Мой Рагнарек - Макс Фрай

— Ясно. — Вздохнула Афина. — Вообще-то, я с самого начала не слишком надеялась, что мы встретим здесь Диониса, прогуливающегося по Елисейским полям. Но надо было попробовать… Пошли отсюда, Один. Нам здесь ничего не светит.

— Ты не думаешь, что нам следует взять его с собой? — Я указал на распластавшегося на песке Аида. — Ему больше нечего здесь делать.

— Ему и у нас нечего делать, если подумать. — Она нетерпеливо пожала плечами. — И потом, в моем «Бристоле» всего два места… Гадес — не ребенок, пусть проспится, а потом сам решает, где ему теперь надлежит пребывать. Если захочет присоединиться к нам — сам доберется. Если нет — не будем его неволить.

Словно соглашаясь с ней, Аид громко захрапел, зарываясь в песок, как кутаются в одеяло. Я кивнул и пошел прочь. Любое место, навсегда покинутое обитателями — неприглядное зрелище, даже если это обитель смерти, из которой ушли мертвецы…

Мы возвращались в молчании: нам обоим было о чем подумать.

— Мертвые ушли к нему, да? — Спросила Афина перед тем как забраться в кабину «Бристоля». — К этому твоему «великану Сурту»?

— К кому же еще! — Кивнул я. — Этого следовало ожидать. Он пришел и теперь собирает войско. Он был бы дураком, если бы не поторопился!

— Если и дальше так пойдет, его ожившие мертвецы останутся без работы. — Буркнула Афина. — Нас просто перебьют поодиночке, как беднягу Диониса. А те, кто сохранят жизнь, заплатят за нее остатками своего разума. Не повезло твоему «великану Сурту» — ему и сразиться-то будет не с кем!

— Можешь не трудиться оплакивать его жребий, Нике. По крайней мере, мы с тобой не собираемся ни погибать от руки неизвестного, ни утрачивать разум, верно? А мы вдвоем стоим целого войска!

— Оказывается, ты умеешь утешать, если захочешь! — Слабо улыбнулась она.

— Я все умею.

— Не все, Один. Хочешь, я научу тебя управлять самолетом? — Неожиданно предложила Афина. — Только тебе прийдется обзавестись собственной машиной.

Мой «Бристоль» слушается только меня.

— Научи. — Согласился я. Не то, чтобы я действительно собирался променять свой дар путешествовать среди облаков в компании одного лишь северного ветра на сомнительную возню с громоздкой летающей телегой, но мне хотелось порадовать Афину.

— У тебя получится. — С энтузиазмом заверила она. Да я и не сомневался: нет таких вещей, которым я не могу научиться, было бы желание!

Всю дорогу Афина восторженно расписывала мне мое ближайшее будущее, которое по ее версии должно было протекать исключительно в кабине моего собственного аэроплана.

— Навестим Ареса? — Спросила Афина. Я и не заметил, как наше долгое путешествие домой подошло к концу.

— Еще бы! — Рассмеялся я. — Я же просто обязан выяснить, не обижал ли он моих валькирий.

— Таких обидишь, пожалуй… — В устах Афины это был серьезный комплимент, валькирии могли гордиться! — Я все думаю: может быть этот загадочный убийца снова его навестил? На этот раз у Ареса были хорошие шансы его разглядеть.

Марс и валькирии встретили нас на удивление дружной компанией, чуть ли не в обнимку. Я сразу понял, что дело не обошлось без заварушки: мои храбрые девы признают только один способ быстро подружиться с незнакомцем — вместе ввязаться в хорошую драку.

— Вижу, что у вас есть новости. Рассказывайте! — Потребовала Афина, устало вытягиваясь прямо на ковре, которым был устлан пол в комнате для трапез.

— Новостей у нас хватает. — Кивнул Марс. — Кстати, вы случайно не встретили в царстве Аида тень нашей Венеры?

— Мы не встретили там вообще никаких теней. — Усмехнулась Афина. — Они, видишь ли, разбежались, а Аид с горя напился и бормочет что-то нечленораздельное…

Подожди, Арес! Ты хочешь сказать, что…

— Да, ее убили. — Кивнул он. — Прошлой ночью. Точно так же, как Диониса: из ее мертвых глаз торчали странные вещицы, вроде тех, что вы извлекли из его ран.

— Веретена, да? — Озабоченно уточнила Афина.

— Ну да, что-то вроде веретен… А вот меня, судя по всему, навестил кто-то другой.

Никаких веретен у него не было и в помине. Грозный он воин, друзья мои!

Мы славно сражались, но ему удалось уйти от нас живым. Девочки отправились за ним в погоню, но если верить их речам, он исчез бесследно: растворился в облаках над пустыней…

Думаю, я должен поблагодарить тебя, Один. Если бы не эти прекрасные, но грозные девы, я бы уже наверняка знал, что случается с бессмертными после смерти.

— Ты тоже славно сражался. — Скегуль решила ответить любезностью на любезность. Ее подружки сдержанно покивали. Марс мог гордиться: до сих пор никто из чужаков не удостаивался такой похвалы из их уст!

— А как он выглядел, этот «грозный воин»? — Спросил я. — На этот раз у тебя было сколько угодно времени, чтобы разглядеть его, верно?

— Он выглядел довольно странно. — Задумчиво сообщил Арес. — «Странно» — это еще слабо сказано! Бородатый человек в маске, изображающей уродливое лицо с огромными губами. На нем была высокая шапка из пятнистой шкуры и такая же пятнистая набедренная повязка, на груди — пластина в виде причудливой раковины.

Сражаясь, он все время смеялся… Но иногда в время битвы он утрачивал человеческий облик и превращался в огромную змею, покрытую зелеными перьями. В эти мгновения драться с ним было особенно трудно! Могу сказать одно: мне он совершенно незнаком. Откуда он взялся, и зачем ему понадобилось отнимать мою жизнь — ума не приложу!

— Вы когда-нибудь встречали кого-то вроде этого существа? — Спросил я у валькирий. Они отрицательно покачали головами. Неудивительно: я и сам впервые слышал о таком создании, а ведь в этом мире не так уж много тайн, скрытых от моей мудрости!

— Нас стало еще меньше. Вот и Афродиты больше нет. — Печально заключила Афина. — Хорошо, что хоть тебе удалось отбиться от этого змея, Арей! Без тебя было бы совсем грустно.

— Спасибо. — Невесело усмехнулся он. — Без тебя тоже, Паллада!

— Не накаркайте беду! — Хмуро сказал я. — И кстати о беде: кто-нибудь знает, где сейчас бродит наш противник и чем он занимается?

— Ты имеешь в виду Лодура? О нем пока нет никаких вестей. — Отозвалась Скегуль. — Но его время еще не пришло, ты же знаешь… — Робко добавила она.

— Хель с ним! Меня сейчас интересует не Локи, а Сурт. — Валькирии уставились на меня с ужасом и недоумением. Я печально кивнул:

— Он уже здесь. Я видел его.

Впрочем, его трудно назвать великаном. Он выглядит как самый обыкновенный человек, даже на конунга не смахивает, но ничем человеческим там и не пахнет…

Уверен, что он действительно вполне способен сжечь мир — просто из любопытства, или для того, чтобы наконец сложить хоть одну путную вису, любуясь на сполохи пожара.