Колдунья - Лиза Джейн Смит

Дуб и ясень. Она бросила их в центральный костер. Кусочкикассии были очень легкими, поэтому ей пришлось почти засунуть руку в пламя,чтобы убедиться в том, что они попали в костер, а не разлетелись на ветру.Чертополох, к счастью, был смолот в порошок, и она отправила целую горсть вогонь. Корень мандрагоры полетел следом. Когда Tea протянула руку, чтобы взятьпузырек с каплями, раздался голос Эрика:

– Tea, ложись!

Она не раздумывая упала на землю. Ледяной ветер пронесся поспине, едва не откинув ее волосы в пламя костра.

– Сюзанна! – снова закричал Эрик. – Ядобрался до твоего брата. Посмотри!

Теперь горели все три манекена, и Эрик бегал от одного кдругому, тыча в них головешкой.

Tea зубами выдернула пробку из пузырька и наклонила его надкостром. Одна капля, вторая, третья…

Пламя загудело и столбом взметнулось вверх. По щекам Teaбежали слезы, едкий запах разъедал ее ноздри. Оставался только один элемент,который надо было добавить в огонь, – спекшийся остаток со дна чаши. Teaвзяла его левой рукой и бросила между двумя горящими поленьями.

После этого она поднялась на ноги и увидела, что Эрик вбеде.

Он потерял головешку. Призрак обвился вокруг его шеи имедленно поднимался вверх. Рот Эрика был открыт, но он не мог издать ни звука.

– Да пребудет со мною сила слова Гекаты! –крикнула Tea прямо в ревущее пламя.

После этого слова сами стали срываться с ее языка:

Пройди сквозь огонь, отсылаю тебя!

По узкой тропе отсылаю тебя!

В мир иной отсылаю тебя!

Сквозь тьму веков отсылаю тебя!

За грань я вновь отсылаю тебя!

Тело Эрика дергалось из стороны в сторону.

Не медли, уйди, отсылаю тебя!

Ноги Эрика беспомощно болтались в воздухе.

«Вот так же погиб Кевин», – подумала Tea.

И тут она выкрикнула слова, которых никогда не слышалараньше:

Во имя силы Земли, Воздуха и Воды!

Во имя силы Огня и этой ночи Гекаты!

Во имя силы моей, силы дочери Элвайзы!

Не медли, уйди, отсылаю тебя!

Tea понятия не имела, откуда взялись эти слова. Но черезмгновение дух Сюзанны Бланше отпустил Эрика и он упал на землю.

Дух бросился к Tea, но вдруг остановился, словно натолкнулсяна невидимую стену. Он парил над огнем. Он был в ловушке.

Вверх поднимались голубые языки пламени. Дух принял обликженщины, вернее, молоденькой девушки. Она была лишь немного старше Tea. Длинныеволосы обрамляли ее бледное лицо с большими печальными глазами. Она приоткрыларот, будто что-то хотела сказать.

– Сюзанна… – прошептала Tea, протянув к ней руки.

Девушка тоже протянула к Tea свои бледные руки, но пламявзметнулось ввысь и скрыло ее. Дух Сюзанны, сверкнув, словно молния в небе,исчез.

Сквозь тьму веков, в мир иной.

Костер еще раз вспыхнул голубым пламенем. Потом все стихло,над углями заплясали привычные желтые язычки. В самом центре костра, там, кудаТea бросила остаток из чаши, появилась лепешка из мягкой и темной массы. Рядомс ней лежала прядь длинных каштановых волос, которые уже начали тлеть.

Tea протянула руку и схватила волосы. Она быстро свернула ихв спираль и скрепила еще горячей лепешкой. Все это было проделано впопыхах и неочень ловко. Блейз сделала бы все аккуратней. Но цель была достигнута: волосыбыли скреплены. Tea подняла с земли деревянную печать, на которойкаббалистическими знаками было выведено имя Сюзанны, и вдавила печать в мягкуюмассу.

Теперь все было кончено: амулет восстановлен, Сюзанна вновьотослана в мир иной. Она будет пребывать там, пока кто-нибудь неосмотрительноне выпустит ее.

Tea бросила амулет в рюкзак и побежала к месту, где лежалЭрик. Лицо у него было странного серого цвета.

«Он должен быть жив! Теперь, когда весь этот ужас позади, ондолжен быть жив! Невозможно, чтобы он…»

Эрик пошевелился.

– Эрик, у нас все получилось. Мы ее отослали за грань.У нас все получилось…

Он улыбнулся. Tea услышала его сильно охрипший голос:

– Тогда не нужно плакать.

Она даже не чувствовала, что плачет. Эрик сел. Его лицо былопокрыто грязью и сажей, волосы спутались, но он казался Tea самым красивымчеловеком на земле.

– У нас получилось, – снова прошептала она,пытаясь пригладить его волосы.

Он посмотрел на костер, потом снова на Tea:

– Знаешь я ненавидел себя за то, что мне пришлосьговорить ей все это. Я хочу сказать, что неважно, какой бы плохой она нибыла… – Он погладил Tea по щеке. – Как ты? Я думал, у тебя останутсясиняки.

– У меня? Уж у кого синяки, так это у тебя, –улыбнулась она и осторожно провела кончиками пальцев по темным полосам на егошее. – Я понимаю тебя. Мне тоже было очень жаль ее.

– Только, пожалуйста, не начинай снова плакать. Я немогу на это смотреть, – прошептал он и обнял ее.

Они сидели на земле и целовались как сумасшедшие. Целовалисьи смеялись. Tea чувствовала вкус своих слез на его губах.

Спустя несколько минут тишину нарушил какой-то шум. Эрикповернулся на звук и вздрогнул:

– Tea, мы не одни.

Tea тоже подняла голову.

Вокруг камней стояло множество автомобилей. Похоже, ониприбыли сюда довольно давно, в самый разгар битвы с Сюзанной, поэтому Tea иЭрик не услышали шума двигателей.

Все стояли и смотрели на них: бабушка Харман, опершись наруку тети Урсулы, Рис в своем рабочем халате, Мать Кибела, держащая за рукуАрадию, Старина Боб, Нана Буруку.

Здесь был почти весь Внутренний Круг.