Не пожелай зла - Дмитрий Лазарев

— Зря, — назидательно промолвил отец жениха, — здесь знакомиться — самое то! Лови момент!

И уже в следующий миг этот хмельной ураган понесся дальше. Вероника посмотрела ему вслед, сдерживая смех, а я задумчиво произнес:

— Знаешь, а ведь у поминок есть одно большое преимущество перед свадьбой. На поминках не спрашивают: «А ты когда?»

Вероника хихикнула.

— Тебя, наверное, уже достали этим вопросом…

— Еще как!

— Ну и когда же?

Я с укором взглянул на игриво улыбающуюся девушку и неожиданно для себя ляпнул:

— Когда ты разведешься.

Это, конечно, была шутка, хотя в каждой шутке… Я поймал себя на том, что мысль жениться на ней вовсе не кажется мне абсурдной. Но ее реакция меня удивила. Она посерьезнела и пристально взглянула мне в глаза:

— Хотела бы я, чтобы ты хоть раз при мне потерял над собой контроль.

— Не стоит просить о том, чего не знаешь. Как бы потом не пожалеть.

Повисла пауза. Между нами возникло электричество, словно между пластинами конденсатора. Думаю, если бы кто-нибудь поднес к нам руку, его бы ощутимо ударило током.

— А мне почему-то хочется рискнуть, — произнесла наконец Вероника.

Я лишь чуть-чуть приоткрылся, позволив положительной Э-волне слегка окатить девушку, но этого хватило. Ее глаза вдруг расширились, губы округлились, словно она произносила что-то на букву «о»… Я подозревал, что она сейчас ощущает нечто сродни чувственному наслаждению. Так нельзя было делать. Нечестно. Плохо. С моей стороны это была чистой воды провокация, хотя она в общем-то сама напросилась. У девушки оставалось лишь два варианта: прямо сейчас, при всех, поцеловать меня — или сбежать. Она предпочла второй.

Моя провокация сработала как надо, так что остаток вечера Вероника меня избегала. Жаль, что того же нельзя было сказать про Бориса Антоновича. В очередной раз подрулив ко мне, он пообещал, ни много ни мало, женить меня еще до конца текущего года. Так сказать, повышенное социалистическое обязательство. Причем в качестве примера подходящей партии он указал на одну гостью со стороны жениха, которую, если честно, встретив раз, не захочешь видеть вновь. Особенно по трезвости. А так как именно ее (трезвость) я решил отныне сделать нормой своей жизни, то пришлось максимально дипломатично отказаться от этой чести.

Прикинув, что второй день будет для меня уже слишком, я двинулся к молодым с целью поздравить их напоследок и распрощаться. Но едва я заговорил, как Алена меня перебила:

— И не мечтай, братец!

— Ты о чем? — растерялся я.

— Знаю я, к чему ты клонишь, но на эти два дня я тебя ангажировала и в отшельника играть не позволю! Чтоб завтра был как штык, а то я здорово обижусь! Артем, скажи ему!

— Действительно, Игорек, не отбивайся от коллектива. Здесь все тебе рады. Особенно некоторые… — Тут его взгляд нашел мелькнувшую в толпе Веронику, и жених усмехнулся.

— Даже и не собирался сбегать, — соврал я. — Завтра где встречаемся?

— Мы за тобой с утра заедем. К девяти будь готов.

— Всегда готов! — шутливо отсалютовал я и двинулся прочь.

Однако Артем, как выяснилось, сказал мне далеко не все. Догнав меня уже через несколько шагов, он тихо сказал:

— Выйдем подышим?

Я кивнул.

В холле несколько человек курили у вытяжки, и жених потащил меня на крыльцо. На улице стоял лишь легкий морозец, так что упираться я не стал, тем более что его потуги на секретность меня заинтриговали.

— У тебя губа не дура, — с места в карьер начал Артем. — Но ты ведешь рискованную игру.

Я не стал спрашивать, о чем он, ибо прекрасно понял значение взгляда, брошенного им в зале на Веронику. Не люблю «включать дурака» без крайней необходимости.

— Никакой игры я не веду. Обстоятельства…

Артем махнул рукой, не дав мне закончить:

— Только не втирай мне про обстоятельства: я видел, какими глазами ты на нее смотрел. Как мужик мужика я тебя понимаю — Ника просто потрясающая, но она замужем. Не могу сказать, что шибко хорошо отношусь к ее мужу, но знаю, что он без ума от нее и очень ревнует. Павел — человек резкий, так что если тебе не нужны неприятности… Пусть тебя не успокаивает его отсутствие — тут найдется немало доброхотов, которые не упустят случая сообщить ему о фривольном поведении его жены. Ей свойственно некоторое легкомыслие, но ты-то, насколько мне известно, человек благоразумный.

— Понятно. Можешь не беспокоиться: какие бы чувства я ни испытывал, поверь — у меня нет привычки разрушать семьи. И резкость этого Павла тут ни при чем.

— Только не заводись, ладно? — Тон Артема был дружелюбным. — Я просто предупредил.

— Спасибо. Понял тебя.

Ох уж эти мне свадьбы! Их два дня как рюмки водки: первая плохо идет, а последняя всегда лишняя. Пока ты еще толком не втянулся в свадебную круговерть, выпил недостаточно, чтобы раскрепоститься, не познакомился с рядом сидящими, чувствуешь себя не в своей тарелке. Правда, постепенно это ощущение проходит. Но только ты втянешься, войдешь во вкус и разохотишься, как первый день заканчивается. Естественно, тебе мало: ведь ты только начал веселиться! И тут — пожалте к нам на день второй! Ты идешь на него, полный самых радужных надежд, и почти неизменно оказываешься разочарованным. Как копия всегда хуже оригинала, а сиквел обычно уступает первому роману или фильму, так и второй день свадьбы буквально создан для развенчивания иллюзий. Он — та последняя рюмка, без которой вполне можно было обойтись.

Вот представьте: вы посмотрели какой-нибудь отличный фильм или прочитали хорошую книгу, остались в полном восторге, а некоторое время спустя решили обновить те пленительные ощущения. Но вот незадача: при повторном просмотре (прочтении) в глаза с мерзкой назойливостью лезут разные мелкие (или не очень) недостатки и ляпы — корявые фразы, логические неувязки, натяжки, легкая фальшивинка в игре актеров, которые в первый раз были скрыты от вас волной эмоций. И эти мелочи одним махом разрушают очарование, портят впечатление и заставляют вас чувствовать себя обманутыми. Разумеется, бывают и исключения. Они редки, но мы не устаем надеяться на встречу именно с ними.

Так и второй день свадьбы. Люди пытаются восстановить потрясающую атмосферу дня первого, очень стараются, но ничего не выходит, ибо это все равно что искать прошлогодний снег. Вчерашний день минул, и его не вернуть, как бы нам этого ни хотелось. Того веселья, новизны, остроты ощущений от новых знакомств уже нет, да и после вчерашнего все далеко не в оптимальной форме. И в итоге возникает разочарование.

Все эти законы второго дня были мне прекрасно известны. Но как обидеть Алену? Пришлось пойти. К сожалению, в своих ожиданиях я не обманулся. Практически все было не то: натужная радость, приевшиеся шуточки Тихорецкого-старшего, дамы бальзаковского и забальзаковского возрастов, дошедшие до состояния «Сатурну больше не наливать» и возомнившие себя молоденькими девочками. А традиционный выкуп ложек и бросание сора? Как сказал персонаж одного известного фильма: «Это всем известно и никому не интересно». Меня, по крайней мере, довольно быстро начала одолевать тоска.