любимой маме гадости! — Ладно-ладно, не злись. Я не думал ни о чем плохом. Хотя наше знакомство с ней было фееричным.

— Правда? Как? — услышать что-то хорошее о маме удавалось нечасто. Уж слишком вздорным характером она обладала и ни разу на моей жизни не преминула показать его во всей красе, если выпадал случай.

— Позже. Сначала решим, действительно ли твоя мать была тотемом.

— Глупости! Мы ведь!.. Нет, быть того не может. Этот… Дагмар… Майя Длолли — моя мать?

Быть того не могло! Зачем тогда маме убегать из волшебного мира в наш, обыденный и серый? И, если она на самом деле была каким-то непонятным огненным тотемом до меня и при родах передала эту силу мне, то почему не рассказала? Она должна была понимать, что кого-то настолько важного (а эмоции физрука доказали мне, что тотем — это серьезно) когда-нибудь все равно найдут даже в другом мире! Даже, если открывать межмирные порталы достаточно сильны только драконы, которые как раз-таки якобы охотятся за тотемами!

— Просто проверим, действительно ли ты тотем. Если окажется, что да, то сольешь силу. Это сделать несложно.

Клео говорил легко и ненавязчиво, что мне даже хотелось согласиться — да, несложно. Но… разве это справедливо остаться без магической силы в наполненном волшебстве мире? Отдать все, не получив ничего взамен? И это после того, как меня силой вырвали из привычной среды, даже не предупредив? Обидки цвели и пахли, но вслух обвинять того, кому я стала иждивенкой, духа не хватило.