Невеста снежного лорда - Виктория Миш

— Мы углублялись в лес. Сначала шли вдоль опушки, собирая землянику. Потом Ольке показалось, что там, в глубине, поспела ранняя малина. Мы посмеялись над ней, но пошли посмотреть. Потом Ира увидела еще одну поляну с земляникой, мы перешли туда… Лисички. Да, Олька нашла две лисички, но это ведь мало для жарки, верно? Мы стали искать еще, потому что все втроем любим лисички…

— Вспомни какой-то знак. Крючок, за который можно принять всплеск… — прозвучал в голове голос.

И нужная картинка действительно появилась перед моим внутренним взором.

— Крест на лесной дороге. Старый покрытый мхом крест. Девчонки наотрез отказывались идти мимо… К тому времени мы уже поняли, что заблудились, и искали выход. Я почувствовала, что крест неопасен.

— Почему?

Я медлила. Признаться в этом было сложно, даже теперь, стоя посреди тренировочного зала в Академии магии. Уж слишком иррациональным было объяснение. Девчонкам я тогда сказала, что мне подсказала интуиция. Ирка не верила, Олька тоже с опаской глядела на крест и кричала про проклятие и что мы накликаем на себя беду. Но я с неожиданным упорством настаивала на своем и даже кричала в ответ.

Меня послушались далеко не сразу, и когда девчонки проходили мимо креста, их заметно трясло.

Зато направление было правильным, и через десять минут мы оказались на опушке. Как раз недалеко от карьера…

— Так почему ты поняла, что крест неопасен?

— Он светился золотым. Не был черным.

— Светился в темном сосновом бору? — уточнил Петр.

— Да…

— Открывай медленно глаза и представляй то свечение…

Возвращение в зал было странным. Перед моим внутренним взором всё еще лежал крест на лесной дороге, и от него шло сияние. Каково же было мое удивление, когда я увидела это же самое сияние тут, в зале!

Оно пронизывало воздух, разбегалось от меня миллионами нитей и казалось бесконечным.

— Теперь коснись рукой любой нити. Попробуй.

— Я боюсь, — прошептала, всё еще не веря своим глазам, — а вдруг они порвутся? Или исчезнут?

— Смелее, Алиса!

И я коснулась. Нити не исчезли и не порвались, они зазвучали! Как перезвон сотни райских колокольчиков!

— Как это?! Почему? — мое сердце ликовало и радовалось в тон волшебному перезвону.

— Первый раз всегда самый чудесный, — вздохнул Петр. — Малыши радуются, когда им показывают потоки. Некоторые находят их сами, а некоторым нужно помочь, как и тебе, сдвинуть фокус восприятия…

— Они всегда так звенят? — тихо спросила я, отпуская нить.

— Нет, только в первый раз. Они приветствуют тебя и знакомятся… Не забудь, что эти нити живые!

Я завороженно смотрела на проявление магии, боясь шевельнуться. Даже взаимодействие с землей не вгоняло меня в такое благоговение.

— Налюбовалась? Теперь перестраиваем зрение на обычную жизнь, — скомандовал Петр и пребольно сжал мои плечи.

— Ай! Зачем?! — подпрыгнула я.

Петр развернул меня к себе, и я чуть было не уткнулась носом в его белую рубашку. В нос ударил аромат свежести и мужских духов.

«Слишком близко. Не стоит нам стоять вот так близко…» — отвлеченно подумала я, но шевельнуться не смогла, если бы даже захотела.

Состояние было до того расслабленным, что я чувствовала себя мягкой и податливой, словно глина. И стояла на ногах только потому, что меня поддерживал Петр.

Вдруг моего подбородка коснулись мужские пальцы и медленно потянули кверху, заставляя поднять голову. Магистр смотрел пытливо, силясь разглядеть что-то внутри, и немного хмурился.

А в моей голове царил настоящий кавардак. Я подумала, что его губы очень близко, всего в нескольких сантиметрах от моих. А руки, до этого больно сжавшие мои плечи, разомкнулись и каким-то непостижимым образом переместились на спину и талию. И подтянули меня еще ближе. Теперь я почти лежала на крепкой мужской груди.

Неожиданно меня вогнало в краску столь близкое присутствие. А стоило переместить взгляд на плотно сжатые мужские губы, как они расслабились и медленно стали наклоняться ко мне.

— О, зал занят! Не думал, Петр, что для свиданий ты выберешь учебное помещение… — как гром среди ясного неба прогремел насмешливый мужской голос.

— Долго находиться в состоянии, подобном трансу, вредно для начинающего мага, — вдохнул мне прямо в губы Петр и плавно отстранился. — Мы будем тренироваться по чуть-чуть, потихоньку, чтобы не перегрузить твою нервную систему, Алиса. Постепенно ты привыкнешь и научишься с ними работать…

Я услышала отчетливый хмык, эхом разнесшийся по тренировочному залу. Мое состояние расплавленного масла всё еще не проходило. Ноги были ватными, а сердце билось через раз.

Состояние транса так на меня подействовало или странные действия Петра? Он ведь собирался меня поцеловать. Разве не так?!

— Жду тебя завтра в это же время. Не вздумай смотреть магические потоки дома, это может быть опасно! Мы уже закончили, Артур! Проходи! — повернулся он к человеку, внезапно прервавшему нас.

Как в замедленной съемке, я развернулась к выходу.

Нет, только не он! Пусть это будет ректор или кто-нибудь еще по имени Артур. Мало, что ли, Артуров в Иманисе?

Стараясь не глядеть в сторону блондинистой фигуры, которого сопровождала ни много ни мало какая-то девица в зеленом балахоне — ну хоть не ведьма, но все равно странно, я на ватных ногах прошествовала к скамейке. Схватила сумку, попрощалась с Петром и попыталась неуклюжим медвежонком проскользнуть мимо застывшего Эддингтона.

— Как поживает эссе? — вдруг спросил он, глядя почему-то не на меня, а на Петра.

— Нормально.

Пришлось остановиться. Девушку, с любопытством разглядывавшую меня, я не знала. Странно, что боевик притащил с собой на тренировку знахаря. Или я что-то не понимаю в этой жизни и такое бывает?

— Хотелось бы удостовериться, — ровно сказал боевик, снова не глядя на меня.

Да что он пристал со своим эссе?! Неужели я так сильно задела его своими словами?

— Сдам в пятницу, как и назначили, — буркнула и всё-таки протиснулась к двери. — Всего хорошего!

Уже в коридоре перешла на бег и очнулась только на морозном воздухе. Снова поднялся снежный ветер, замел расчищенные днем дорожки… Снежинки залепляли глаза, норовили попасть за шиворот. Нацепив капюшон, я остановилась и чихнула.

Вот же попадалово! Теперь Эддингтон примет меня за искательницу богатых женихов и приключений. Ведь Петр действительно чуть было не поцеловал меня. Чуть было…

Сердце колотилось как сумасшедшее, и я с ужасом поняла, что могла поцеловать его в ответ. Вот взять и поцеловать.

Петр мне нравился. Красивый, высокий, умный. Способный… И я ему нравлюсь — теперь в этом абсолютно уверена.