Эталон победы - Алексей Фомичев

С постоялого двора мы выехали утром, после плотного завтрака, с пониманием, что обеда может и не быть. Путь наш лежал отнюдь не в город к приставу, а на закат, к озеру, за которым шла вереница хардаров, именуемая здесь Нойда-выселки. Нойда – город, довольно крупный, не меньше Гезыха. С полудня и с восхода его окружали хардары, причем стояли они довольно близко к городу, за что и заслужили название выселки.

Слово «нойда» означает палка с двойным острием, кстати, отсюда и «нойд» – так в доминингах называют вилы. Название символичное, как минимум половина жителей города либо владеет хардаром, либо имеет там родню. А основные занятия в поле – сев и уборка зерновых, заготовка корма для домашней скотины. И там, и там используют вилы и прочий инструмент.

Словом, те, кто придумал название городу, смотрели в корень.

Впрочем, нам эти этнографические изыскания по барабану – так, попутная информация. Я сейчас старался забить голову всякой ерундой, чтобы не думать о главном. Потому как попытка все разложить по полочкам и принять хоть какой-то план действий вызывала только одно желание – растроиться!

Да именно так. Даже не раздвоиться. Потому как мало будет две части, не хватит на все.

Патовую ситуацию я обрисовал еще на постоялом дворе, после ухода дворян.

– Визит к приставу – раз! Погоня за убежавшими шустрилами – два! И поиск Актара – три! И на все минимум времени.

– А на хрена нам шустрилы? – не понял Степан.

– Только они могут что-то рассказать о причинах нападения и о пресловутом эльфе, – вставил Рустам, уже понявший ход моих мыслей.

– А так же о Баоне, – добавил я. – Ведь охотились на него, это ясно. Остальные – нежелательные свидетели или источники информации. Кто и почему охотился на цензора, откуда этот чертов эльф, – это нам надо знать.

– На хрена? – спросил Федор. – Это уже в стороне от задания. Сдох цензор, и ладно. Инфу скинуть не успел, вреда не нанес. Выходит, у нас одно дело – поймать Актара. Чтобы он тоже ничего не доложил в столицу. А загадки местных банд пусть разгадывает пристав, если хочет.

– Да, – кивнул я. – Но речь может идти о целой сети выведов в доминингах. Не все попали в облаву армии, кто-то мог уйти. Есть шанс перехватить источники и выявить их сеть здесь. Когда в империю войдут наши, лишние глаза и уши императора тут будут ни к чему.

Парни выслушали мои аргументы и молчаливо признали их верными. Это точно наша работа.

– Отсюда и проблема – куда ехать, что делать в первую очередь и как не упустить ничего.

– Дела-а! – протянул Степан. – Привалило счастья. И разделиться нам нельзя, и три дела сразу надо сделать. Какие идеи?

Вот с идеями было туго. Не попадали мы раньше в такие ситуации, не знали, как реагировать и как действовать. Спрашивать совета Бердина или Орешкина бестолку – они тоже не знают панацеи. Решать надо самим. Быстро и точно. А голова толком не варит.

И утром ничего такого не придумалось. Только во время завтрака я, пойдя по пути расстановки приоритетов, все же решил, что сделать в первую очередь.

Сначала через хозяина постоялого двора отправил послание приставу: «Идем по следу шустрил, напавших на хардар Тоск. Возможно, это несколько шаек сразу».

Пристав должен понять, не каждый октан выпадает шанс выйти на след нескольких банд. А если пройти по цепочке дальше, будет вообще отлично.

Потом отправил сообщение Бердину: «Возможен выход на сеть цензоров в провинции, идем на поиск агентов. По возможности обеспечьте контроль границы с отслеживанием всех беглецов как можно дальше в глубь территории империи».

Как можно дальше – это конечно, мечта. Зонд начинает сбоить, если забирается слишком далеко на полночь, в тот самый проклятый район, где потерял управление в первый раз. Но если хотя бы двадцать-тридцать километров от границы проследят – уже хорошо.

После этого я вызвал хозяина постоялого двора. Тот прибыл сразу и согнул спину в поклоне. После прошлой ночи он был готов выполнить любое пожелание брантеров. Я и пожелал, чтобы он собрал припасы в дорогу, а также присмотрел за беженцами. Оставил за ними жилье, брал половинную плату и не давал в обиду.

Я сказал, что доложу о деле приставу, и хозяину хардара возместят убытки. А еще наградят. После этих слов он едва не рухнул на колени.

Собрались мы быстро, но еще до отъезда пришел вызов от Бердина. Тот требовал объяснений: что за выход на сеть, откуда информация и кого, собственно, мы ловим.