Посол Империи - Грэм Макнилл

— Герр Чекатило, — произнес Каспар.

Гигант кислевит не ответил, лишь поднял руку, показывая, что Каспар должен подождать, пока не закончится танец. Каспар прикусил губу и скрестил на груди руки. Бремен отвел глаза от изгибающейся девушки, и даже Павел благопристойно потупился, чтобы не смотреть на ее стыд.

Наконец Чекатило хлопнул громче и встал, жестом отослав женщину одеваться.

— Режек, — сказал он, поворачиваясь к своему подручному, человеку с жестким взглядом. — Приставь ее к работе в главном зале, она не годится для кабинок.

Режек кивнул и повел девушку к дверям, в которые вошли Каспар и остальные, вытолкнул ее в коридор и пролаял какой-то приказ охранникам. Затем он вернулся к своему хозяину и снова застыл рядом с ним, крепко сжав рукоять меча, и Каспар внезапно проник в суть этого человека, наемника и убийцы.

Только теперь Чекатило соизволил взглянуть на Каспара и его сопровождающих — широкие, устрашающие черты его лица растянула хищная улыбка.

— Ты хотел меня видеть?

— Да, я хотел задать тебе пару вопросов.

— У меня правило — никогда не отвечать на вопросы, на которые я отвечать не обязан, — заявил Чекатило.

— На эти ты ответишь.

— Неужто? Отчего ты так уверен?

— Потому что иначе я убью тебя,- пообещал Каспар.

При угрозе посла Курт Бремен вздрогнул, а Чекатило громогласно расхохотался, напугав одурманенных женщин.

— Полагаю, ты не догадывался о плане своего хозяина, рыцарь? — спросил Чекатило.

Бремен не ответил, а главарь бандитов продолжил:

— Павел Коровин! Много же воды утекло с тех пор, как я видел тебя здесь. Ты привел мне на подкуп очередного имперского посла?

Павел, уткнувшись взглядом в пол, торопливо затряс головой. Чекатило снова рассмеялся:

— Ты пришел с вопросами, но ты ничего не знаешь о человеке, которому собрался их задавать. И ты еще угрожаешь мне в моих же покоях? Одно мое слово — и ты мертв. Дюжины людей способны убить тебя на месте по первому моему зову.

— Может, так, а может, и нет, — сказал Каспар. — Успеют ли они добраться сюда прежде, чем я всажу меч в твое брюхо?

— Как знать, как знать, но у меня найдутся доспехи почище многочисленных слоев жира, имперец. Думаю, ты умрешь, если попытаешься проверить, а ты к этому пока не готов.

— Нет?

— Нет. Тебе надо еще кое-что сделать до того, как ты пойдешь на корм воронью. Я это вижу.

Каспар знал, что потерял контроль над беседой, если он вообще обладал когда-то этим контролем, но он отчаянно желал выяснить хоть что-нибудь, что могло бы подсказать, где сейчас Софья. И если Анастасия права насчет ее прошлого, то есть шанс, что этот ублюдок может знать что-то важное.

Посол понял, что вступил в противоборство, будучи подготовленным куда меньше, чем следовало бы, и что угрозы здесь — не способ получить желаемые ответы, так что он поменял тактику;

— Герр Чекатило, все мы здесь — светские люди, умудренные жизненным опытом, не так ли? А ведем себя как дикие звери, скрещиваем рога, точно олени, стремящиеся стать вожаками стада. Но тут твое логово, и теперь я понимаю, что здесь бессмысленно пытаться доказывать свой авторитет, — сказал Каспар, широко разводя руками, горячо надеясь, что жест этот выглядит демонстрацией великодушного благородства. — Мне необходима твоя помощь, я пришел к тебе в отчаянной нужде. Пропал мой добрый друг, и я верю, что ты можешь помочь мне отыскать ее.

Чекатило улыбнулся, немедленно разгадав уловку Каспара.

— Ты умен, имперец, гораздо умнее того придурка Тугенхейма. Зря он думал, что может быть здесь важным человеком. К сожалению, он ошибался во всех отношениях.

— Так ты поможешь?

— Возможно. Кого ты потерял?

— Мою лекаршу. Ее зовут Софья Валенчик, мне сказали, она когда-то работала на тебя.

— Софья! — гаркнул Чекатило. — Ну да, я помню Софью, но нет, она никогда не работала на меня, вне зависимости от того, сколько бы денег я ей ни предлагал. Думаю, я ей не нравился.

— Интересно, отчего бы это? — фыркнул Бремен. Увидев, как Режек напрягся, Каспар метнул на рыцаря ядовитый взгляд и сказал:

— Правда? Она никогда на тебя не работала? Ты уверен?

Каспар чувствовал, как та толика надежды, которую он питал, затевая этот поход и рассчитывая на результаты, улетучивается. Анастасия убедила его, что Софья работала на Чекатило, а ее слова он всегда ставил выше слов толстяка кислевита, но инстинкт твердил ему, что Чекатило не лжет.

— Ты уверен? — повторил Каспар.

Чекатило нахмурился:

— Мне, конечно, уже за сорок, но память меня пока не подводит. Нет, она никогда не работала на меня. Хотя и приходила сюда несколько раз в год.

— Что? — ужаснулся Каспар.- Софья приходила сюда, по собственной воле?

— Да, — подтвердил Чекатило. — По ее собственной воле. Она присматривала за девочками, работающими в отдельных кабинках, делала им припарки от сифилиса и все такое прочее. Иногда принимала роды или приканчивала детишек во чреве. Она пыталась следить за здоровьем девушек. — Жирный мошенник похотливо ухмыльнулся. — Нелегкая это задачка в Кислеве. Но нет, она никогда не работала на меня, хотя я был бы счастлив, я высоко ценил ее. Она была доброй женщиной.

— Была? Она была и остается доброй женщиной, — подчеркнул Каспар. — А сейчас она пропала, ее забрал Мясник.

— Значит, она мертва. Зарезана и съедена.

— Я в это не верю, — заявил Каспар.

— Нет? Что заставляет тебя полагать, что она жива?

— Я сам, — ответил Каспар каким-то усталым, лишенным эмоций голосом. — Пока я не увижу что-то, что доказывало бы ее гибель, я буду продолжать искать ее.

— Влюбился? — хохотнул Чекатило. — Не стану винить тебя, коли так. Софья Валенчик — прекрасная женщина.

— Нет, — сказал Каспар, и Чекатило улыбнулся поспешности его ответа.

— Ясно, но почему ты считал, что я могу или захочу помочь тебе отыскать ее?

— Не знаю. Я пришел сюда, думая, что, возможно, ее забрал ты, но теперь я в этом не уверен. Я не знаю, что бы ты мог сделать, чтобы помочь мне, но если есть это «что-то», то молю тебя — помоги.

Прежде чем заговорить, Чекатило несколько долгих секунд рассматривал Каспара.

— Я помогу тебе, имперец, хотя лишь Урсан знает почему. Я и сейчас полагаю, что мы с тобой будем врагами, но тут дело касается Софьи. Чем ты отплатишь за мою помощь?

— Все, что я могу предложить, это свою благодарность, — сказал Каспар.

Великан-кислевит рассмеялся, посол же был по-прежнему серьезен.

— Ты — человек своего слова, Каспар фон Велтен?