Невольница дракона - Елена Счастная

Кое-как она добралась до покоев, чудом незаметно проскочив мимо всех слуг, что так и норовили попасться навстречу. Однако одно разочарование её всё же подкараулило: в комнате уже ждала дуэнья, и лицо её выдавало изрядное недоумение странным поведением подопечной. А уж оценив её внешний вид, мадам Арлинда и вовсе подскочила с места, как девчонка:

– Что с вами стряслось?! – она подошла и убрала руки Иалины, которыми та пыталась прикрыть разодранный корсаж. – На вас что, напали?

– Вы в своём уме? Кто нападёт на меня внутри замка?

Дуэнья хмыкнула, будто в том не было бы ничего странного. Иалина быстро принялась стягивать испорченное платье и корсет – выдохнула, только когда осталась в одной сорочке. Но ощущение того, что она испачкалась, осталось. Хорошо бы принять ванну.

– Это что, сделал Немарр? – строго спросила мадам, наблюдая за её дёргаными движениями.

– А что, он на это способен? – Иалина посмотрела на неё через плечо.

– Нет, – дуэнья покачала головой. – Но у вас с ним сложные… взаимоотношения. И вчера он был не в себе, потому…

Она не договорила, вздохнув. Похоже, и сама уже не доверяла маркизу как раньше.

– Мне нужно уехать из этого дома. – Иалина снова повернулась к мадам и обхватила её за плечи. – Уехать, понимаете? Я не могу здесь находиться. Среди драконов, рядом с ним. Я не могу! Он раздирает меня на части. Как по живому… Он…

Женщина нахмурилась и поймала её лицо в ладони, останавливая бессвязный поток слов.

– Что с вами? Что случилось, вы мне можете сказать?

Иалина уселась на софу и рассказала дуэнье о найденном склепе и о том, что произошло с ней там, когда она прикоснулась к отпечатку драконьей лапы. И от этого внутри до сих пор что-то вздрагивало и растекалось томлением. Не упомянула она только об очередном уроке, который ей перед тем преподал Немарр.

– Это усыпальница де Коллинвертов, вы правы, – заговорила мадам, когда Иалина замолчала. – И вы, похоже, попали под остатки их чар. Вот и всё. Нечего пугаться.

Но почему-то во всё сказанное не верилось. Уже невозможно было вообще понять, что тут правда, а что – одна сплошная ложь, притворство или проверка. Дуэнья точно что-то скрывала: её задача – в первую очередь присматривать за пленницей и успокаивать. А потому Иалина решила сделать вид, что успокоилась.

И почему Анри уехал так не вовремя? Именно тогда, когда он был нужен!

Ни к завтраку, ни к обеду, ни к ужину Иалина не спустилась в столовую. А маркиз и не настаивал. То ли и сам не хотел её видеть, то ли понимал, что сейчас не самое лучшее время, чтобы встречаться вновь. На следующий день болезненные и тревожные ощущения схлынули, но она снова предпочла с маркизом не сталкиваться. А на другое утро мадам Арлинда напомнила о том, что им сегодня пора ехать в храм Единого.

Иалина не стала возражать: всё это не имело смысла. Теперь ей приходилось выжидать и продолжать плясать под дудку Немарра де Коллинверта. Пока не вернётся виконт, пока не расскажет, смог ли он придумать для неё путь к избавлению. И захотел ли. Она позволила служанкам собрать её к выезду: для встречи с отцом Мерредом выбрали кремовое платье с кружевными рукавами и закрытым воротом. Несмотря на летнее тепло, сегодня придётся терпеть некоторые неудобства: всё же в храм едут. А потому придётся гораздо усерднее обмахиваться веером. Зато у его преподобия не возникнет ненужных подозрений и недовольства её нарядом.

Кроме дуэньи, Иалину отправился сопровождать и шевалье, которого та уже успела мысленно прозвать Псом. Уж больно верно и беспрекословно он выполнял приказы маркиза и следил за его невольницей, кажется, даже тогда, когда она этого не замечала. Сам же Немарр не посчитал нужным дать последние наставления перед важным днём. И невольно зарождались в голове подозрения, что после их последнего разговора он тоже пребывает не в самом лучшем расположении духа. А может, в нем всё же взыграло наконец сострадание, и он решил оставить Иалину в покое хоть ненадолго.

Карета выехала за ворота, только слегка раскачиваясь на ровной дороге. Безмятежное утро окутывало Монтежар рассеянным в лёгких облаках солнечным светом. По улицам неспешно катили другие экипажи. Горожане прогуливались вдоль домов, опасаясь попасть под копыта или колёса. Иалина бездумно смотрела в окно на них, чувствуя, что сейчас предпочла бы снова оказаться в далёком конце столицы и не знать всего этого. Просто не знать и не чувствовать.

Острые шпили пинаклей храма Единого, вытянутого вдоль русла Лейны, показались над крышами ещё издалека. Он нарастал, высился, почти упираясь в небо, пока не встал на пути неподвижной тёмной громадой из тонких ажурных колонн, стрельчатых окон и искрящихся витражей.

Карета остановилась – и шевалье помог выйти под совсем уже неласковое утреннее солнце. Иалина, придерживая шляпку, задрала голову, рассматривая храм Единого как будто другим взглядом, хоть и видела его не раз.

– Пройдёмте скорее внутрь, – простонала мадам Арлинда.

Иалина поспешила за ней, даже не обернувшись на Гарсула, который так и остался в карете. Внутри каменных стен храма оказалось прохладно. Пожалуй, даже промозгло. Солнечный свет, дробясь на разноцветные блики в витражах, почти не нагревал воздух. Но, несмотря на давящую громаду сводов и колоннады, что уходила далеко вперёд, к самому алтарю, дышалось здесь легко. Вместе с дуэньей они дошли до рядов строгих лавок, остановились, разглядывая установленное в нише изваяние Единого: молодого мужчины, держащего в ладонях чашу, из которой лилась вода. Видно, она и символизировала собой Источник.

Оставив мадам Арлинду отдыхать на одной из скамей, Иалина прошла дальше, озираясь и прислушиваясь. Ей бы нужно дождаться отца Мерреда, но, возможно, он был занят. В подтверждение этого в одной из кабинок для исповеди послышались тихие голоса. И неспокойно стало на душе, волнительно. Не от новой лжи, что она собиралась влить в уши преподобного, а от того, что она просто снова его увидит. Пусть и через решётку в перегородке.

Дверца кабинки отворилась – и оттуда вышла молодая девушка в строгом сером платье. Она взволнованно комкала в пальцах носовой платок и кусала губы. Не поднимая взгляда, прошла мимо и, едва поклонившись Единому, покинула храм. Иалина посмотрела ей вслед, опасаясь, что Гарсул ошибся – и исповедь сегодня приводит вовсе не отец Мерред. Ведь девушка после неё вовсе не выглядела радостной, а уж тем более – воодушевлённой отпущением прегрешений. Но идти внутрь всё же пришлось. Тем более дуэнья уже кашлянула, поторапливая.

Иалина едва развернулась в своём платье в тёмной деревянной коробке. Еле уместилась на скамье и выжидательно посмотрела на закрытое пока окошко. Шторка отдёрнулась, и она увидела очертания мужского силуэта. Вгляделась сквозь мелкое сито отверстий – это и правда был отец Мерред. Отчего-то ладони тут же вспотели, а ворот впился в шею, буквально требуя его ослабить.

– О чём вы хотите поведать мне перед ликом Единого? – спокойно заговорил его преподобие, даже не повернув головы в её сторону.