Портрет прекрасной принцессы - Вера Чиркова

— Посвети, — хриплый шепот заставил мое сердце смятенно сжаться, а руки сунуть дротики на место.

Я узнал голос герцога мгновенно и так же быстро сообразил, что оружие мне в этот раз не поможет. Бесшумно отступив к стеллажу, вороватой мышкой нырнул под нижнюю полку. И, стараясь ползти как можно бесшумнее, забился в самый дальний угол, с облегчением обнаружив, что заметить меня можно только с одной стороны — из-под стеллажа. Да и то для этого придется нагнуться пониже. С двух сторон меня защищал холодный камень стен, а с третьей — поставленная впритык к стеллажу огромная бочка. Шладбернские рыбаки обычно хранят в таких соль, так что думаю, не ошибусь, если и здесь повара не изменили национальному обычаю.

В чуланчике тем временем посветлело, и в щель между бочкой и стойкой стало возможным разглядеть две пары ног, бесшумно двигающихся по проходу. Потом раздался тихий стук, словно на пол положили что-то твердое.

— Тише! — прошипел от распахнутого оконца Гийом, и в этот миг тишину вновь расколол протяжный раскат грома. Гроза явно удалялась от замка.

— Все, — доложил один из сообщников герцога, после того как они сделали несколько рейсов к окну и назад.

— Лестницу суньте под полку поближе к окну, — властно скомандовал оставшийся снаружи Гийом, и я еще сильнее вжался в угол, представляя, чем может закончиться для меня его приказ.

Однако сообщники герцога вовремя сообразили, что бочка может им помешать, и спрятали довольно длинный предмет под противоположным стеллажом.

— А соль сейчас переставим или потом?

У меня снова все замерло в душе, ох как не вовремя люди Гийома решили проявить рвение! Ведь если они сейчас укатят бочку, вполне смогут разглядеть мою персону. А уж что им захочется со мной сделать, наверняка не знает даже бог справедливости Амирту.

— Не нужно, вылезайте, гроза закончилась, — поторопил помощников консорт, а я облегченно выдохнул и пообещал себе, что пошлю Ештанчи денег на покупку дров для алтаря.

Едва за лазутчиками захлопнулась тяжелая дубовая створка оконца, усиленная железной решеткой, я сунул в приютивший меня уголок предательский кошель, присыпал его мусором и пылью и рванул прочь. Лишь на пару мгновений приостановившись перед выходом из чулана, чтобы прислушаться к происходящему в коридоре и слегка почистить одежду.

В своей комнате я прежде всего запер двери, затем, сбросив камзол со штанами и выбив из них пыль уже основательно, засунул вещи в самый дальний угол шкафа. И только после этого, уже не торопясь, устроился на постели, погасил лампу и принялся собирать из небольших кусочков, имеющихся в моем распоряжении, истинную картину происходящего.

Не знаю, то ли усталость взяла свое, то ли в мазях лекаря были особые компоненты, но додуматься я ни до чего так и не смог, попросту провалившись в темноту сна.

А когда проснулся, было уже светло, и робкий солнечный лучик, отважно пересекший комнатку, гулял по двери, изучая старинные царапины и витую головку ключа. Что-то такое нужно было сделать на рассвете, сладко потянувшись в мягкой постели, лениво попытался припомнить я.

Ах, змейство! Вспомнил! Я же собирался посмотреть на того сердцееда, что скачет по утрам возле дворца. Вот только как мне выяснить, где именно это происходит, если с вечера, занятый собственными проблемами, я так и не удосужился ни у кого узнать поподробнее?

Уже через несколько минут, умывшись и приодевшись, я влетел на кухню, даже не стараясь придумывать заранее какой-нибудь план. Решив просто действовать по наитию.

И оно не подвело, возле обеденного стола за чашкой бодрящего отвара уже сидела немного хмурая со сна Дили, а возле плиты сноровисто суетились кухарка и повар. Еще одну кухарку я обнаружил в уголке, рядом с корзиной овощей и котлом с водой. В ее руках мелькал тот самый нож, что приносила вчера Леса, и можно с уверенностью предположить, что это и есть его хозяйка Мира.

— Доброе утро, — вежливо приветствовал я поваров. — Меня зовут Зетай Унзури, и я новый учитель принцесс.

— Я Лимен, — на секунду обернулся от кастрюльки повар, не переставая энергично мешать свое варево.

— Я Мира.

— Я Женни.

— Доброе утро, Тай. — Дили уже наливала в мою чашку душистый напиток. — Что будешь есть? Советую позавтракать поплотнее, обед наверняка будет позже обычного, да и нормально поесть вряд ли удастся.

— А каков вообще сегодняшний распорядок? — только теперь заинтересовался я, начиная понимать, что и мне придется подстраиваться под праздничную церемонию.

— Часа через три прибудут члены совета и герцог и вместе с принцессами отправятся на морскую лестницу. Там есть специальная площадка. Мы все тоже последуем за ними. — Она бросила на меня внимательный взгляд, желая убедиться, все ли я понял правильно.

Разумеется, все. Несмотря на то что формально герцог окажется один против кучи советников, на самом деле за его спиной будет стоять шестеро специалистов охраны и сыска. Считая меня.

Ничего не могу сказать, нравится мне его предусмотрительность. Вот только узнать бы еще, что он задумал, не зря же они вчера натаскали в чулан кучу дубовых брусьев.

— Спасибо, — ответил я гувернантке вслух, дав ей понять взглядом, что прекрасно понял предупреждение, — а ветчина или окорок есть?

— В чулане, — не оборачиваясь, откликнулся повар, — чуть позже принесу.

— Я мог бы и сам сходить… но не знаю, где это, — с притворным сожалением вздохнул я, исподтишка наблюдая за Дили, и отчетливо разглядел на ее лице тень досады.

Ну, разумеется, она туда пойти не может, нельзя оставить без присмотра поваров, зайцу понятно, что женщина не просто так сидит тут спозаранку. А повара заняты своим делом, следовательно, остается всего один вариант. Похоже, моя уловка должна сработать.

— Третья дверь по левой стороне, там не заперто, — подавив вздох, просветила меня Дили. — Лампу возьмешь со стены.

— Хорошо, — буднично ответив ей, я прихватил тарелку и отправился за окороком.

— А нож не забыл? — догнал меня оклик Лимена, и в нем прозвучала скрытая насмешка.

— Ножи я никогда не забываю, — с превосходством сообщил я слишком внимательному повару святую истину и степенно вышел из кухни.

А вот до чулана уже почти бежал, наверняка зная, что это самое слабое место моего спонтанного замысла, в коридоре в любой миг мог появиться еще один проснувшийся охранник. И только сорвав со стены лампу и захлопнув за собой дверцу, я остановился передохнуть и осмотреться. Вчера мне было совсем не до этого, зато теперь можно без помех изучить совершенно обычный на первый взгляд чуланчик.

Что можно делать здесь дубовыми брусьями — вот единственный вопрос, интересующий меня в данный миг.

Тщательно разглядев и изучив дверь, стеллаж и даже крючья в стене, я невольно обратил внимание на более новые стойки, к которым крепятся полки. Причем, что особенно любопытно, заменены только те, что стоят возле двери. И поставлены они не впритык к стене, а на расстоянии ладони.