Фракс на войне - Мартин Скотт

Я размышляю о Беварие. Он поднял свиток. Но почему? Может, просто освобождал дорогу доктору? Или его заинтересовал текст? Что сталось со свитком после этих событий? Надо снова допросить помощника консула. Я подхожу к аллее Святого Роминия, где на меня недавно напали неизвестные. Можно идти домой кружным путем, минуя злополучную аллею, но я совсем замерз. Сейчас этот путь скорее всего безопасен. Ступаю на узкий тротуар, и после первого же поворота передо мной появляются три человека, вооруженные мечами.

Ну вот, начинается.

Активизирую Снотворное заклинание, и негодяи падают в снег. Делаю несколько шагов вперед и останавливаюсь, услышав шаги за спиной. Оборачиваюсь и вижу перед собой рыжеволосого человека, который насмешливо смотрит на меня.

Рядом с ним стоят четыре его товарища.

– Ты довольно глуп для детектива. Во второй раз наступаешь на те же грабли. Теперь тебе крышка.

Он подает знак своим людям, я использую еще одно заклинание, и они падают на землю.

Не так уж я и глуп.

Прежде чем покинуть виллу Лисутариды, я попросил ее дать мне какое-нибудь средство для усиления моей магической силы, и она пошла мне навстречу. Теперь я могу усыпить любое количество нападающих, и мои чары будут действовать несколько часов. Взваливаю рыжеволосого атамана на плечи и держу путь к «Секире мщения». Негодяй довольно тяжелый, и, добравшись наконец до дверей таверны, я задыхаюсь. Тащу пленника вверх по лестнице в свою контору. Когда я усаживаю его на стул и связываю веревкой, он начинает приходить в себя. Обыскиваю мерзавца, но нахожу только старенький кошелек и в нем несколько гуранов. На кошелке вышито имя владельца: Керинокс.

Он открывает глаза и видит острие меча, направленное прямо ему в лицо.

– Кто послал тебя убить меня, Керинокс? – спрашиваю я, надеясь расколоть негодяя, прежде чем он соберется с мыслями.

К несчастью, он или слишком умен, или беспросветно глуп. Мозг его работает очень четко. Керинокс трясет головой, чтобы прочистить ее. Потом начинает ругаться и посылает меня к черту. Влепляю ему пощечину. Вновь раздается ругань.

– Кто тебя послал?

– Как только встану со стула, я убью тебя, пузан.

Еще одна пощечина, и Керинокс замолкает. И все же мне не удается запугать его.

– Хочешь, чтоб я применил заклинание Правдивости?

Пленник смеется.

– Все знают, что у тебя нет такой власти. Ты только и можешь, что усыплять людей, пузан.

То, что он постоянно называет меня пузаном, начинает действовать мне на нервы. Пристально гляжу на него, прикидывая, что же делать дальше. Быть частным детективом – не то же самое, что работать в Службе общественной охраны или в дворцовой страже. Избиение людей противозаконно. Не то чтобы меня слишком волновал закон, ибо этот негодяй дважды покушался на мою жизнь. Но если я слишком изуродую его и он пожалуется властям, у меня могут возникнуть неприятности. Я приставляю меч к его горлу.

Керинокс хладнокровно смотрит на меня.

– Мои друзья скоро поймут, где я. На этот раз мы уж точно убьем тебя.

Он прав. По крайней мере в том отношении, что сообщники найдут его. Проснувшись, они начнут искать своего вожака и вполне могут прийти в «Секиру мщения». Или просто пойдут домой. Все зависит от того, сколько им заплатили. Обдумывая дальнейшие действия, я слышу стук в двери в конце коридора. Высовываю голову и вижу Макри. Она, задрав нос, проходит мимо.

– Макри!

– Не трогай меня, чурбан, – говорит она.

Я преграждаю ей путь.

– Мне нужна твоя помощь.

– Тебе не повезло. Я редко помогаю людям, которые оскорбляют меня и выставляют вон.

– Разве я так поступил?

– Конечно.

– Полагаю, я был пьян и вел себя неразумно. Ты же меня знаешь. Кстати, я только что от Лисутариды. Делал ей комплименты по поводу ее решения взять тебя в телохранители.

– В самом деле?

– Ну да. Мы оба пришли к мнению, что ты идеально подходишь для такой работы.

– Даже не думай, Фракс. Лестью ты меня не возьмешь.

– Насколько я понимаю, сам консул выразил удовлетворение по поводу твоего нового назначения.

– Вот как? Он это говорил?

Макри, кажется, польщена, но тотчас хмурится.

– Я все же сержусь на тебя.

Было время, когда Макри покупалась на простенькие комплименты. Теперь к ней так просто не подъедешь. Цивилизация испортила ее. К счастью, она постоянно нуждается в деньгах. Занятия в Колледже Гильдий стоят недешево.

– Я заплачу тебе пять гуранов.

– Десять.

– Семь с половиной.

– Хорошо. Что мне надо делать?

Вкратце посвящаю ее в суть дела.

– Ты хочешь, чтобы я напугала Керинокса, заставив его отвечать на вопросы?

Я качаю головой.

– Так не пойдет. Он не из пугливых. К тому же он надеется, что его спасут. Здесь нужно действовать тонко. В дворцовой страже мы пользовались особой техникой для допроса упрямых заключенных. Она называлась «хороший стражник, плохой стражник».

– Что?

– Все очень легко. Мы входим к обвиняемому вдвоем. Я буду угрожать ему, обращаться с ним грубо, а ты отнесешься к нему с симпатией. Меня он отвергает, а тебе расскажет всю правду.

– Почему? – недоумевает Макри.

– Точно не могу сказать, но в дворцовой страже это срабатывало. Здесь есть какая-то связь с подсознательной деятельностью мозга.

Макри задумывается. Я предполагаю, что она станет тратить время на дальнейшие расспросы, но вместо этого девушка согласно кивает.

– Мне кажется, я понимаю, к чему ты клонишь. Нечто подобное описано в великом эльфийском эпосе «Сказание о двух дубах и воинственных принцах». Там есть эпизод, когда один из принцев попадает в опасное…

Я поднимаю руку.

– Не могли бы мы обсудить эльфийскую поэзию как-нибудь в следующий раз? Сейчас нам нужно срочно допросить подозреваемого.

– Хорошо. Но ты уверен, что мне надо быть хорошим стражем? Может быть, я буду плохим?

– Нет. Тебе больше походит вид сочувствующего дознавателя.

– Вот уж нет, – протестует Макри. – Вчера вечером я ударила наемника, который рассказывал о своей любовнице. В ходе повествования он забыл, кто является его любовницей, и ущипнул меня за бедро.

– Что ж, если только Керинокс не начнет щупать тебя, ты сможешь сыграть роль сочувствующего стражника. Только не брани его по-оркски.

Макри соглашается попробовать, и мы входим в контору. Я сразу же начинаю наезжать на рыжеволосого вожака. Бью его при этом по щекам, угрожаю мечом и кинжалом и всячески унижаю. Негодяй по-прежнему не желает ничего говорить. Макри тем временем сидит тихонько за столом и наблюдает за происходящим. Когда мне начинает казаться, что я довел его до нужной кондиции, делаю вид, что мне все надоело, и отхожу в сторону.