Времени.net. 1977 год - Павел Алашкин

Действительно, вся новейшая история страны довольно здорово изменилась. Забегая вперед, скажу, что строй, который был теперь в СССР, назывался народным капитализмом. В стране была разрешена частная собственность, действовало огромное количество коммерческих компаний. При этом КПСС была единственной политической партией…

К 1982 году экономика СССР становится самой быстрорастущей в мире, а в 1991 году догоняет по своим размерам американскую. В СССР устремляется поток трудовых мигрантов из различных стран мира. В итоге в нашей стране появляются целые районы, в которых говорят по-английски, по-французски, по-испански. В 2001 году за СССР закрепляется абсолютное лидерство в огромном количестве отраслей: автомобильной, электронике, космосе.

В 2003-м советский пилотируемый космический корабль, приземляется на Марсе. А на орбите Земли строится самый настоящий космический городок, куда в массовом порядке прилетают все желающие. В Ленинграде строят самый мощный в мире атомный реактор. Население страны стремительно растет. К 2000 году, благодаря появлению в стране огромного количества приезжих, население СССР достигает 600 000 000 человек.

Города СССР становятся крупнейшими в мире. в Москве проживает 25 000 000 человек, в Ленинграде 20 000 000. Советские автомобили: ВАЗ, ГАЗ, КамАЗ признаны лучшими. В 2000 году совет директоров ВАЗ, принимает решение о покупке блокирующего пакета акций «General motors».

В стране бурно развивается сегмент высокотехнологических товаров. В огромных технопарках производят микропроцессоры, компьютерную память, материнские платы.

Я взял очередной бутерброд.

— Прямо не жизнь, а сказка какая-то. Настолько все это не похоже на то, что было, — сказал я Юрию Тихоновичу, немного оторвавшись от чтения.

— Мне бы очень хотелось побывать в городах, селах, поговорить с людьми, услышать их мысли да просто посмотреть на жизнь.

— Что-то типа путешествия по стране?

— Да, идеально, на автомобиле.

— А что, это хорошая идея. Давай пойдем по такому алгоритму. Несколько дней тебе все-таки надо провести в институте, чтобы узнать как можно больше о новой жизни. Те компакт-диски, которые я тебе дал, помогут в этом.

— Хорошо, я думаю, что это оптимально. На обед я не пойду, бутеров налопался. Я пойду к себе в комнату, начну диски смотреть. Возможно, что у меня появятся какие-то вопросы, но мы их решим в процессе жизнедеятельности, так скажем.

— Иди, конечно, отдыхай, смотри диски. Я три дня здесь в институте пробуду, а потом на дачу к себе поеду, отдыхать. Я ведь на пенсии уже давно.

— Юрий Тихонович, так, может, лучше на дачу к вам поедем, там и посмотрим все?

— Нет, дорогой товарищ, давай все-таки соблюдать порядок. У нас тут, кстати, все это делают в обязательном порядке, так что вникай здесь.

— Ну как скажете, ладно, в таком случае я пошел.

— Да, давай, если будут какие-то вопросы или пожелания, обращайся — где я нахожусь, ты знаешь.

— Конечно.

Я вышел из комнаты, дошел до лифтов и спустился на свой этаж. За 30 лет интерьер поменялся не сильно. Было видно, что здание недавно ремонтировали.

На стенках висели портреты каких-то незнакомых мне людей.

Сердце невольно застучало сильнее, когда я подошел к своей комнате. В голове не укладывалось, что я сегодня совершил прыжок длиной в 30 лет. А ведь сегодня утром я вышел отсюда в 1977 году.

Я приоткрыл дверь и присмотрелся. Комнату, как я и предполагал, было не узнать.

В углу стоял огромный плоский телевизор с надписью «Рубин „Сверх“.»

Напротив него компьютерный стол с ноутбуком, на крышке которого гордо серебрилась надпись «Ленинград».

Я открыл крышку компьютера, провел по экрану пальцем и вслух сказал:

— Ну дела!

Окружающая действительность мне явно нравилась. Я достал из заднего кармана российский паспорт. Судя по всему, этот документ является теперь архивным и больше не понадобится.

Я лег на кровать, закрыл глаза и начал размышлять.

Насколько я помню, меня представили к государственной награде и вроде как дали квартиру и машину. А это значит, что у меня будет на чем попутешествовать по стране.

Поезжу месяца 2–3, сделаю выводы о обществе, в котором очутился, а потом и на работу устроюсь. Размышляя таким образом, я не заметил как заснул, а когда открыл глаза, было уже темно. Ух ты, подумал я, это же сколько времени я спал?

Я привстал и посмотрел на часы, которые висели на стене. Было пять утра.

На столе рядом с ноутбуком чья то заботливая рука оставила термос с чаем, вареные сосиски и белый хлеб с сыром.

Спать не хотелось. Я пошел в туалет, умылся и перекусил.

Теперь можно было смело приступать к изучению компакт-дисков, которые мне дал Юрий Тихонович.

Первый диск, который я поставил, назывался «Новейшая аграрная революция в СССР».

В этом, по всей вероятности, учебном фильме рассказывалось о том, какой путь прошло сельское хозяйство СССР, начиная с 1917 года, заканчивая 2004-м.

Я увидел владельцев ферм, которые напоминали купцов XIX века. Эти достопочтенные граждане говорили о любви к мировому пролетариату, эксплуатируя на своих полях, обыкновенных крестьян.

В конце фильма бодрый ведущий показывал на каком-то графике рост объема продукции сельского хозяйства, говоря о том, что благодаря заселению эмигрантами малообжитых районов Сибири, рост производства сельхозпродукции увеличился по сравнению с 1997 годом в 15 раз. А лучшими фермерами показали себя выходцы из Китая и Вьетнама, которые компактно поселились в Ямало-Ненецком автономном округе.

Я посмотрел на часы. Было 9 утра. Можно было идти на завтрак. Я выключил компьютер и решил еще раз умыться.

Боже, насколько люди этого общества лучше живут, чем мы. Я вспомнил пессимистические репортажи российского телевидения, которые были посвящены сельскому хозяйству.

Я смотрел в зеркало, стараясь понять, кто совершил ошибку в моем прошлом, превратив потенциально цветущую страну в развалины.