Паутина противостояния - Вадим Панов

Ваня промолчал.

Не стал ничего отвечать, несмотря на то, что это была первая, очень осторожная попытка уйбуя завести разговор с тех самых пор, как их выгнали из офиса «Роллс-Ройс». Тогда разъяренный Сиракуза настолько доходчиво и емко объяснил работодателю глубинный смысл понятия «отсутствие следов интеллекта», что дикарь его понял. Притих. Несколько часов сопел, сидя на переднем сиденье взятого напрокат «БМВ» — роскошный «Роллс-Ройс» остался в мечтах, — и вот заговорил.

— Тупые челы, мля, никакого понятия за бизнес, меня, как миллионера и деятеля, это ваще бесит, в натуре. — Молчание Сиракузы Копыто не расстроило. Вот если бы Ваня принялся ругаться, тогда дело другое, это означало бы, что советник до сих пор в ярости. А раз молчит, значит, успокоился. И в голосе уйбуя появилась знакомая развязность: — Я что думаю? Раз выгоды не видишь, купи себе очки и постарайся разглядеть, мля. Или к шасу в услужение иди, уму-разуму учиться. У нас на родине как на тачку смотрят? Тетку с крыльями над бампером? Фиг вам, иноземцы, у нас и так тетки есть! У нас, мля, сначала смотрят на размер, в натуре. Если в багажник «Ока» поместится, но это ни фига не «Газель», значит, клёвая тачка и за рулем пацан, в натуре, а не лох последний на светофоре парится. А если тачка большая, да еще и тетка с крыльями, то тебе полицейский на развилке будет честь отдавать, как будто жирафа едет…

— Я понял, тебе нужна большая машина.

— И особняк, в натуре, — выдал следующую мечту Копыто. — Прикинь, Сиракуза, домину поставлю тама, где все тузы ночуют, мля. И чтобы по праздникам на веранде симфонический оркестра наяривал. — Уйбуй пальцем указал, где именно находится вожделенная «тама». — А рядом гриль, чтобы колбаса жарилась, все, как тама, у других миллионеров, в натуре. И слуги вокруг бегают. Дворецкие, тама, штуки три, метродотель еще, ну и мажордом в ливрее. Клево, да? Аристократична!

Дикарские представления об устройстве «богатой домины» вызвали у Вани приступ глухой тоски.

— Копыто, заткнись.

— Тогда дай порулить, — немедленно попросил уйбуй.

Дикарь не сомневался, что рано или поздно они с Сиракузой вернутся в Москву, и очень хотел поведать корешам, как он «рассекал по иноземщине, мля».

— Ни за что.

— Почему?

— Потому что тогда мы точно не доедем.

— А куда мы едем?

— На север.

— В Сибирь?! Мля, братан, ты что, припух, как Карлсон, в натуре? Тама такие морозы, что виски в жилах стынет! Я на погибель не хочу, в натуре, я народу нужен, мля! Давай лучше к Кувалде на ковер из дробовиков за золото стреляться!

— Нет, не в Сибирь, — коротко ответил Ваня.

— А куда?

Впереди показался небольшой городок, до боли напоминающий рекламный проспект: «Хотите увидеть добрую старую Англию? Приезжайте к нам, в Шотландию!»

— Думал, раз я без оружия, можно делать, что хочешь? — продолжал надрываться уйбуй. — Фиг тебе, животное! Вези взад, пока я тебя не загрыз, как Тузик грелку, мля!

— Копыто, пожалуйста, заткнись, — устало повторил Ваня.

— Ага! Щаз! Вези взад, сказал! И не Копыто я тебе, а господин Копыто, мля! Миллионер и диссидент!

Сиракуза припарковал «БМВ» у обочины, повернулся, достал с заднего дивана бутылку и показал работодателю:

— Что это?

— Еще советник, мля, — презрительно процедил уйбуй. — Идиот идиотом, хуже оса, в натуре.

— Что это?

— Виски, дубина!

— А где его делают?

— Мля, кретин, где тока его не делают! — Мысли о главном семейном напитке заставили уйбуя позабыть о панике. Копыто заулыбался и принялся перечислять важнейшие, по мнению всех Красных Шапок, области Земли: — В Ирландиях, в Америках, Канадах, Шотландиях, Япониях, Индиях, правда, я в это не верю…

— Погоди, — остановил Сиракуза увлеченно загибающего пальцы уйбуя. — А в Москве делают?

— Делают, но паленый, — немедленно ответил Копыто. — Его эти кретины Дуричи пьют, да и то не все. Но Дуричи, они ведь известные идиоты, они, бывает, даже водку пьют…

— Вот именно, — кивнул Ваня.

— Что именно? — не понял Копыто. — Водку я жрать не стану, даже для опытов, мля. Пробовал уже…

— Я придумал, как тебе прославиться, — веско произнес Ваня. — Так прославиться, чтобы даже Кувалда до тебя не добрался.

Уйбуй напряженно поскреб себе под курткой, после чего поинтересовался:

— Как?

— Сейчас узнаешь.

— Что узнаю?

Если бы Шотландии не существовало, ее следовало придумать хотя бы для того, чтобы предотвратить вымирание целой семьи: без виски мозги Красных Шапок не были способны работать даже с обычным, крайне невысоким коэффициентом полезного действия. Исследователи[2]до сих пор спорили о том, почему именно виски, причем не важно какой, являлся оптимальным катализатором биохимического цикла дикарского мышления. От водки Красные Шапки становились буйными, от текилы — колючими, прием граппы их расслаблял, употребление коньяка подталкивало к революциям, а напитки ниже сорока градусов рассматривались дикарями исключительно в качестве запивки.

Виски.

В чем секрет?

В знаменитой, хотя и спорной, монографии брата Сычуса «О влиянии сторонних ферментов на молекулярный уровень, в принципе»[3]феноменальной взаимосвязи Красных Шапок с виски отводилось целых четыре главы, однако последующие за выходом книги дискуссии показали, что выводы брата Сычуса небезупречны. Особенно те из них, в которых дикарям приписывалась разработка технологии изготовления славного напитка. Сами Красные Шапки с такими заключениями радостно согласились, заявив, что подлые челы выкрали семейный рецепт, а они его с горя забыли. Предлагали даже воевать за возвращение утраты, но были остановлены и через пару дней обо всем забыли.

Возвращаясь к монографии брата Сычуса, следует заметить, что более поздние исследования его теорию полностью опровергли. Сейчас доказано, что память о производстве виски не присутствует даже в подсознании дикарей, в силу чего версию их отношения к изобретению напитка принято считать ошибочной.

— Три года?!

— Минимум, — хладнокровно подтвердил Ваня.

— Yes, yes, — закивал головой мистер Мак Нейл, хотя и не понял смысла произнесенной по-русски фразы.

— Братан, ты еще больший псих, чем осы, — сообщил Копыто советнику. — Тебе лечиться надо или за правым рулем больше не ездить никогда, в натуре. Ты прикинь: в подвале Южного Форта стоят бочки с вискарем, а пацаны молчат? Мля, да это сразу революция или всех вешать!