Хищники Дня и Ночи - Виктор Ночкин

– Чего он ходит?

– Пойду спрошу.

Колдун поднялся и вышел, Чаглави услыхал треск ступеней и невнятный говор. Потом разговор прервался, и Свифт вернулся в каюту.

– Что он говорит?

– Будет шторм. Ветер усиливается. Лучше поспи сейчас, скоро будет не до сна.

Чаглави не стал спорить и, хотя считал, что не сможет уснуть, послушно лег. Качка усилилась, солнечный свет в приоткрытой двери померк… Ночной погрузился в забытье. Разбудил его грохот и стук. Джеремии в каюте не было, и Чаглави пробрался к выходу. Идти стало тяжело, пол под юношей раскачивался и норовил выскочить из-под ног. Ночной доковылял к двери, ухватился за косяк и выглянул.

Джеремия Свифт стоял рядом и глядел вдаль. Небо стало совершенно черным, оно источало редкие крупные капли. На горизонте седая пелена окутала границу между морем и тучами, вспыхивали зарницы, и ветер гнал судно в ту сторону. Парус моряки убрали, и корабль медленно полз по водным холмам, которые Чаглави не решился бы назвать волнами. Это были широкие пологие массы воды, создавалось впечатление, что не волны смещаются по океанской поверхности, а вода сама по себе вспухает горбами, которые опадают, чтобы подняться рядом… Блеснула вспышка, загрохотало над головой, и небеса пролились сплошным потоком воды… Колдун запрокинул голову и подставил широко раскрытый рот серым струям.

– Колдун! Это твоя вина! – заорал сверху Ашат. – Хозяин морей сердится за убитого йеффа!

– Если бы ты не пил настой розового корня с вождями, а отплыл в ночь, мы были бы вон там, – отозвался Свифт, указывая рукой.

Ночной вышел под дождь и поглядел, куда ткнул пальцем Джеремия. В той стороне небо было светлым.

– Чаглави, идем, – позвал Свифт и направился в каюту.

В каюте было темно и потише, чем снаружи.

– Кто такой хозяин морей? – спросил юноша.

– Глупое суеверие, в нем не больше смысла, чем в Тропе Солнца. Морское чудовище, пастух океанских тварей. Если бы мы отплыли накануне, этот ветер уже нес бы нас к Амагару, а так мы не можем поставить парус, чтобы не снесло туда, где бушует настоящий шторм.

– Что же теперь будет?

– Ничего, гроза и дождь идут на убыль. Придется подождать, пока буря стихнет, потом уйдем к Амагару. Можешь спать дальше.

Сон не шел, качка оставалась сильной… Но дождь вскоре в самом деле ослаб и не так громко колотил по палубе. Да и грозовые раскаты отдалились. Буря уходила в океан скорей, чем корабль смещался в ее сторону.

К вечеру дождь стих вовсе, и только странные плоские волны, отголосок шторма, бушующего вдалеке, напоминали о грозе, которая прошла стороной. Небо оставалось затянутым тучами, солнца не было видно, и Ашат не мог сориентироваться. Он велел поставить парус и повел корабль, часто меняя курс, прочь от бури. Судно скрипело, переползая с одного водного бугра на другой… Матросы выбрались на палубу и вяло спорили, прикидывая, в какой стороне порт Хамак. Если не угадать, придется идти вдоль берега… Берег-то должен быть совсем рядом…

Неожиданно Чаглави ощутил: что-то происходит. Палуба качнулась иначе, правильный рисунок широких волн нарушился, поверхность моря вспухла широким бугром рядом с парусником… Матросы смолкли и уставились на растущую водяную гору. Верхушка странной волны взорвалась, к небу взметнулся мутный поток газов и влаги – огромный, невероятно огромный! Казалось, он достигнет серого неба и пробьет в нем дыру!

Стенки водяного вулкана опали, побежали концентрическими кругами, ударили в борт парусника, мигом развернули судно, только что казавшееся тяжелым и неповоротливым. Корабль скатился с первой, самой высокой, волны – и тут же взлетел на следующую. Палуба заплясала под ногами, вывернулась из-под Чаглави и вдруг больно ударила по заду. Юноша покатился по наклонной поверхности, на него свалился тюфяк – почему-то сверху. Все закружилось…

Дверь каюты распахнулась, с треском ударила в стену надстройки – в проеме было небо. Потом серые тучи побежали вверх, в раскрытый прямоугольник вползло море, вода бурлила, кипела и вспухала огромными пузырями. Чаглави на четвереньках пополз к выходу, краем глаза увидел, что Джеремия спокойно затягивает веревки на заплечном мешке и нащупывает что-то под тюфяком.

Юноша выглянул – над морем появился бугор, на этот раз не из воды, у бугра были глаза. И еще была огромная пасть, которая раскрывалась по мере того, как чудовищная голова вздымалась над поверхностью моря… Гигантский йефф. Хозяин морей.

Голова зверя все поднималась и поднималась в паре сотен шагов от судна, она была уже выше мачты, но йефф продолжал всплывать, по бокам чудища стекали потоки воды.

– Выполз продуть пузырь, – спокойно заметил Джеремия, – пока солнца нет.

* * *

Матросы смолкли, они, задирая головы, смотрели, как возносится к небесам голова хозяина морей… Тишину нарушал только плеск.

– Что ж теперь… – промямлил Чаглави.

Он привык, что Свифт знает ответ на все вопросы.

– Принеси мое копье! – велел колдун. – Живей!

Чаглави метнулся в каюту, нащупал древко, бросился к Джеремии, за ним тянулась серая веревка. «Он что, собирается убить хозяина морей этим копьем? – подумал юноша. – Он сошел с ума?» Протянул оружие и спросил:

– Ты что, собираешься убить хозяина морей этим копьем?

– Ты сошел с ума? – Джеремия вцепился в древко. Походный мешок он уже нацепил на спину. – Хватай веревку, концом обвяжи себя! Чтоб не потеряться! Сейчас начнется, смотри!

Голова гиганта замерла между тучами и кораблем. Ниже туловище надувалось огромной опухолью, под серой шкурой йеффа наполнялся воздухом пузырь. Чаглави торопливо потянул мокрую веревку, нащупал конец, расползающийся на отдельные пряди, и стал обматывать вокруг торса. Колдун ухватил канат за середину и тоже несколько раз обернул на туловище.

Хозяин морей стал изгибаться, голова пошла вниз – прямо на парусник Ашата. Пасть раскрывалась – шире, шире! Завыли моряки…

– Держись рядом! Готовься! – проорал колдун, и тут же на них обрушился целый водопад, голова хозяина морей была над ними. Пасть раскрылась так широко, что, кажется, могла проглотить все судно…

Чаглави зажмурился…

– Прыгай! – заорал над ухом Джеремия.

Ночной раскрыл глаза – колдун присел, готовясь к прыжку, с неба в струях воды низвергалась пасть йеффа, усаженная выростами, твердыми, мягкими, длинными, короткими, тонкими, широкими – всякими, всевозможными… Некоторые шевелились… будто горный хребет, поросший влажными щупальцами. Зубы гиганта были сточены почти до основания, виднелись широченные пеньки. Куда прыгать? Зачем? Но Чаглави прыгнул следом за Свифтом – прыгнул в пасть хозяина морей, не понимая, зачем он это делает. Они упали на мягкое, сырое тело подалось под ними, прогнулось, чавкая, приняло в мокрые объятия. Свифт вскочил, Чаглави следом – новые прыжки, веревка дернула за торс, колдун прыгал куда резвей и дальше, чем Ночной. Новые влажные чавкающие бугры под ногами, а снизу – треск и грохот, от которого закладывает уши. Голова йеффа сокрушила амагарский корабль, и хозяин морей погружался в пучину…