Фальшивая принцесса - Анна Соломахина

Правда, я и сейчас не знаю, кто я на самом деле, но есть хотя бы пара версий. И я даже не знаю, какая из них лучше, точнее хуже. Ведь если я — настоящая принцесса, которую королева подменила сразу после рождения на дочь служанки, но при этом не оставила без своей любви, то Анелия — никто. И её счастье в браке с принцем Судры под большой угрозой.

С другой стороны, если я окажусь незаконнорожденной дочерью короля, то выходит, что моя мама изменила моему отцу. И от этого тоже становится горько.

Всё-таки Харник — ужасный человек!

С такими грустными мыслями я поднялась на борт. В отличие от меня, армарийцы были бодры и веселы. Они перекрикивались, налаживая снасти, в их голосах чувствовались азарт и предвкушение. Ну, уж нет, пусть если и выпускают свои кровожадные инстинкты, то на истинного злодея, а не невинных людей. И я приложу все усилия, чтобы сделать всё правильно!

Сейчас мы плыли с Крайлом в одной каюте, туда даже поставили другую кровать — более широкую, чтобы мы могли оба на ней поместиться. В смежной каюте, как я и думала, поселился Зигвальд. И к его немалому удивлению, мы стали запирать обе двери: и ведущую в коридор, и в его спальню.

— Мы работаем над созданием наследника, — деловито ответил Крайл, когда тот предъявил претензию, мол, не время сейчас отвлекаться на развлечения.

— А она что, ещё не понесла? — и столько удивления было в его голосе, словно у них тут всё по расписанию.

— Понятия не имею, — пожал плечами Крайл, — но лучше закрепить результат, чтобы наверняка.

Несмотря на серьёзный тон, я хихикнула. Потому что прекрасно понимала, для чего мы проводим столько времени в постели. Хотя, конечно, ребенка Крайл очень ждёт, но сейчас больше сосредоточен на процессе. Уж больно он приятен!

Зигвальд на всё это дело неодобрительно покачал головой и буркнул:

— Когда кровь вернётся обратно в верхнюю голову, жду в своей каюте.

Крайл лишь ехидно хмыкнул и вернулся к моим губам. Потому что план А, план Б и даже В составили ещё в Армарии. Обсуждать на самом деле было пока нечего, просто кому-то нечего было делать, а ещё завидно, что другим есть чем.

Ортос в этом плане отлично с ним гармонировал. Порой мне казалось, что на роль брата больше годится он, нежели Крайл, но в таком случае впору было жалеть всех, в том числе Кларка и Виви, над которыми он не упускал случая поглумиться.

А эта парочка к тому же вечно давала повод. Кларка бросало из одной крайности в другую. То он держался отстранённо, мол, Размар не дал чёткого ответа, значит дело мутное, то не давал ей прохода, правда, уже без обычных сальностей. Его явно одолевали сильные чувства, которые нет-нет да прорывались сквозь самоконтроль армарийского воина.

Самое смешное, что Виви, эта мелкая профурсетка, тоже вела себя, как собака на сене. То ходила мимо Кларка с каменным лицом, то я видела, как она целуется с ним в закутке, да так страстно, что мне становилось жарко.

— Слушай, если ты определилась, то может, хватит мучить парня, — высказала я ей однажды утром после того, как мы с Крайлом позавтракали.

Он ушёл к Зигвальду на очередное совещание, на деле же то были посиделки на тему: с какой стороны лучше подплыть к Коринии, и не завернуть ли в Судру. Пока, насколько я помню, решили отправить туда несколько шпионов, хотя как по мне, так себе из армарийцев шпионы. Они настолько сильно отличаются своим ростом и мощью, что их ни с кем не перепутаешь. Разве что конюх, точнее зместный не особо выделялся габаритами, но он остался приглядывать за своими подопечными.

— Да определилась я, определилась, — пробурчала Виветта. — Просто он всё ещё продолжает иногда вести себя, как последний балбес.

— Надеюсь, ты помнишь, что ритуал Размара может пройти только невинная дева? — на всякий случай напомнила я. — А то мало ли, вдруг увлечётесь, страсть возьмёт своё.

— Даже и не знаю, — выдохнула Виви. — Что-то не очень он одобрил наш союз. Кларк ведь по итогу не победил.

— Думаю, тут многое зависит от тебя самой, — не знаю, откуда во мне взялась эта уверенность, но я чувствовала, что права. — Он не победил, потому что ты сама сомневалась в ваших отношениях.

— Серьёзно? — Виви недоверчиво покосилась на дверь, словно за ней стоял сам Размар и в любой момент собирался войти. — Разве тут не мужчины во главе всего стоят?

— Сложно сказать, — развела я руками. — Лично ко мне Размар очень даже прислушался. Думаю, твоё желание тоже имеет вес.

— Ой, боюсь я всего этого, госпожа, — плечи Виви поникли. — И вообще, вот приплывём мы на родину, и что я скажу своим родителям? Что собралась замуж за армарийца?

— Во-первых, это вполне логичный поступок, учитывая, что ты переехала в другую страну. То, что мы так скоро возвращаемся — дело случая. Ну и во-вторых, если ты сможешь увидеть своих родителей живыми и невредимыми, да ещё и поговорить с ними — это уже счастье. И поверь, я приложу максимум усилий, чтобы дело закончилось миром.

— Ох, мне всё не верится, что мы плывём на войну, — она приложила свои пухлые ладошки к не менее пухлым щекам. — Не могу думать об этом всерьёз, иначе сойду с ума.

— Согласна, сойти с ума в этой ситуации вполне легко. Но не думать об этом нельзя. Нет, нужно как можно точнее составить обращение у коринцам, чтобы они выдали Харника без боя. У меня будет шанс, и его нельзя упускать ни в коем случае!

— Всё-таки именно вы — истинная королева, — глаза Виви сияли от восхищения. — Я так не могу, мне бы с Кларком разобраться. А вы и такого мужчину, как король Крайлах покорили, и с Богом их суровым договорились, и вообще…

— Я просто его полюбила, — мне хотелось донести до неё, что не в званиях суть, а в сердце. — Искренне и навсегда. И открылась, не утаив ничего. Вот и весь секрет.

Улыбнулась, подбадривая немного трусившую служанку.

— И, тем не менее, вы — Дар Судьбы, а не Анелия, так что…

— А вот это мы выясним позже, если получится, конечно.

Я сомневалась, что с Харником может состояться адекватный разговор, больше ставила на главного мага, но ни в чём не была уверенна.

И тут Судьба нам подкинула такой сюрприз, что мы поначалу глазам своим не поверили!

Ближе к концу нашего плавания, когда до Коринии оставалась лишь пара дней пути, мы наткнулись на обломки. Издалека было видно, что они с моей родины, более того, корабль явно принадлежал лично королевской семье. Красные доски. Только правящий род мог плавать на красных кораблях под золотыми парусами.

О, а вот и они!

Кусок жёлтой ткани колыхался на волнах, свидетельствуя о верности моих догадок.

— Что за драх? — воскликнул Зигвальд. — Брат, тебе не кажется, что где-то мы уже такое видели?

— Ещё как кажется, — Крайл стоял, опершись о борт нашего корабля, и всматривался вдаль.