Земля ветеранов - Александр Шакилов

«Блин» укутал парня, точно мокрая простыня. Вместе они упали на асфальт через миг после того, как на проезжую часть рухнул квадроцикл вместе с девицей-пассажиркой. И там, где квадроцикл рухнул, тоже торчали шипы. Поверхность под ним вспучилась, девушка закричала, и тотчас сомкнулись края «блина», в самый центр которого она угодила вместе с техникой. И уж этот «блин» был диаметром метров пять, не меньше. Он облепил девушку и квадроцикл, не делая различий между плотью и сталью. Послышался короткий крик, скрежет металла. «Блин» сломал свою жертву, спрессовал ее вместе с квадроциклом, а потом его края распались, на асфальт выкатился колобок, брызжущий смесью крови и бензина. Сам же «блин» тотчас втянул в себя шипы – они точно растворились в нем – и, распластавшись на асфальте, стал абсолютно невидим.

Справа еще один мотоцикл подбросило «блином».

И еще один – чуть сзади и левее.

– Что это за хрень, прости Господи?!

И Господь простил моего личного водилу, ибо без видимых причин руль «Самоубийцы» вывернулся, колеса скользнули в сантиметрах от вспучившихся шипов. Только чудом мы не угодили в очередную ловушку. И все же заднее колесо зацепилось за шип. Пробило не только покрышку, но и обод. Мотоцикл замер, натужно ревя и выдавая клубы черной копоти. Палач локтем сшиб меня с сидушки и сам успел соскочить за миг до того, как «Самоубийцу» подбросило к небесам.

А ведь правда, что за хрень?!

Вот только вникать в это и строить гипотезы с версиями будем потом. Сначала надо выжить на «блинном» поле… Упав на асфальт, я по инерции кувыркнулся раз, другой – и хорошо, что не третий. Потому как заметил рядом с собой что-то вроде дымки над асфальтом. И вот уже дымка превратилась в тонко размазанное прозрачное желе. Я начал медленно сдавать – по желе пошла рябь, волны застыли, сгруппировались в эдакие прозрачные рожки, вся поверхность желе чуть потемнела, стала песочного цвета… Да ведь это «блин» с шипами! И он среагировал на мою близость!

В одно движение я вскочил на ноги и выхватил из кобуры на поясе «стечкин».

Но выстрелить в метнувшийся ко мне «блин» не успел.

За меня это сделал палач – его дробовик рявкнул, едва не зацепив меня картечью. «Блин» порвало в клочья. Эхом зазвучали выстрелы – байкеры вмиг переняли опыт борьбы с «блинами».

– Спасибо, – кивнул я палачу, брезгливо сбрасывая с себя ошметки, смоченные чем-то вроде машинного масла с запахом жженого сахара.

– Всем спешиться!!! – рявкнул Рыбачка.

Напрасно только глотку надрывал – его бойцы и так уже спрыгнули с мотоциклов и замерли, кто где стоял, здраво опасаясь ступить хоть шаг вправо-влево и воздерживаясь от прыжков на месте.

Оказалось, Гордей Юрьев – вот прощелыга, вот молодец! – прихватил с собой на дело мешочек с гайками. Точно такие же матерчатые мешочки, сшитые толстыми нитками, были у всех байкеров. И неудивительно – они ведь «Ангелы Зоны», а не какие-нибудь «Серебряные пули». Мотобандиты Рыбачки в Вавилон перебрались недавно, а в тех местах, где они до этого обитали, метизами никого не удивишь, там все с собой болты с винтами таскают.

Чуть наклонившись, Рыбачка швырнул гайку и застыл в ожидании. Прокатившись по асфальту, гайка метров через пять упала на оцинкованный бок и замерла. Главарь «Ангелов» расслабленно выпрямился и шагнул вперед по разведанной тропе.

И поторопился.

Шипастый «блин» подбросил гайку в воздух и тут же метнулся за ней – прямо перед лицом Рыбачки. Милена у него за спиной вскрикнула. Отшатнувшись, главарь долго и очень грубо выругался. Напрасно он так. Я бы на его месте поблагодарил судьбу за то, что «блин» заинтересовался гайкой, мог ведь проигнорировать столь несущественную массу – как противотанковая мина, которая не сработает, если на нее наступит человек.

Рыбачка расстрелял обнаруженную тварь из дробовика.

Началась методичная зачистка территории.

Байкеры швыряли гайки, а потом уничтожали подпрыгивающие над асфальтом «блины».

Вместе с палачом я пристроился за парнем в шароварах. Продвигались мы к стадиону не то чтобы быстро, но вполне уверенно. Больше потерь среди байкеров не было.

Точнее – не было до того самого момента, когда я решил уже, что нормалек, прорвемся.

Пока все внимание было приковано к земле, нас атаковали с воздуха.

Вы когда-нибудь видели монстров, похожих на здоровенных – тело размером с дога – летучих мышей угольно-черного цвета? Я – нет. Да и все сходство с подковоносом или кожаном заключалось лишь в наличии у новой напасти перепончатых крыльев. А в остальном… Представьте себе «мышь», у которой лапы как у жука – членистые, с зацепами и толщиной с руку мужчины, и лапы эти – пять штук – торчат из тела без малейших намеков на симметрию, столь привычную человеческому глазу. Из того места, где у всех земных зверушек располагается задница, у гарпии, – так я назвал эту тварь, что пикировала на меня, – торчало нечто вроде здоровенной клизмы из мышц, перевитых то ли венами, то ли трубками, не разберешь.

– Осторожно! Воздух!!! – крикнул я за миг до того, как «клизма» с противным чвяканьем выпустила струю зеленоватой жидкости, задымившейся еще в полете.

После беготни и суеты последних часов душ мне не помешал бы, но лучше обычный, с водичкой и мыльцем, поэтому я предпочел уклониться. Струя плеснула на асфальт, брызги на миг зависли в воздухе, образовав радугу. Та, мгновенно испарившись, оставила после себя сомнительной приятности микс из ароматов гнилого картофеля и тухлой рыбы.

Кислота, что ли?..

Меня вывернуло. Я упал на колени, потом – на четвереньки. И это спасло меня. Те, кто пытался в полный рост бежать от ядовитых выбросов, вдыхали куда большую дозу отравы и падали замертво. Удушающее облако колыхалось надо мной, сквозь это марево гарпии – одна, вторая… десятая – выглядели несерьезными призрачными тенями.

– Куда собрался? – Меня схватили за ногу. – За нами давай!

Отпустив меня, Рыбачка пополз прочь по-пластунски. От него не отставала моя бывшая супруга. Смотрите, как прикипела к Гордею! Эдак скоро свадебку справим… Чуть ли не вспахивая носом асфальт и стараясь дышать через раз, я отправился за ними. Над головой то и дело пролетали гарпии. И разок, когда рядом брызнуло и запахло, Рыбачка жахнул вверх из дробовика. Я тоже немного пострелял – за компанию – и даже вроде бы попал. По крайней мере одна гарпия сорвалась в пике и рухнула где-то впереди в ядовитом тумане.

Ползти неведомо куда, зная, что в любой момент тебе на спину может плеснуть кислота, или надышишься токсичных испарений, или угодишь на шипы «блина», а то и все комплексно – это как в старые добрые времена, когда я рисковал жизнью ежеминутно, если не чаще. Я точно вернулся на радиоактивную, кишащую монстрами землю моей молодости[9].

Слышались крики, выстрелы. Я едва не стал жертвой «блина», когда меня догнал палач. Дернув за ремень, он не позволил сделать из меня мясной колобок.