Хоори - Oлеся Далинская

— В чем это ты раскисаешь? — ответила вопросом на вопрос. Откуда она знала, зачем?

Хоори подошла к самому краю купальни. Туда, где узкие ступеньки уходили в черную глянцевую поверхность. Наклонилась, увидела собственное растерянное лицо. Как зеркало…

— Это изрит растворенный в воде, — Дорн затылком откинулся на бортик и закрыл глаза, — хорошая штука, когда хочется расслабиться и отдохнуть. Ты не ответила на мой вопрос, Хоори?

Она присела на выложенный причудливой мозаикой из разных камней пол и опустила пальцы в воду. От нее шел пар, искажая умиротворенные черты мутанта на другом краю бассейна. Тишина. Неужели заснул.

— Мы едем в тот округ? — тихо спросила Хоори и подняла руку. С нее, длинными тягучими струйками стекала чудная вода. Покрутила с удивлением руку перед самым носом, растерла между пальцев — действительно, это взвесь мельчайших частичек изрита.

— Не знаю… — тихий плеск воды, Дорн вытащил обе руки из воды и раскинул их, создавая на миг из тягучей взвеси что-то наподобие угольно-черных крыльев и, удобно расположив их на бортах, кажется, приготовился поспать. Хоори представилась прекрасная возможность, в который раз, рассматривая Дорна, полюбоваться идеальными чертами подбородка, хищного лица с четкими скулами и ниже…Мутант, словно древняя статуя жестокого бога, движения широкой грудной клетки практически не заметны и эта черная вязь… Она как будто тонкие щупальца неведомого подводного существа, которые выскользнув из черной воды, протянулись с лаской по смуглой коже и с наслаждением приникли к этому прекрасному сильному телу.

Дорн слегка приоткрыл глаза, когда его слуха коснулось шуршание одежды. Майку снимать не стала, черт с ней, сменит на другую. Легкий всплеск и она погрузилась по грудь, удобно устроившись на каменной ступени в глубине купальни.

— Устал? — решила проявить заботу Хоори, пока заматывала волосы в высокую шишку.

Он не ответил, из-за пара она не могла рассмотреть выражение его глаз, но со всей очевидностью было ясно — у Дорна сегодня совсем не игривый настрой, как это иногда бывало.

— Зачем ты пришла Хоори? — проигнорировал ее Дорн.

Она растеряно скользнула по гладкой темной поверхности, не представляя что ответить ему. Из головы разом вылетели все мысли…Медленно глаза вернулись к тому месту, где под воду уходил торс Дорна…Обнаженного Дорна. Хоори облизала пересохшие губы. Ну признайся, дурья твоя голова, самой себе признайся — в тот момент, когда Лысый захлопнул дверь, ты уже, слышишь уже, приняла решение. Вдох-выдох…

— Я хочу тебя Дорн.

А вот теперь она видела его глаза. В них не было дна, был только зеленый огонь. Он мерцал там, в глубине, все надвигаясь, становясь все ближе, а лицо застывшее как маска, постепенно приобретало те заостренные черты, которые в редкие минуты, особенно сильно пугали ее своей дикостью. Не только в ней жило пламя…

— Ну так делай то, зачем пришла — ответил сдавленно, с хрипотцой, хищно дрогнула верхняя губа, о, боги, надеюсь там клыки не покажутся..? И она двинулась к нему.

Сразу, не на секунду не останавливаясь, скользнула тонкими пальцами по груди, по плечам. Там под водой их тела соприкоснулись, и руки Дорна уже не давали нарушить эту гармонию. Его лицо в ее руках, он смотрел и ждал…подушечкой большого пальца, она приподняла уголок его чувственных губ, словно проверяя, точно клыков нет? Нагнулась, короткий взгляд, в упор — его лучистая буйная зелень и ее оранжевый огонь, впилась поцелуем…Настолько глубоким, что нечем дышать, да и нужно ли? Под водой сначала порвались трусики, затем, майка, ее он пожалел…Пришлось на секунду оторваться, пока он дергано снимал ее и судорожно сделав пару глотков воздуха, снова с головой погрузиться в поцелуй с мутантом. Никаких прелюдий, что ж можно простить ему, слишком долго она соображала, дура…Как она могла так долго решаться? Жадный рот поглотил сосок, и Хоори вцепившись в волосы Дорна выдохнула в высокий потолок его имя.

— Дорн…

Тот рванул вперед, заполняя все без остатка. Когда он в ней, ничему другому места не оставалось. Вокруг них раскачивалось черное зеркало, в котором отражались их сплетенные тела, еще пара движений и из Дорна вырвался стон наслаждения. Хоори улыбнулась — он оскалился. Подхватив ее, вытащил на каменный пол, подтянулся на руках, заставив двигаться черные щупальца татуировок, и тоже покинул черную волшебную воду.

Это еще не все. Сразу вошел. Она лежала бесстыдно обнаженная под его взглядом, ставшим таким же темным, как и изритовая смесь, из которой они только что вылезли. Ее тело, выгибающееся навстречу его толчкам, как в тончайшей черной вуали…В зрачках Дорна мелькнуло оранжевым отблеском, и в очередной раз, изогнувшись дугой, она увидела собственный горящие волосы, оранжевыми прядями — змеями раскиданные на каменной мозаике.

— Не останавливайся…

Дорн улыбнулся, так, как может только он… и это было последней каплей. Вцепившись в его плечи Хоори, наконец, выкричала свой оргазм в его губы…

— Дорн… — спустя некоторое время прошептала Хоори.

Тот лежал рядом, прикрыв глаза — большой, удовлетворенный хищник.

— Ммм…да?

— Я сделала глупость.

Он уставился в потолок и, сделав тяжелый протяжный выдох, с утробным, низким смешком отозвался спустя несколько секунд.

— Почему-то я думал, что ты не будешь нести этот бред…Я не хотела, я совершила ошибку…

Она повернулась, все больше хмурясь, по мере того, как до ее ленивых сейчас мозгов доходил смысл его слов. В зеленых глазах появилась тень ядовитого разочарования.

— Я не об этом…

Опустила взгляд к его губам и Дорн чуть приподнялся на локте.

— Я дала Зои оружие в ночь ее побега, и она уплыла с курьерами. — Протараторила Хоори.

Дорн навис над ней, обхватив пальцами ее подбородок и не давая отвернутся, опустил голову.

— Какая же ты коза…глупая коза…

— Лекс свернет мне шею, ты свернешь мне шею…я все понимаю, но что теперь делать, а? — она с надеждой смотрела на Дорна, ведь он все разрулит и что-нибудь придумает.

— Поплывем в седьмой округ.

— Так и знал, что без твоей маленькой задницы здесь не обошлось, — прошипел Лекс и если бы не присутствие Дорна, она бы уже хрипя от недостатка кислорода, возносила молитвы к богине-покровительнице.

— Я боялась сказать. Я думала… — вздрогнула, зажмурив глаза.

На письменном столе в кабинете Илая подпрыгнули листья, один карандаш свалился и подкатился к ее ногам.

— Стол мне испортишь…возите свои с собой, если ввязываете в дела баб, — Илай был в своем репертуаре.

Сидящий рядом Дорн, спокойный и невозмутимый подобрал карандаш, закинув ногу на ногу, теперь крутил его между пальцев и помимо воли Хоори постоянно косила глаза на него.

Лекс откинулся на кресло и после продолжительного, ничего не выражающего взгляда на ее сникшее лицо, в замершей тишине кабинета отчеканил.