Второе пришествие - Александр Новичков

Он сделал шаг вперед и выбросил топор. Да так стремительно, что я едва успел отскочить в сторону. Но на этом его атака не закончилась, она плавно перетекла в целую серию ударов, рубящих, колющих; Румен использовал даже деревянную рукоять топора. Лезвие с ядовитым шипением разрезало воздух, подлетая все ближе и ближе. Я перестал контратаковать, сконцентрировался на защите. И это при том, что управлял моим телом Эфир. На мгновение мне даже показалось, что это противник одержим демоном, а не я.

Моя скорость и реакция достигли предела, но я не успевал. Я не понимал, как с такой массой и размерами Румен умудряется не уступать мне в скорости, но потом понял, что он компенсировал недостатки невероятной техникой владения топором и тем самым превращал их в преимущества. С моим подобием оружия все тактики были бесполезны. Все равно что я сражался голыми руками.

Эфир негодовал. Я чувствовал это. Человеческое тело было для него темницей, он не мог использовать всю свою силу. Он не мог победить какого‑то бородатого гиганта, и от этого сходил с ума. Я боялся, что совсем потеряю контроль над телом, что вернется та черная фигура с мечом, сияющим синим пламенем, и я не смогу больше проснуться.

Оставалось лишь уклоняться от атак врага и надеяться, что гигант скоро устанет. Тогда я наконец смог бы найти прореху в его идеальной технике.

«Действительно, не может же он махать топором вечно…»

Тут я увидел прореху: Румен оступился. Едва заметно, нога чуть сместилась и опустилась не туда, куда должна была. Равновесие нарушилось, и лезвие топора пошло по другой траектории.

Да, я ждал именно этого.

И немедленно атаковал, рассчитав максимально безопасный угол. Как же сильно я ошибался. Получив шанс, я немедленно за него ухватился и не заметил, что траектория движения лезвия топора изменилась вновь. Гигант повернулся, едва заметно, небрежно, и получилось так, что летел прямо на острие.

Глухой металлический звон ударил по ушам. Испещренное царапинами лезвие топора вгрызлось в металл кинжала, прорубив клинок практически до середины. Холод неожиданно окутал мои руки, а затылок обдало жаром. Я заметил, что противник стоит намного дальше, чем должен был, увидел, как кинжал срывается с лезвия топора и падает на пол, но почему‑то не услышал звука падения.

Тугие и тяжелые удары сердца колоколом отдавались внутри головы. Онемели руки. Я не мог ни поднять их, ни пошевелить пальцами. Перестал чувствовать ноги, как будто их у меня вовсе не было. Правый глаз больше не видел, а левый накрыла кровавая пелена.

Остатками зрения и сознания я зафиксировал, что Румен закинул топор на плечи и приблизился ко мне. Крикнул в сторону. Вокруг меня столпилось человека четыре, но я следил только за главарем, который то грозил, то хохотал, то ругался…

Затем свет погас полностью.

Но лишь для того, чтобы загореться вновь. Я почувствовал приятное тепло внизу живота. Оно поднялось выше, наполнило грудь, передалось через горло, охватило голову, ослабив болезненный жар, который жег затылок. Глаза вновь увидели печальную картину разрушенной церкви и группу бандитов, беседующих на ее фоне.

Через пару секунд вернулись и звуки.

— Покойник, – фыркнул кто‑то, – голова разбита в кровь. Не доживет и до утра…

— Закопайте его, – добавил низкий бас, Румен. – Я хочу знать, где его могила. Мне он понравился, буду гордиться этой победой.

— Рано закапывать, – добавил кто‑то. – Он еще дышит. И смотрит на нас…

— Да не видит он ни черта! – огрызнулся главарь. – Не видит и не слышит… – Он осекся.

— Глядите! Его глаза… Что это у него с глазами? – испуганно пробормотал кто‑то еще. – Что происходит?

— Добейте его!

Главарь отреагировал быстрее всех. Схватился за топор и в два шага подлетел ко мне, с ходу обрушивая свое огромное оружие. Он был быстр, чертовски быстр, но это уже было не важно. Все изменилось. Я изменился. Демон пробудился и пожелал отомстить.

Румен так и не успел опустить топор. Эфир, спровоцированный ограничениями человеческого тела, больше не сдерживал себя. Преграда из стального лезвия, деревянной рукояти и мешка из плоти и костей, держащего топор, была легко преодолима для клинка, горящего синим пламенем.

Я прошел сквозь него. В прямом смысле этого слова, разрубив главаря бандитов пополам. В воздух взметнулись кровавые ошметки. Но не успели они осыпаться на пол, не успели упасть дергающиеся в конвульсиях половинки, а я уже поразил новую цель. Мне было безразлично, кто это. Ярость демона была слепа. Умереть должны были все вокруг, все, до кого я мог дотянуться, все, кто боялся и ненавидел меня.

Крики ужаса тонули в предсмертных хрипах. Я больше ничего не видел и словно бы закрыл глаза. Мне вдруг стало тепло, хорошо и спокойно, захотелось спать. Я не стал отказывать себе в этой скромной прихоти, тем более что специально для меня в главном нефе разрушенной церкви звучала такая прекрасная колыбельная.

Не прошло и нескольких секунд, а я уже погрузился в сон.