Королева орков. Книга 1. Собственность короля - Морган Хауэлл

Ковок-ма не трогался с места — делал вид, будто смех не дает ему идти. Он дождался момента, когда между ним и другими орками образовалось приличное расстояние, и только тогда снова зашагал вперед. Теперь он стал смотреть на Дар с любопытством.

— Что ты хотеть сказать? — спросил он.

Дар вдруг поймала себя на том, что ей не хватает слов. Она словно бы стояла на горном пике, где любой шаг мог привести к падению в пропасть. Дар растерялась. Она понимала, что должна сделать такой шаг, от которого будет зависеть вся ее дальнейшая жизнь. Она очень волновалась и сумела вымолвить только:

— Почему?

— Почему — что? — спросил Ковок-ма.

— Почему ты это сделал? Почему назвал меня своей женщиной? Что это означало?

— Я защищать тебя.

— Почему? Я же вашавоки.

— Тер нав мут («Ты мать»).

— Мут. Женщина. Какая разница? Почему ты спас меня?

Ковок-ма ответил не сразу. А когда стал отвечать, Дар показалось, что он с трудом подбирает слова.

— Мут ла повсюду… но… все же она… далеко. Ее голос трудно услыхать. Еще труднее понять. Мут ла — это первая мать. Она говорить через матерей. Сыновья иметь мало мудрости, но мы тоже стараться слушать голос Мут ла. Я думать… Я думать, что она говорить мне — защищать эту мать вашавоки.

Дар молчала. Миновало несколько мгновений, и Ковок-ма спросил:

— Почему твои глаза делать твое лицо мокрое?

— Всю мою жизнь я… Ко мне относились… относились как к… — Дар утерла слезы. — Я просто женщина. А ты говоришь так, будто я достойна спасения.

— Я не понимать тебя.

— Вашавоки думают, что женщины почти ничего не стоят, что ими должны править мужчины.

— Если так, то у них мало мудрости, — заключил Ковок-ма.

— И они думают, что теперь ты правишь мной.

— Почему они так думать?

— Потому что ты сказал, что я твоя женщина.

— Я думать, это означать, что я тебя защищать, — сказал Ковок-ма.

— Это означает не только защиту, — всхлипнула Дар.

Ковок-ма с удивлением заметил, что лицо Дар покраснело.

— А что еще это означать?

— Вашавоки думают, что… что ты и я… — Дар перешла на оркский язык, чтобы отдалить себя от той мысли, какую выражали слова: — Та теп мер да-тримак («Ты и я занимались любовью»).

Ковок-ма вытаращил глаза.

— Да-тримак! Они этому верить?

— Да, и они очень злятся на меня.

— Ты должна говорить им, что это не так.

— Они мне не поверят. Ба Сими солгал им, — покачала головой Дар. Она употребила то имя, которым орки называли мерданта Коля.

— Зачем?

— Он хочет сделать мне больно, — объяснила Дар. — Человеку можно сделать больно, не прикасаясь к нему. Теперь я отверженная.

— Что значить «отверженная»?

— Для меня нет места среди людей.

Ковок-ма не ответил. Через некоторое время от его молчания Дар стало не по себе. Она подумала: «Он, наверное, как человек, который спасает бродячего пса, повинуясь порыву души, а потом не знает, куда его деть. Что я для него? — в отчаянии гадала Дар. — Я по-прежнему вашавоки!»

Наконец Ковок-ма издал звук, который показался Дар вздохом.

— Где ты спать?

— Устроюсь где-нибудь.

— Можешь спать в мой шалаш.

— Но мой запах…

— Я привыкать к нему.