Обезьяна с гранатой - Анатолий Дроздов

В его узорах я зашифровал

Мое моленье о твоей любви.

…Листка прожилки тонки и хрупки,

И, превращаясь в невесомый прах,

Он передал, спорхнув с твоей руки,

То, что не смел я выразить в словах…

– Нравится? – спросила она, закончив.

– Замечательно! – соврал Сергей.

– А вы какие знаете?

Сергей мгновение колебался. Так ли хорош его перевод? С Пушкиным даже у профессионалов проблемы. Глубоко национальный поэт, малопонятный иностранцам. Зато как в тему! Ладно… Он набрал в грудь воздуха:

Цветок засохший, бездыханный,

Забытый в книге вижу я;

И вот уже мечтою странной

Душа наполнилась моя:

Где цвел? когда? какой весною?

И долго ль цвел? и сорван кем,

Чужой, знакомой ли рукою?

И положен сюда зачем?

На память нежного ль свиданья,

Или разлуки роковой,

Иль одинокого гулянья

В тиши полей, в тени лесной?

И жив ли тот, и та жива ли?

И нынче где их уголок?

Или уже они увяли,

Как сей неведомый цветок?

– Боже! – воскликнула Леа, когда он умолк. – Как чудно! Это вы сочинили?

– Нет! – ответил Сергей. – Это лучший поэт моей страны. Я только перевел.

– Почитайте еще! Пожалуйста!

Сергей задумался, но в этот момент дверь распахнулась, и в проеме показался Антуан. Леа вскочила как ошпаренная.

– Вас ждут, граф! – поклонился Антуан.

– Я прочту, – сказал Сергей, вставая. – Обещаю!

Ответом ему был взгляд, полный признательности. А может, чего-то еще? Сергей не стал над этим задумываться. Они пересекли приемную и, провожаемые завистливыми взглядами, вошли в растворенную лакеем дверь. Створки за их спиной немедленно сомкнулись. Немолодой лысый мужчина при их появлении встал из-за стола и поспешил навстречу.

– Наконец-то! – воскликнул, обнимая Сергея. – Заждались!

Он отступил и стал разглядывать гостя.

– Хорош! Видел тебя на экране, но не думал, что ты такой гигант. Да еще красавец! Все женщины твои! Кстати! – Хорхе загадочно улыбнулся. – Есть тут одна герцогиня…

– С герцогинями я завязал! – отрезал Сергей.

– Очень влиятельная!

– Нет! – сказал Сергей.

– Ну вот! – развел руками Хорхе. – Я думал, ты по женщинам соскучился. И сам бы развлекся, и дело сделал бы.

Сергей покрутил головой.

– Как хочешь! – вздохнул Хорхе. – Понравилась Киенна?

– Занятная, – сказал Сергей.

– Видел бы ты ее тридцать лет назад! Трущобы! Отстроили заново. Замостили улицы, заставляем их убирать. Самый чистый город империи!

По лицу Хорхе было видно, что он этим искренне гордится.

– А люди? Познакомился с кем?

– С Антуаном. И Леа…

Под пристальным взглядом Хорхе Сергей потупился.

– Гляди! – погрозил тот пальцем. – Не вздумай соблазнить! Тебе это глазом моргнуть.

– Не собирался, – пожал плечами Сергей.

– Так я и поверил! На Леа многие облизываются. Уже не один подкатывался. Я обещал, что совратитель будет иметь дело со мной. Отстали. Здесь не Земля, сынок, совращение для девушки – трагедия. Случается, они вешаются. Или топятся. Учти!

Сергей согласно склонил голову.

– Сейчас пообедаем, – Хорхе потер руки, – а после поговорим. Дел – по горло! Тебе как доктору политологии будет интересно. Командуй, Антуан! Пусть несут!

Спутник Сергея выбежал из кабинета. Не прошло и минуты, как в дверь стали входить лакеи с подносами. Сергей замер, ожидая, что увидит Леа, но та не появилась. Что в немалой степени испортило землянину аппетит. Хотя готовили у канцлера вкусно. Можно сказать, обалденно.