Эльфы, волшебники и биолухи - Галина Гончарова

— Могут. Особенно после моего отказа изучать магию под руководством верховного колдуна. Или лично под ним. — Особых иллюзий на этот счет я не питала.

— Думаешь, он хотел…? — Лирин не договорила, но мы друг друга поняли.

— Точно не знаю, но боюсь, что да.

— Хреново.

— Еще бы. Отправляемся?

— Идем. Не из комнаты же тебя отправлять? Хотя бы с поляны.

Переноса я не почувствовала. И обнаружила себя стоящей на симпатичной полянке. Ну что тут можно сказать? Миры — они часто очень похожи. Те, в которых побывала лично я. Небо — синее, солнце — желтое, деревья и трава — зеленые. Люди здесь такие же, как и в моем мире. Руки, ноги, голова. Больше я ничего об этом мире не знала. Разве что говорила на их языке. Но так может заговорить каждый — при переходе из одного мира в другой язык той местности, в которую вы попали, осваивается незаметно и автоматически. И стоит вам уйти прочь — вы тут же его забудете. По крайней мере, так это происходит у эльфов, а я пользовалась их наработками. Я считала, что говорю на родном, русском языке и все меня понимают. Мое заблуждение развеяла Лирин, подняв меня на смех. Ну да ладно. Мне было не до размышлений. Надо шевелить задом, если я не хочу опоздать. Пока я иду по графику, но что будет дальше? Мне нельзя задерживаться здесь больше чем на три дня. Впереди у меня еще сады Двенадцати Дев. И яблочко с какой-нибудь мутантной яблоньки. Интересно, а не родственник (-ница) ли это растение достопамятному дереву Эстрид? Этого я пока не знала. Но это было бы кстати. Если они родственники, значит с ними можно договориться и получить то, что мне нужно. Мой опыт общения со студентами свидетельствовал, что с существом, говорящим с тобой, всегда можно договориться, Отслужу, чем смогу, если потребуется! Кстати, когда Лирин увидела мою волшебную палочку, у нее глаза на лоб полезли. Она и рассказала, что никто еще не получал от дерева живую веточку и даже с неувядающими листками, тем более с тремя сразу. Максимум, чего могли добиться люди — это старые сухие сучья. Признаюсь, это польстило моему самолюбию.

Эй, Тина, хватит плавать в розовом тумане, время дорого! Спору нет, я могла бы выбрать другой мир, в котором водятся эти драконы, мир с более быстрым течением времени, так, чтобы здесь прошел год, а там, у Лирин — один день, но, увы. В таких мирах гораздо сложнее колдовать. А у меня было такое нехорошее предчувствие, что колдовать придется много и со вкусом. Я встряхнулась, одернула штаны и куртку и зашагала вперед. Мой путь лежал к городу Новограду. Во-первых, он был ближе всего к переходу, а во-вторых, рядом с ним водились драконы Краттохен. Как я буду с ними разбираться, я пока не знала. Вряд ли драконам понравится ощипывание чешуи, но выбора у меня не было. Вспомнив об Орланде ан-Криталь, я тихо выругалась и прибавила ходу.

* * *

— Она в мире Латтераниан.

— И что она там делает?

— А ты не догадываешься? Отправилась за чешуей!

— Пап, а как ты ее выследил?

— Поставил заклинание отслеживать все перемещения из мира эльфов. Могла бы и сама догадаться!

Орлнда ан-Криталь опустила глазки. Да, теоретическая магия не была ее сильной стороной. Никогда.

— И что теперь делать?

— Кое-что я уже сделал. Я исказил ее ПЕРЕХОД таким образом, что она окажется в Порридже.

— Порридж?

— Орланда, возьми на себя труд хотя бы просмотреть карты того мира, куда вскорости отправишься.

— Лучше расскажи мне! Хотя бы в общих чертах!

— Если в двух словах, Порридж — это город в двух месяцах пути от Новограда. К тому же там сейчас не самая лучшая обстановка. Революция и все, что ее сопровождает: бунты, беспредел. К тому же там появился какой-то новый пророк Истинной Веры. Тоже та еще сволочь. Я даже не сомневаюсь, что твоя подруга задержится в Порридже на некоторое время, или останется там навсегда. И ты должна туда отправиться.

— Зачем? Если она все равно сложит там голову?

— А вот в этом я весьма сомневаюсь. Я просмотрел историю России за последние двести лет — и могу сказать с полным основанием — русских людей революциями не убьешь! Для них это привычная среда обитания. Они последние лет двадцать в таких условиях выживают, что у меня волосы дыбом встают при одной мысли. Тебе знаком термин “перестройка”?

— Постольку поскольку. А что перестраивали?

— Значит незнаком. А зря. Перестройка в России — это примерно то же, что сейчас происходит в Порридже. Только еще похуже. Но оставим это! У меня есть один план. Сама ты убить ее не можешь, но у меня в этом мире есть кое-какие наметки. Эта девчонка весьма неосторожно отправилась в мир Латтераниан, не наведя о нем справок. За что и поплатится! Тебе остается только…

Голоса упали до шепота. В хрустальном шаре на столе фигурка Тины двигалась по дороге, что-то насвистывая.

— Папа, ты гений!

— Я знаю.

— Я бегу собираться! — Орланда ан-Криталь вихрем вылетела за дверь. Волшебник проводил ее взглядом. Он знал, что большинство гениальных планов губят бездарные исполнители. Если бы он сам воплощал его в жизнь, все бы получилось, но его дочь? Ему плохо верилось в успех Орланды. Или просто эта девчонка с Земли такая сильная? В это верилось еще хуже. Ладно, справятся!

* * *

— Банька моя — я твой тазик, вилка моя — я твой глазик, попка моя — я твой ежик, ты табурет — я топорик для ножек, стерва мояа-а-а! — бодро калечила я Киркорова. Мне он ужасно не нравился, но для такой прогулки вполне подходил. Как хорошо, что у меня костюм непромокаемый! Дождь лил, как из ведра, а дорога так размокла, что я передвигалась только по обочине, чтобы в трясину не засосало. И уверенно приближалась к городу. Ну, я так полагала. Все равно за дождем ничего не видно. Я уже два раза чуть с деревом не поцеловалась. Но перла вперед. Город возник передо мной еще более неожиданно. Из пелены дождя проступали очертания стен, крыш, башен. Я на ощупь нашла ворота и заколотила по ним ногой.

— Открывайте, мерзавцы, уроды, дармоеды!!!

— Это кто там орет? — послышался из-за забора голос стражника. — А в тюрьму за оскорбление власти?

— А золотой за пропуск в ворота? — парировала я, окончательно одурев и озверев от дождя и грязи.

Слово “золотой” знали во всех мирах. Местной валютой меня снабдила Лирин, в обмен на ту, что я вытащила из карманов инквизитора. Она бы подбросила мне денег просто так, но тут уже воспротивилась я. На шее сидеть ни у кого не буду!

Ворота распахнулись через три минуты. Я приготовилась одарить стражника золотым, но не тут-то было. За воротами меня встретили сразу пять человек с убойным запахом перегара, небритыми с рождения рылами и самыми плохими намерениями.

— Какая киса, — пропел один.