Кольцо Кощея - Михаил Михайлов

Пожав плечами, я хмыкнул в ответ на странное заявление ворона. Правда, искорка любопытства, брошенная в солому любопытства черной птицей, стала разгораться, грозя превратиться в костер.

Перегнувшись через подоконник, я попытался высмотреть двор и был разочарован – ничего увидеть не удалось, так как мешал сильно выдающийся карниз. Позабыв про испорченную рубашку, которую собирался сменить, я выскочил из комнаты и стал быстро спускаться по лестнице. Еще задолго до выхода во двор мой нос учуял первые флюиды неприятного запаха. А когда я свернул в коридор, через который можно попасть на улицу, то был чуть ли не сбит с ног едкой вонью. Выдохнув, но не решаясь вдохнуть ядовитый воздух, я вылетел на улицу с выпученными глазами, из которых текли слезы.

Если я ничего не перепутал, то с подобным запахом – стоит отметить, куда более слабым – я сталкивался еще в своем мире. Особенно часто в больницах и… туалетах. Ну, конечно, пахло хлоркой, круто размешанной с водою. Вот только откуда…

Тьфу! Я же сам отдал домовым это вещество, приказав убрать подальше и обмолвившись, что ее используют для очень хорошей уборки. А потом еще и дал задание этой самой уборкой заняться, предупредив, чтобы она была очень и очень качественной. Зная характер домовых, ничего удивительного в том, что они применили хлорку на практике, нет.

Во дворе, куда я вылетел в поисках спасения от удушливого запаха – кстати, намагиченная хлорка получилась более ядреная, как это произошло и с ингредиентами пороха, – собралось все население замка. Честно признаться, я немного растерялся в толпе мелкой и крупной нечисти, которая окружила небольшую, но знакомую до слез компанию. Прижавшись спиной к парапету фонтана, стояла троица домовых, испускающая характерный запах, рядом с ними – бледная княжна, а впереди всех располагался Илья. Именно его внушительные кулаки и сдерживали напор толпы, стремившейся если и не линчевать (интересно, знакомы ли местные жители с этим процессом или я опять вношу нечто новое в сказочный мир?), то доказать кулаками и прочими частями тел – ногами, например, или рогами – неправоту незадачливых уборщиков. Мое появление немного остудило пыл собравшихся.

– Тихо всем! – попытался переорать я толпу, и это удалось (магию вложил в голос, как же без этого). Гомон стих. Только недовольное сопение и шорох в толпе остались. – Что тут происходит?

Вопрос был немного глупым, но с чего-то следовало начинать.

– Царь, – вперед вылезла седая кикимора со слезящимися глазами, – сам не чуешь? Эти охальники нас всех решили отравить, теперь в замок не войти и не выйти. Да и в нем долго нельзя находиться…

– Точно, точно… чуть не отравили, убивцы… а во всем богатырь виноват, на кол его… – загомонила нечисть со всех сторон.

Голос, упомянувший богатыря, показался мне знакомым. Поискав глазами, я высмотрел Соловья, который не пожелал простить Илье свои «лимонные» приключения. Погрозив разбойнику кулаком – при этом половина нечисти, расположившейся рядом с ним, приняла этот жест на свой счет и стала расползаться по двору, опасаясь моего возможного гнева, – я повернулся к компании, по вине которой и состоялся незапланированный митинг.

– А теперь жду от вас пояснений, – спокойно произнес я, хотя испытывал огромное желание расхохотаться, наблюдая потешных, взъерошенных домовых и людей.

– Так это, – виновато-просящим тоном проговорил Кузя, – убирались мы, вот.

– А запах откуда взялся?

– От того порошка, что ты своим волшебством сотворил, – шмыгнул носом домовой. – Не знали мы, что он такой вонючий с водою делается. Ты же, царь, сам сказал: для лучшей уборки применяется, чтобы все было чисто-чисто.

– С вами все понятно, – махнул я рукою на домовых. – Стоило об этом подумать, когда хлорку отдавал. Ну а вы куда смотрели?

Последние слова относились к парню с девушкой. Богатырь к тому времени расслабился, увидев, что расправа вроде бы отменяется. На мои слова он пожал плечами:

– Так ведь никто не знал, что порошок твой – чистая отрава. Вот и решили для уборки применить.

– Так, секундочку, – прервал я его и обратился к Кузе: – Кто все-таки решил хлорку взять?

– А-а… это… – замялся домовой.

– Девица во всем виновата, – не сдержался Авоська, видя метания приятеля. – Кузя тут ни при чем. Это все она заладила: а давайте побыстрее уберемся, а давайте порошок возьмем.

Богатырь бросил быстрый неприязненный взгляд на домового и заявил:

– Не виновата Василисушка, Кощей, моя вина в деле этом, с меня и спрашивай.

Рядом захлопали крылья: ворон, продолжая удерживать в клюве записку к князю, уселся на парапет, стараясь не пропустить ничего из происходящего. А вот вся замковая нечисть стала быстро расползаться, не желая находиться поблизости от меня – в ярости Ужасного и Кошмарного.

– М-да, – почесал я в затылке. – И что мне с вами делать? Кстати, Илья, а Баба-яга куда исчезла?

– Она с Лихом ушла на праздник к кому-то из ведьм, – сквозь зубы отозвался богатырь и сплюнул: – Тьфу, нечистая сила!

– Ты чего плюешься-то? – упрекнул я его. – Не верблюд, поди…

Вместо слов он ткнул пальцем в небо. Взглянув туда, я был почти шокирован зрелищем черноволосой девушки, летящей на метле. Прическа растрепалась, на лице задорная улыбка, и юбка развевается, как парус, приоткрывая очаровательные ножки немного выше колен. Невольно я засмотрелся на это, не сразу опознав в гостье свою недавнюю знакомую.

– Посторонись! – весело прокричала она, делая круг над двором и поднимая волосы и перья у всех расположившихся вокруг фонтана. – Кощей, – метла юной ведьмочки остановилась рядом со мною в полутора метрах над землею, – я решила принять твое приглашение и навестить. Бабушку Ягу видела, и она посоветовала сделать это сегодня. Заодно и описала тебя, а то ночью в том доспехе ты сам на себя не был похож.

После этих слов лукаво посмотрела на меня, слегка опустив ресницы.

– Марьюшка! – ухватил я чудное виденье за талию и помог спуститься с транспортного средства. – Как я рад тебя видеть в своем замке в любое время.

Девушка на секунду прижалась ко мне, так что я ощутил упругую грудь, и тут же отстранилась, освобождаясь от моих объятий. Потом быстро осмотрелась по сторонам и нахмурилась, обнаружив княжну.

– Кощей, а, Кощей, – вкрадчиво заговорила она, отчего мне сильно захотелось укрыться в своей сокровищнице, – это кто такая? Очень уж похожа на дочку князя.

– Ах, эта! – улыбнулся я во весь рот, пытаясь скрыть легкую панику.

– Эта, эта!

– А это княжна. – По-моему, улыбка у меня была сильно дурацкая, но другой сделать не получалось. – Ты очень догадливая, Марьюшка!

– Что. Она. Тут. Делает? – четко разделяя слова, спросила девушка.

– А она… – Елки-палки, ни одной завалящей мысли не приходит в голову, хоть ты тресни! Мельком глянул на богатыря, проскочил взглядом мимо и вновь вернулся. Эврика! – А она сама пришла, – заявил я, заставив выпасть в осадок окружающих.