Ангелы жатвы - Лора Таласса

– «На сегодняшний день из Карибской крепости Жестокой Графини, где криминальные разборки унесли жизни многих супергероев и злодеев мира, извлечено двенадцать тел. Среди жертв определенно нет Жестокой Графини, ее судьба до сих пор неизвестна».

Плюхнувшись на диван с коробкой мятного мороженого, я схватила пульт и выключила телевизор. В Особняке Сумасбродов круглосуточно крутили новости. Я больше не могла этого выносить.

Я обещала вытащить всех из того логова и не сдержала слова.

Рядом со мной появилась Тень с ложкой в руке.

– Эй, девочка, – сказала она, – не хочешь поделиться?

– Конечно, – ответила я, но даже не пошевелилась, чтобы снять крышку с коробки. Тень сделала это за меня и зачерпнула полную ложку мороженого.

Заметив, что я не последовала ее примеру, она посмотрела на меня, потом на коробку и снова на меня.

– Ангела, тебе нужно поесть. Помнишь, что сказал доктор?

– Не совсем, – пробормотала я.

На самом деле я помнила, что он сказал. Моя сила не исчезла, но была ослаблена контактом и взаимообменом с Жестокой Графиней. Для полного восстановления требовались отдых и усиленное питание. Короче, чем больше калорий я съем, тем быстрее они превратятся в энергию, которая укрепит мою силу.

Мне запрещали помогать другим, пока я не поправлюсь. Не разрешали даже изредка заглядывать в больницу. Мои товарищи по команде зашли так далеко, что спрятали от меня свои поникшие комнатные растения. Идиоты.

– Это из-за Палача? – спросила Тень.

У меня перехватило горло.

Икс, вероятно, погиб. Отсутствие тела не значило, что он жив. Я судорожно вздохнула.

– Черт, – Тень зачерпнула еще ложку мороженого, – это полный отстой. Я имею в виду, что для нас влюбиться и так достаточно проблематично, но чтобы в суперзлодея… да он еще имел наглость умереть из-за тебя. – Она покачала головой и облизала ложку. – Держу пари, он трахался как бог.

Я чувствовала, что слезы уже на подходе. С каких пор я стала героиней вечеринок страдальцев? Хватит!

В гостиную забрела Зефир, увидела нас, и ее лицо просветлело.

– До меня дошли слухи, что здесь мороженое и мои любимые девчонки. Приятно, что слухи подтвердились. – Она устроилась на диване с другой стороны от меня.

Наклонившись, она схватила мою нетронутую ложку и зачерпнула немного мороженого.

– Наращивай массу, Ангела, и, возможно, через годик сможешь спасти какую-нибудь мелкую зверушку.

– Зеф, – с укором возразила Тень, – будь реалисткой. Это займет у нее максимум полгода.

– Да уж, вы умеете подбодрить. – Подумать только, едят мое мороженое, да еще и смеются надо мной. В их защиту можно сказать, что раньше эта тактика работала.

– Безумец сказал, что ты здорово покувыркалась с Палачом, пока вы были в бегах. – Зефир пошевелила бровями.

Тень уже зачерпнула мороженого, когда я выхватила ложку у нее из рук. Изловчившись, я выстрелила мороженым в Зефир. Капля мятного десерта угодила ей прямо между глаз.

– Ах ты, маленькая шлюшка! – вскрикнула она и в отместку вымазала мне нос липкой сладостью.

Мороженое потекло с носа по моей верхней губе, и я рассмеялась.

Тень выхватила у меня коробку и побежала прочь, хихикая:

– Мое, все мое!

– Вот подлая сучка… – пробормотала Зефир и бросилась вдогонку.

Я оперлась подбородком на ладонь. Мне срочно нужна была салфетка, а потом не мешало бы умыться. Ладно, как только эти две проказницы уберутся с глаз долой, я начну вынашивать план мести.

В гостиную вплыла Жига.

– Привет, Ангела. – Она оглядела мою перепачканную физиономию. – Тебе посылка. Ждет в твоей комнате.

– Спасибо.

Я пошла в кухню и вытерла липкие остатки мороженого. Склонившись над раковиной, умывалась, пока не убедилась, что все смыла.

На краткий миг я почувствовала себя беззаботной, и мне вспомнилась прежняя Ангела – бесшабашная и счастливая. Тогда еще никто не нарушал моих границ и не пробирался в сердце. Мне захотелось вернуть ту легкость.

Она не скоро вернется. А, может, и никогда.

Я вытерла подбородок и пошла в свою комнату.

В коридоре стояла тишина, как обычно по вечерам. Почти все мои соседи были на дежурстве, патрулировали улицы Лос-Анджелеса. Счастливчики. По крайней мере, у них была работа, которая помогала отвлечься. А у меня – лишь бесконечные часы безделья.

Ну, и еще Чаб-Чаб. Но даже он чуть не умер по моей вине. Вернувшись из Майами, я застала его плавающим на боку. Мне пришлось прикоснуться к его маленькому тельцу, чтобы отвести от края пропасти.

Я вошла в комнату и оцепенела. Все мысли о рыбке улетучились, когда я уставилась в темноту. Там, поджидая меня, стоял Палач.