Можно, я попробую еще раз?! - Игорь Минаков

Когда не помнишь, как было раньше, исправлять намного интересней.

Наполеон Бонапарт

ПОДЗЕМНОЕ ЦАРСТВО

Эльф буквально поволок Урчи и Зара прочь из помещения, и далее, какими-то темными переходами они очутились в заброшенном сарайчике, где столкнулись с Ярлом. Но поразил и полностью завладел их вниманием не пес, а незнакомец, который в момент их появления откинул свой капюшон. Вокруг разлилось ослепляющее сияние, исходящее от золотистых волос.

— Разрешите представить вам, наследная принцесса народа Тилвит-Лим-Тингов. — Аэлт рассыпался в поклонах и вообще вел себя крайне неестественно, демонстрируя манеры… (Здесь завершим предложение, даже не добавляя слова «изысканные», ибо то, как себя обычно вел эльф, заслуживало бы эпитетов «несносный» или «вредный», и уж никак его поведение не могло сочетаться с понятием «манеры».)

Принцесса гордо выпрямилась и обратилась… к Ярлу. При этом она все время посматривала и в сторону остальных, но, очевидно, речь адресовалась исключительно драконьему псу:

— Я умоляю вас о спасении. Мой народ в беде. Вы единственные, кому я могу рассказать об этом, и если вы не придете на помощь, наша прекрасная страна погибнет!

— Мы готовы помочь вам, — произнес Урчи, — но не могли бы вы рассказать чуть подробнее о нависшей угрозе, а также почему ваш выбор пал именно на нас?

— Наш народ очень древний (принцесса упорно обращалась исключительно к Ярлу), издавна жили мы бок о бок людьми, учиняя проказы и шалости, меняя молоко на сметану в кувшинах хозяек (а иногда и подбрасывая туда лягушек), выращивая диковинные растения в крестьянских огородах, устраивая гонки на лошадях или свиньях, уча детей непонятным словам, которыми они удивляют родителей, гоняя мурашки по телу или щекоча очередную жертву, — да мало ли забав мы придумали на своем веку. Но есть ряд правил и устоев, которые мы обязаны неукоснительно соблюдать. В частности, все жители Тилвит-Лим-Тинг светлокожи и золотоволосы, поэтому мы имеем право общаться только с теми людьми, кто также имеет золотистые волосы. Кроме того, нам нельзя показываться тем, кто не сможет понять нас, но при этом в состоянии рассказать о нашем народе другим. Еще нам не положено заговаривать первыми с шестипалыми, пить воду в новолуние, танцевать при зажженных свечах, ставить свои метки на животных, родившихся в пятницу…

— Я не сомневаюсь, что все эти законы имеют под собой очень серьезное обоснование, — Зар проявлял чудеса дипломатии, — но ведь среди нас нет золотоволосых людей. — Он провел по своей угольно-черной шевелюре, покосился на огненные кудри Урчи и пестрые завитки на голове Аэлта.

— Вы совершенно правы! — Принцесса неожиданно вскинула руки, качнула головой и… в руке у нее оказался парик из красивейших золотых волос. Под париком волос не оказалось вовсе, ее голова была обрита наголо. — Ради своего народа я готова пойти на любые жертвы. Мы не можем нарушать традиции, а это был единственный способ поговорить с вами — у драконьего пса ведь тоже нет волос, только шерсть (принцесса тоже была весьма дипломатична, слово «чешуя» куда точнее описывало шкуру Ярла), а эльф способен понимать наш язык, поэтому все законы формально соблюдены.

Наш народ в страшной беде, позвольте, я провожу вас и по дороге расскажу обо всем. Мы живем под землей, а войти в нашу удивительную страну можно, нырнув в маленькое лесное озеро, что неподалеку отсюда. Пойдемте, я покажу дорогу.

Они не успели пройти и сотни шагов, как разразилась страшная гроза. Под хлещущими струями дождя можно было передвигаться только гуськом, держась за руки. Неожиданно молния ударила в старое иссохшее дерево, все на мгновение ослепли, а когда к ним вернулась способность видеть, принцесса пропала и только вековой исполин, как огромный факел, полыхал в ночи.

Поиск не дал результатов, и тогда эльф непреклонно сказал:

— Мы обязаны им помочь!

— Им или ей? — невинно поинтересовался пес. Но когда эльф зашипел на него так, как если бы это он умел изрыгать пламя, Ярл почел за лучшее не развивать тему.

И вот приятели четвертый день кряду бродили по лесу и уже были готовы прекратить поиски, как услышали тихое пение, которое будто звало и тянуло их неизвестно куда. Бросившись на звуки голоса, они вышли к берегу озерка, затерянного в лесу. На берегу сидела принцесса и негромко пела, расчесывая волосы парика.

— Простите, что я исчезла, не предупредив, не успела дорассказать вам — у нас очень много правил. Мы не имеем права находиться рядом с людьми, когда горит лес…

— Не надо, мы понимаем сложность вашей правовой системы, — Ярл начинал уставать от подобных формальностей, — я догадываюсь, что вы не имеете права петь, если не расчесываете волосы, так ведь?

— Вы почти правы, но не все, а только молодые девушки — юноши же обязаны в подобной ситуации играть на каком-либо музыкальном инструменте.

— Сплошные формальности и бюрократия! Как мне это знакомо… — посочувствовал Аэлт, но вызвал обратную реакцию: