Маг моего сердца - Марина Дробкова

Рука Ральфа переместилась Линде на спину. Про себя чертыхаясь, Верховный наблюдал, как от этого, почти невинного, прикосновения затрепетало все ее тело.

Ну точно – девственница. А может – и к лучшему? По крайней мере, до него никто ею не владел. Он аккуратно развернул Линду к себе. Да нет, не такая уж она и страшненькая – вон как глазки блестят. Даже, пожалуй, милая.

Нежно взяв девушку за подбородок, Ральф нагнулся к ее губам и властно раздвинул их языком.

Линда издала то ли писк, то ли стон – словно восторженный щенок. Ральф едва удержался, чтобы не разулыбаться от удовольствия: Бренна никогда так не реагировала на его ласки. Всего лишь какой-то поцелуй…

Во рту у Линды оказалось неожиданно приятно: она пользовалась мятным освежителем или попросту любила мятные леденцы.

«Совсем девчонка», – отметил про себя Верховный, когда ее язык робко подался навстречу. Неожиданно он почувствовал, что возбуждается. Рассудив, что так тому и быть, Ральф мягко притянул секретаршу к себе. Между тем она несколько осмелела и уже увереннее отвечала на его поцелуй.

«Почему нет, в конце концов», – решил Ральф и положил руку на ее пышную грудь, видимую в декольте. Девушка напряглась, слегка придвинувшись к нему.

«Бедняжка. Дорвалась», – подумал Ральф, и его рука скользнула в вырез ее жакета. И вновь стон – на этот раз громкий и сладостный. Кажется, Линда вошла во вкус.

Грудь ее была упругой и в ладони не помещалась. Приятно было мять ее, такую тяжелую, с напрягшимся от одного касания соском.

Ральф наконец оставил грудь в покое. Запустил обе руки девушке в волосы и, слегка куснув напоследок ее нижнюю губу, прервал поцелуй, шепотом скомандовав:

– Раздевайся…

Дрожа от возбуждения, Линда быстро расстегивала жакет. Ральф помог девушке снять его и аккуратно повесил на стул. Под жакетом оказалось шелковое боди, приятно холодившее кожу рук, – Ральф даже зажмурился от удовольствия.

– Дальше, – тихо подбодрил он.

Линда расстегнула брюки. Они бесшумно упали к ногам. Ральф помог Линде перешагнуть, а затем брюки были сложены и повешены рядом с жакетом.

В черном боди с запа2хом девушка казалась стройнее. Но прежде чем оставить ее совсем без одежды и перейти к основному процессу, Ральф сообразил, что с девственницей лучше делать это в постели, а постели как раз и нет – ведь они находятся в кабинете. И хотя спальня всего в нескольких шагах – не вести же раздетую Линду по коридору. Однако неплохо бы выяснить сначала – все ли обстоит так, как он думает. Может, проблемы-то никакой не существует.

Ральф уже собирался задать девушке прямой вопрос, как вдруг она, съежившись и неловко переминаясь с ноги на ногу, пробормотала:

– Я… у меня… я сегодня не могу. У меня погода нелетная.

Ральф на секунду остолбенел.

А потом с трудом сдержался, чтоб не расхохотаться.

В другое время он, скорее, разозлился бы – ну что ж сразу не предупредила! Но сейчас такой поворот событий принес облегчение: вопрос разрешился без особых усилий.

– Вот как? – улыбнулся он как можно обаятельнее, при этом погладив девушку по груди. – Что ж, понимаю.

– Вы не будете на меня сердиться? – прошептала Линда, уставив глазки в пол.

– Не буду, – с готовностью отозвался Ральф, про себя думая, что так, несомненно, проще. – Конечно, нет. И ты ведь сделаешь то, о чем я тебя прошу?

– Поехать, куда вы скажете? Конечно!

«Вот так бы и сразу», – довольно отметил Ральф.

– И не только, – произнес он и, достав из верхнего ящика перстень, надел Линде на палец.

Девушка ахнула.

– Какое красивое! Это мне, шеф?

– Почти. Вернее, – тут же поправился он, когда Линда вскинула на него удивленный взгляд, – оно будет твоим, как только ты им воспользуешься.

– А как? – она захлопала ресницами.

– Я объясню тебе, куда ехать и что там нужно будет сделать с кольцом. Но помни: ты должна выполнить все в точности!

– О, не сомневайтесь, шеф! Для вас я сделаю все что угодно!

«Надеюсь», – подумал Ральф.

– А сейчас – одевайся! – распорядился он.

И тут же потеряв к девушке интерес, уселся за стол писать инструкции.

Пока Линда натягивала брюки и застегивала жакет, он как раз закончил. Вложив записку в узкий конверт, он протянул его девушке.

– Это письмо ты вскроешь не раньше, чем попадешь в тот мир, куда я собираюсь тебя отправить. Запомнила?

Линда с готовностью кивнула.

– Выезжаешь сегодня же. А теперь слушай, как добраться.

* * *

Потянулись длинные однообразные дни. Ральф почему-то не давал мне заданий, и я маялась бездельем. С утра совершала пробежку, плавала в озере, чтобы быть в хорошей форме и не растолстеть от сидения на месте. Потом либо торчала в библиотеке, либо занималась танцами – сейчас это модно среди креадоров. Всех охватило танцевальное безумие. И не просто дергаться под музыку предпочитали маги, о нет! В почете были сложные фигуры, быстрые движения, огненный темперамент! Фламенко, самба, танго – вот что здесь танцевали в свободное от работы время. Впрочем, первые два танца меня не слишком увлекли – попробовала, поняла, что в принципе получается, и бросила. Не мое, наверное. А вот танго… Оно необыкновенное. Волшебное. В нем я нашла утешение. Особенно после того, как все попытки отыскать хоть какие-то следы моего случайного знакомого из поезда оказались тщетными.

Сначала я никак не могла заглянуть в реестр: комната с документами вечно оказывалась закрытой, ключ приходилось искать по всей резиденции, и ни у кого его не находилось: ни у архивариусов, ни у дежурных магов. Просить же второй ключ у Ральфа – означало в открытую заявить о своих намерениях. А мне было неудобно перед ним.

Наконец однажды, войдя в кабинет и не застав там Верховного, я с удивлением обнаружила ключ просто лежащим на столе – обычно Ральф не забывает убирать такие вещи с глаз долой. Не то чтобы в реестре содержалась сверхсекретная информация, да и при необходимости у любого контролера моего ранга был доступ к информации, но это было признаком беспорядка. А Верховный предпочитал строгий порядок во всем. Однако мне было не до раздумий: схватив ключ, я кинулась вон из кабинета, по коридору, вверх по лестнице – в то крыло, где находилась комната с документами.

Увы, можно было не торопиться.

Все, что лежит на виду, не имеет ценности – так обычно говорил Ральф, и мне стоило бы запомнить это.

Я перерыла все папки со снимками. Просмотрела каталоги аур. Отдельно заглянула в каждое досье на лекарей, аналитиков, духоборцев… Ничего и нигде. Искать по фамилии я не могла, поскольку не знала ее. Оставалось наугад тыкаться в неисчислимые описания миров и их хозяев. Но, во-первых, даже после всех этих неудачных поисков я сильно сомневалась, что тот, кто мне нужен, может быть креадором – слишком уж большой риск. А во-вторых…