Битва титанов. Несущие смерть - Маркус Хайц

— Самузин на нашей стороне, — кивнул Франек, наблюдая за тем, как мужчины расчищают непрочный грунт и пробиваются сквозь стены. — Первый шаг сделан.

— Не спеши с выводами, — заметила Лиа. — Только когда мы вывезем статую из Пористы, то сможем возблагодарить бога равновесия.

С грохотом обломился кусок потолка: двое мужчин резко, с криком рухнули вниз и исчезли в подвале.

Франек испуганно обернулся по сторонам, высматривая знак, поданный одним из наблюдателей. Но ни громкие крики, ни грохот не привлекли внимания.

— Давайте, поднимайте их, — пятеро мужчин с фонарями спрыгнули вниз.

— Сначала статую! — обеспокоенно крикнула им вслед Лиа и отошла на два шага от дыры, на случай если этот обвал был не последним. — А потом уж раненых.

Помощники расширили проем снизу, другие тем временем опускали рычаги и лебедки. Вниз полетели канаты, змеями обвивая каменного человека.

Вскоре статуя выплыла из темноты на поверхность, покрытая тонким слоем пыли, с огромным бурым пятном — кровью старшего из мальчишек, которые погибли из-за своего открытия. Казалось, что статуя кровоточит.

— Повозку сюда! — приказал Франек, поднял лампу и подал условный сигнал. Вскоре после этого обернутые тряпками колеса неслышно подкатили к месту работ, у лошадей на кованых копытах были такие же приглушающие звуки чехлы.

Лиа начинала беспокоиться все сильнее и сильнее.

— Вылезайте, — крикнула женщина, глядя в подвал. — Поторапливайтесь, пора убираться.

Канат натянулся, балка прогнулась под грузом, однако, к счастью, выдержала. Мужчины показались из дыры, подняли тяжелую статую на уложенную мешками соломы телегу.

— Стража! — послышался над площадью крик, возвращаясь эхом к Франеку и Лие.

— Вот тупой осел, — обругал Франек наблюдателя, который, конечно, хотел сделать как лучше, но солдаты Брурона наверняка после такого крика станут еще бдительнее нести стражу. Вот уже заплясали крохотные точки факелов. — Снимайте тряпки, — набросился он на застывших мужчин, прыгая в повозку. — Они все равно заметили нас, так что стук уже не помешает.

Лиа последовала за товарищем, уселась рядом со статуей. Щелкнула плеть, застучали колеса.

— Стоять! — раздался за их спинами приказ гвардейцев. — Стоять, именем короля Брурона! — Вообще слов было произнесено немного, и вот уже засвистели первые стрелы, вонзаясь в землю за их спинами. Две засели в дереве, одна разбилась о статую и одна угодила Лие в бедро; девушка вскрикнула.

В свете факелов она видела, как гвардейцы набросились на их помощников и задержали их. Тот, кто оказал хотя бы видимость сопротивления, умер на месте. Приказ Брурона об охране имущества пятицикловой давности по-прежнему карал грабителей смертью. То, что они взломали дом мертвеца, роли не играло.

Из темноты боковой улочки вылетели четверо конных гвардейцев, привлеченных криками. Им было несложно догнать повозку.

— Стойте! — крикнул первый из всадников. — Я могу…

Ее друг повернулся в сторону — плеть свистнула и угодила солдату в лицо. Глаз в буквальном смысле слова разбился под тяжестью оплетенного кожаного ремня. Гвардеец свалился с лошади; следующему всаднику пришлось увернуться, все потеряли темп.

Один из гвардейцев бесстрашно прыгнул из седла прямо на повозку, ударил Лию кулаком в лицо, чтобы оглушить, затем прямо по статуе полез к Франеку.

— Осторожно! — прохрипела Лиа, сплюнув кровью. Она со стоном вынула из ножен кинжал и полезла по подпрыгивающей повозке за гвардейцем.

Мимо них пронесся третий солдат. Он хотел отдать стражникам на воротах приказ преградить путь бессовестным ворам.

Франек был очень осторожен. Он метнул в мужчину мечом, когда тот находился на расстоянии трех локтей от козел повозки, и угодил ему в бок. На полном скаку солдат вывалился из седла, несколько раз перекувыркнулся, заднее колесо повозки переехало его.

Последний гвардеец собирался атаковать Франека сзади, когда Лиа вонзила кинжал ему в предплечье.

Вообще-то она целилась в спину, но сильное покачивание повозки и собственное ранение помешали ей попасть куда нужно. Женщина дернулась, вцепилась в противника и, падая, потянула его за собой. Они вместе перекатились через статую и упали с быстро катившейся повозки.

На этот раз Лие не повезло.

Она приземлилась под облаченного в доспехи тяжелого мужчину и смягчила его падение. Когда голова ее соприкоснулась с каменной мостовой Пористы, женщина почувствовала треск черепа и жгучую боль в груди. Голову окутало тепло, затем ей показалось, что она стала легкой, словно перышко.

— Лиа! — услышала она негромкий окрик друга, с трудом расслышанный из-за громкого цокота копыт и скрипа колес.

— Поезжай дальше! — с трудом произнесла она, понимая, что Франек ее уже не услышит. — Мы сделали первый шаг, Самузин, — прошептала она, обращаясь к звездам. — И за это я с радостью отдаю свою жизнь, бог равновесия, — Лиа попыталась улыбнуться, прежде чем лицо ее оцепенеет… Но у нее не получилось.

Гвардеец, оглушенный, лежал в нескольких шагах от нее; он выпрямился, потянулся за рожком, чтобы предупредить стражу у ворот. Но на поясе его не оказалось. Через миг он обнаружил его. Рожок на две трети вошел в грудь женщины. Когда они вместе упали с повозки, он вонзился в ее плоть, кости и лопнул. Кровь лилась из него, словно из воронки. Ему уже наверняка не удастся поднести его к губам.

— Проклятье, — рассердился гвардеец, поднимаясь. Грабитель ушел вместе с награбленным. И если он все точно смог разглядеть, то в повозке была совершенно особенная добыча: окаменевший маг Лот-Ионан…

Потаенная Страна, Черные горы, королевство Третьих, конец весны 6241 солнечного цикла

Король Мальбалор Белоглазый из клана Костоломов племени Третьего, Лоримбура, читал известие, переданное ему посланником королевы Ксамтис. В нем что-то говорилось по поводу машины и гномьих рун, предвещавших смерть. Должно было состояться собрание, правители и король города Свободных должны были прибыть в Серые горы.

— Они разроют старые могилы, — сказал он представителям кланов и четырех оставшихся племен гномов, которые сидели вместе с ним в зале за столом.

Королевство Третьих существовало в основном номинально. После кончины Лоримбаса Стальное Сердце и почти полного уничтожения племени Третьих войском безумного и уже утратившего трон короля Беллетаина другие племена послали воинов на восток, чтобы обезопасить проход в Потаенную Страну. Третьих в Черных горах осталось очень мало, и они были в меньшинстве. Некоторые говорили: в меньшинстве, которое терпят.

— Вы знаете, что большинство выживших гномов моего племени выбрали мир и живут теперь бок о бок с вами, — Мальбалор поднял бумагу. — Эти строки угрожают возникшему единству.

— Если оно когда-либо существовало, — сказал кто-то из сидевших за столом.