Не пожелай зла - Дмитрий Лазарев

Я принялся читать:

«Вы или ваши близкие тяжело больны? Традиционная медицина не помогает, а среди знахарей и травников много шарлатанов? Не спешите отчаиваться! Целитель Андрон Епифанцев владеет как восточными, так и славянскими целительскими техниками, практикует коррекцию отрицательной энергетики наложением рук. Результаты феноменальные! Боитесь обмана? Мы берем только 10 % предоплаты, а остальное — по достижении результата. Доверьтесь нам, и недуг, еще вчера казавшийся непобедимым, отступит. Заявки на лечение отправляйте на e-mail такой-то с указанием контактного телефона. Мы вам перезвоним».

— Круто! — заметил я. — А чего такое имя мудреное? Мог бы со мной посоветоваться. Как-никак именно мне его носить.

— Какая разница, если тебя все равно никто не увидит? Ты же шифроваться будешь! Маска там, погашенный свет, все дела… А звучит, по-моему, клево.

— Ладно, черт с тобой, согласен!

— Отлично! — Тихонов довольно потер ладони. — А ты решил свою проблему с накоплением положительной энергии?

Я усмехнулся:

— Этот вопрос надо было задавать до того, как ты влез в эту бодягу с офисом и интернет-рекламой.

— Что, не решил? — перепугался Мишка.

— Решил, успокойся. Положительная энергия может копиться даже с воспоминаний о чем-то хорошем, мыслей о тех, кого любишь, а также любимых книг и фильмов. Проверено — работает.

— Уф-ф-ф! Нельзя ж так пугать. Я чуть не помер! — Тихонов залпом хлопнул свою стопку. — Значит, будем работать?

— Значит, будем.

— У нас есть клиент! — Радость Тихонова, преобразованная телефонной трубкой в децибелы, едва не оглушила меня.

Я был взволнован этой новостью не меньше, чем мой эмоциональный друг, так что даже не сделал ему замечания насчет громкости, а когда в ушах перестало звенеть, только спросил:

— Кто?

— Парамонова Ульяна Владимировна. Речь, кажется, идет о потере зрения.

— Лиха беда начало. Попробуем.

— Подъезжай в офис к половине четвертого сегодня и подкопи положительных эмоций.

— Заметано.

Нажав отбой, я откинулся на спинку кресла.

«Ну что же, Игорь, вот твое первое крещение, только не боевое, а целительское». Первое в том плане, что направлена Э-магия будет на совершенно незнакомого человека, и уверенности в том, что этот прием сработает, не было никакой. Но проверить просто необходимо. Если моя Сила не сможет помогать людям, то грош ей цена. Я прикрыл глаза и занялся накоплением положительной энергии, оживляя в памяти самые приятные моменты своей жизни. Их, по большому счету, оказалось не так-то много, причем почти три четверти из них приходилось на детство. А из последних — исцеление отца, свадьба Аленки и…

Пиликанье мобильника заставило меня вздрогнуть. Отображавшийся номер был мне незнаком, так что кнопку ответа я нажал с некоторым опасением.

— Да?

— Игорь? — От голоса в трубке внутри у меня что-то сладко заныло.

— Ника? Рад тебя слышать.

— Это хорошо. А что ты скажешь, если я предложу увидеться?

— Не верю своим ушам! — Мое удивление выросло на порядок. — А Павел?

— Тебе обязательно было упоминать о нем? — Ее голос стал чуть напряженным.

— Конечно: ведь если у тебя потом возникнут неприятности с мужем, кто будет главным виновником этого? Да и звонок твой — для меня большая неожиданность.

— Разве я не обещала, что позвоню?

— Обещала, но я воспринял это как обычную дежурную фразу.

— Да-а, тебя не назовешь знатоком женской психологии. Впрочем, это и неплохо. Так как насчет встречи?

— После пяти я свободен.

— Значит, в шесть у Столбов. Устраивает?

— Вполне.

Вот так неожиданно легко решился вопрос с накоплением положительной энергии для сегодняшнего исцеления.

Честно говоря, перед приходом первой пациентки я волновался покруче, чем перед первым свиданием.

Снятый офис представлял собой одну большую комнату, которую мы с Мишкой вчера разгородили ширмой на две — «приемную» и «кабинет целителя». Хоть в моей части и не было окна, но обеспечить в «кабинете» надежный полумрак не удалось. Поэтому Мишка приволок мне неведомо откуда сумку, битком набитую всевозможными средствами маскировки.

— Чего только не сделаешь для успеха дела! — превозносил свои заслуги мой друг, выкладывая на стол разнообразные парики, темные очки, накладные усы и бороды. — Подберите себе что-нибудь по вкусу, уважаемый целитель, а остальное я обратно оттащу.

— Все правильно: сам себя не похвалишь — от других не дождешься, — с иронией заметил я и добавил нарочито капризным тоном: — А где грим и мой костюм?

— Беда с этими дарованиями! — в тон мне ответил Мишка. — И вообще чем ты недоволен? Это ведь твоя идея — шифроваться. Можно было бы, конечно, обойтись без подобной атрибутики, а работать сквозь ширму, но, помнится, ты мне сам говорил, что для более надежного результата тебе нужно видеть пациента.

— Да ладно, не бухти, я без претензий. Скажи только: где ты раздобыл этот набор юного шпиона?

— Места знать надо! — самодовольно ухмыльнулся мой друг. — Одна моя знакомая в театре посодействовала. У них там такого добра навалом.

— Интересно, есть ли хоть одна сфера человеческой деятельности, где у тебя нет знакомых?

— Завидуешь? Я так и понял. Вот почему у меня ничего не получилось с карьерой: везде завистники! Даже в нашем с тобой маленьком коллективе. А раз так, то талант обречен.

— Не скули, талант! Какие твои годы — пробьешься!

За этим легким трепом мы оба пытались спрятать свое волнение: уж очень не хотелось, чтобы первый блин получился комом.

На выбор и примерку наиболее подходящих мне средств изменения внешности ушло примерно двадцать минут. Наконец я остановился на темных очках в роговой оправе, а также рыжем комплекте из парика, усов и бороды. Критически оглядев меня, Мишка сообщил, что потянет. По крайней мере, я не выгляжу ярмарочным шутом и смотрится все это на мне довольно естественно. Затем он спрятал оставшийся реквизит в сумку и задвинул ее под стол. Я же отправился за ширму ожидать прихода пациентки.

Но вот в «приемной» раздался стук, после чего послышались голоса. Ульяна Владимировна пришла в сопровождении дочери по имени Ольга. Эта последняя и взяла на себя инициативу в разговоре:

— Здравствуйте, так вы и есть целитель?

— Нет, он ждет вас за ширмой.

— У него странное имя. Настоящее?

— Вымышленное. Дело в том, что он старается избегать всяческого внимания к своей личности. Такая уж у него натура.