Драконья Кровь. Легенда Первая - Евгения Бойко

— Ненормальная страна, — проворчала Тахира, когда проезжающей мимо Ян подмигнул ей, — люди празднуют новый год, елки наряжают, а этим копьеносцам рогатым лишь бы подраться.

Ян остановился и, прочистив горло, разразился серией восхвалений женской красоты в целом, и неземным очарованием Тахиры в частности. Были там упоминания об ангельском характере, нежности взора, и доброте сердца. Присутствующие девушки и женщины всех рас и возрастов умиленно вздохнули.

— Я пойду и поражу в вашу честь всех соперников!.. — Торжественно закончил полудемон.

— Иди, — кивнула девушка, — я ж тебя за рога не держу.

Действительно, шлем Яна был оснащен парой милый рожек — символом его демонского происхождения.

— Ох, не понимаю я тебя подруга. Такие мужчины как Ян, на дороге не валяются, бери, пока свободен.

— Властелины тоже по нынешним временам дефицит, а ты все носом вертишь.

— А я и не верчу. — Фыркнула я и демонстративно отвернулась.

— Правда что ли? — Тахира ухватила меня за локоть. — Неужели ты вспомнила, чему училась в Академии?

— Тьфу, на тебя! — Возмутилась я и, удостоверившись, что на нас не обращают внимания, шепнула девушке, — Он предложил стать его женой.

— Так чего же ты медлишь! Тащи его в постель…. то есть в храм, пока не очнулся.

— Замуж тебе, подруга надо. Совсем плоха, заговариваешься уже…

— А сама-то? Несчастного эльфа до чего довела?

— О, и ты Яна доводишь?

— Мариную в собственном соку, на пару под крышкой. — Тахира улыбнулась, — дашь пару практических советов? В конце концов, тебе удалось то, над чем безуспешно бились сотни девушек на протяжении более сотни лет.

— Ну, — я нахмурилась, — к алтарю он меня позвал, но не словом не обмолвился что любит.

— А ты?

— Вообще-то девушкам не прилично первыми в любви признаваться. И боязно…

— Рина, ты плохо знаешь мужчин.

— Что!? — Я наклонилась и, понизив голос до трагического шепота начала, — недели две назад, я неудачно провела ритуал вызова духов и поменялась с Варианом телами, почти на сутки…

— О! Что же ты раньше не рассказывала. — Оживилась полудемоница. — И что? Что? Каково это?

— Ну-у-у… как тебе сказать. — Я опустила глаза, — Во всяком случае, знакомы мы немногим больше месяца, а мне кажется, что я знаю его столетия! У него есть чувство юмора, пусть даже немного циничного. И он не в чем меня не ограничивает. Почти.

— И чего тебе не хватает?

— Да всего хватает. — Я пожала плечами. — Вот только… хоть бы, слово что…

— Нет, ты меня, конечно, извини, но ты Рина, дура. Какой правитель в здравом уме и твердой памяти, не отягощенный обязательствами и вполне себе самодостаточный, сделает предложение девушке, которую знает чуть больше месяца? Если ЭТО не любовь, тогда я эльфийка. Лично я бы сказала Яну огромное спасибо, если бы он меньше болтал, воспевая мои глаза, взамен предложив руку и сердце.

— Какая ты не романтичная.

— Зато практичная. Забудь на время любовную чушь. Вот поживете, годок другой, а тогда жаркой звездной ночью он скажет «Я люблю тебя…».

— Вообще-то, на Араханте всегда зима.

— А камины на что? — непритворно удивилась Тахира. — Мягкая шкура белого медведя, отсветы жаркого огня на стенах, играет оттенками алого вино в бокалах и он…

Я скептически нахмурилась:

— Не он, а я говорю «По-моему, здесь сквозняк, милый пойдем в спальню, пока ты не подхватил радикулит, а я простуду…».

— И ты еще в чем-то меня обвиняешь!

Фанфары прервали разговор, знаменуя начало турнира.

Два рыцаря — поединщика, не спешили, однако, занимать свои места по краям ристалища. По старинной традиции они подъехали к сидящим на галереях дамам, что бы те закрепили на кончиках копья знаки своей благосклонности: вуали или кусочки платья.

Один из рыцарей искал благосклонности Тахиры. Та утвердительно кивнула и, сообразив, что вуали у нее нет, не долго думая, оторвала от платья рукав. Шикарная грудь на половину обнажилась, отчего счастливец пообещал ради… глаз прекрасной дамы завоевать победу.

— Ты это специально сделала, чтобы Ян ревновал?

— А зачем еще?

Я вздохнула. Все же Тахира права. Зачем какие-то слова? Поступки куда как важнее. И пора заканчивать с этими мыслями на тему «Ни кто меня не любит, ни кто меня не ждет, по спинке не погладит, и замуж не возьмет». Властелины, между прочим, не каждый день женятся на девушках с сомнительной родословной и огнедышащими спецэффектами.

И вообще, любовь — это на год, ну максим на два года. Потом остается дружба, взаимопонимание или ненависть и злость. Тут уж каждому свой финал.

Рыцари заняли свои места, опустили забрала, приняли копья из рук оруженосцев…. И понеслись друг на друга. Зрители притихли, не дыша, наблюдая, как сокращается расстояние и все ближе столкновение. Организаторы действа сидящие рядом с нами, жаловались на небольшой просчет — ристалище получилось слишком вытянутым.

Наконец рыцари преодолели разделяющие их пространство и их копья уперлись в массивные щиты. Не один ни другой не желали уступать, и кони упирались, из всех сил пытаясь если не сбить противника оружием, то хоть бы оттеснить за срединную линию, разделяющую ристалище надвое. А что? Были прецеденты.

Тахира закусила губу, напряженно ожидая развязки.

— Хочу, чтобы он сразился с Яном в поединках с мечами. — Пояснила она, встретив мой недоуменный взгляд. — Этот лаксай слывет отличным мечником.

Мне кажется, или тепло на Тахиру влияет как-то странно? Где прямолинейная, честная и взвешенная натура? Откуда на свет драконий вылезло это коварное и падкое на ревность существо?

Будто услышав молитву полу демоницы, копье лаксайского противника громко хрупнуло и сломалось. В поверженного рыцаря полетели кочерыжки, и толпа взвыла, приветствия победителя.

— Вот что значит качественный материал! — Заорал высокий мужчина, радостно размахивая руками, — Покупайте лаксайскую сталь — лучшую сталь на материке!

Вариан лениво наблюдал за ходом поединков. Солнце неуклонно приближалось к горизонту и по периметру ристалища и зрительских рядов вспыхивали магические огоньки.

— Вот уж кого не ожидал увидеть в Дакаре, так это Ваше Ледяное величество. — Насмешливый голос заставил Вариана повернуться. Перед ним стоял чистокровный эльф — редкость в этих местах неимоверная. Сын герцога из знатного дома, сноб, зазнайка и полный магический бездарь.

— Забываешься. — Фыркнул Властелин.

— Да ну, кого я, перворожденный, должен бояться? Не тебя ли? С тех пор как ты начал увиваться за этой красноволосой, совсем раскис. И что ты нашел в ней…