Игра Первых - Юлия Качалова

* * *

День перевалил за полдень, Алька всё не выходила из своей комнаты. Заглянув к дочери, мама обнаружила, что та спит прямо в одежде, а рядом с ней на подушке валяется смартфон. Мама очень удивилась и принялась тормошить Альку:

– Почему ты до сих пор спишь? Почему легла, не раздевшись? Откуда у тебя смартфон?

Вопросы сыпались как семечки из порвавшегося пакета. С трудом разлепив веки, Алька пробормотала:

– Смартфон Стеклов на день рождения подарил…

– Что ещё за подарки такие дорогие?! Сегодня же верни ему смартфон!

– Можно я ещё немножко посплю?

Коротким треньканьем старый Алькин мобильник сообщил о пришедшей эсэмэске. Едва девочка глянула на имя отправителя, её сонливость растаяла, как облачко в ясный день.

– Ура! Лёша проснулся! Мамочка, мне нужно к нему!

* * *

Ольга Владимировна сидела подле сына и совала ему в рот йогурт. Ложку за ложкой. Лёшка страшно исхудал и побледнел, голубые глаза запали так, что казались чёрными. Но, увидев подругу, он улыбнулся и отвёл руку с йогуртом:

– Всё, мам! Привет, Аль!

Сияющая Ольга Владимировна вскочила и сжала девочку в объятиях:

– Не иначе это ты спасла Алёшу! – И подробно рассказала о том, что происходило вчера в кабинете заведующего реанимацией.

Алькина мама от изумления не могла вымолвить ни слова.

– Можно мы с Алей одни поговорим? – попросил Лёшка.

Когда женщины вышли из палаты, Лёшка сжал Алькину ладонь:

– Спасибо, что вытащила из комы. Ты в игре? Сетевой партнёр? Значит, вот что хотел талисман от Погремушки! Не себе Гласс должен был найти партнёра по игре, а талисману! Сам Стеклов ему не подошёл…

– Я талисман понимаю, – скривилась Алька, вспомнив вчерашнее предложение Стеклова дружить с ним.

– Спать хочешь?

Подруга зевнула в ответ.

– Завтра ты уже не сможешь встать. С тобой будет то же, что со мной. Это Глассу талисман давал десять дней на наши поиски. У сетевого партнёра только один день на втягивание, потом полностью отключаешься. Срочно звони мадам Добрэн! Пусть прилетает как можно быстрее. Втроём мы сможем передавать смартфон с талисманом по кругу, правда, будем вялыми, как снулые карпы, но это лучше, чем кома. Мы должны найти способ…

Вернулись Ольга Владимировна и Алькина мама, и Лёшка замолчал.

– Алёшин смартфон с тобой? – спросила у Альки мама.

– Нет, а что?

– Жаль, а то бы мы сейчас их обменяли, а потом отдали бы Стеклову его подарок.

Девочка растерялась, не зная, что ответить, но Лёшка пришёл ей на помощь:

– Не надо отдавать смартфон Стеклову, это не его подарок. Смартфон купила мадам Добрэн. Когда мы занимались с ней французским, она заметила, что у Али старый мобильный. И решила сделать ей подарок на день рождения. Я должен был его вручить, а потом попросил это сделать Стеклова, если сам не смогу…

Лоб Ольги Владимировны прорезала морщина.

– Что ты говоришь, Алёша?! Ты знал, что заболеешь?!

– Любой может заболеть.

– Заболеть, конечно, может любой, но нельзя об этом знать заранее! – воскликнула Ольга Владимировна.

– Я почувствовал, что засыпаю на ходу, и попросил Стеклова передать смартфон, чтобы подстраховаться.

Переглянувшись с Ольгой Владимировной, Алькина мама подключилась к дознанию:

– Аля, почему ты сказала, что смартфон подарил Стеклов, если это подарок мадам Добрэн?

– Стеклов мне об этом не говорил.

– Я выясню правду! – решительно заявила Алькина мама.

Ольга Владимировна хмуро кивнула. Что детки что-то скрывают, было ясно обеим.

* * *

Дар проявился у меня в четыре года, как у всех вёльв в нашем роду. Вёльва – моё имя, род и судьба. К вёльвам приходят видения, открывающие истину. Раз в год сёстры (все вёльвы считаются сёстрами) собираются вместе, и каждая рассказывает, что ей открылось за двенадцать месяцев. Из этих рваных, разбросанных во времени и пространстве кусочков истины мы, как лоскутное одеяло, шьём летопись мира. В этом тайный смысл нашего дара.

Но другие сёстры счастливей! В видениях им открывается разное, хорошее в том числе. Я же вижу лишь смерть и страдание во всех формах, доступных воображению. И никогда – гармонию, мир, изобилие. Впрочем, я не ропщу. В детстве наставница внушала мне, что дар – не награда и не наказание, а знак отличия. Мы отличаемся от других людей способностью видеть кусочки истины, а я, увы, отличаюсь от сестёр кошмарной направленностью видений.

Это известно Одину! Зачем же ему понадобилась я?! Прикрываю веки и жду гостя. Царь входит стремительной, лёгкой походкой – мне не нужно это видеть, я слышу. В крупных мужчинах меня всегда покоряет лёгкость поступи.

– Не прикидывайся спящей, вёльва! – Один даже не удосужился поздороваться. – Ты возьмёшься выполнить заказ?

* * *

Мамин голос звенел натянутой струной.

– Ты сказала неправду! Стеклов уверяет, что передал тебе смартфон Алёши и ты это знала!

Алька села, зевая. Когда они вернулись из больницы, мама сразу же отправилась на поиски Стеклова. Алька едва доплелась до своей комнаты, оставила француженке сообщение и прилегла. Всего на минутку, а мама уже дома! Девочка постаралась держать голову прямо, ибо её (голову) неудержимо клонило к груди. А ещё лучше к подушке.

– Смартфон действительно купила мадам Добрэн, но не мне, а Лёше… Он потерял подаренный ему родителями и ужасно огорчался… Потом потерянный смартфон нашёлся, и второй он передал мне через Стеклова… Мы не сказали всей правды в присутствии Ольги Владимировны… Лёша не хотел, чтобы родители узнали, что он терял их подарок…

Мама в крайнем возбуждении не заметила заторможенности дочери и продолжала выводить Альку на чистую воду.

– Если ты заявляешь, будто оба смартфона принадлежат Алёше, то зачем устроила сцену с обменом в кабинете заведующего реанимацией? Как вообще ты туда проникла? Аля! Если ты знаешь, что случилось с Алёшей, то должна всё рассказать! Твой друг едва не погиб! Ты не представляешь, что пережила его мама!

Глаза у Альки слипались, сил держать голову прямо больше не осталось.

– Мамочка, я хочу спать… Наверное, от Лёши заразилась…

И мама испуганно смолкла.

* * *

– Фригг считает тебя своей матерью, вёльва…

Голос царя смягчается, когда он произносит имя жены. А меня его слова забрасывают в прошлое, в день, когда я нашла маленькую Госпожу.

Я шла на ежегодную встречу сестёр. Весна готовилась передать эстафету лету, воздух вливался в грудь, в ушах звенело от птичьего щебета. Опушка леса и поляна словно соперничали друг с другом оттенками зелёного: у кого красивее? Конечно, у старого дуба посреди поляны! Я залюбовалась сияющей зеленью дубовой листвы и не сразу приметила ребёнка. Крошечная девочка лет полутора, казалось, выискивала букашек в траве. Вдруг она повернула ко мне головку, покрытую золотыми кудряшками, и посмотрела требовательно, в упор. Зелень её глаз была сродни зелени дубовой листвы – ни до, ни после ни у кого я не видела таких глаз! Через мгновение малышка улыбнулась и протянула ко мне ручонки. Сердце моё раскрылось и навеки впустило в себя Фригг. Так я назвала девочку.