Леди Ёлка - Яна Тройнич

…

А как кончится рейс наконец,

Мисс уедет на берег на шлюпке,

И другой поведет под венец,

Эту девушку в серенькой юбке.

Брось моряк, не грусти,

Не зови ты на помощь норд-веста,

Эта мисс из богатой семьи,

Эта мисс ведь чужая невеста…

Правда, куплет об измятой юбке я благоразумно пропустила. Вокруг были одни мужчины, зачем наводить их на фривольные мысли.

Лорд Кэрол взял мою руку с кольцом и тихонько сжал пальцы. Я уже обратила внимание, что когда говорит капитан, все присутствующие моментально умолкают, внимательно слушая его. И не имеет значение, приказ это или обычный разговор. Вот и сейчас, лорд заговорил, и наступила тишина:

— Мне жаль моряка. Только я не пойму, почему он отпустил леди к другому… Я бы никогда не отдал свою любимую… А еще я думаю, леди Ёлка, что рано или поздно Вы станете моей невестой.

Он поцеловал мне руку и, шутя, добавил:

— Что бы вы не пели…

Моряки смотрели на нас с интересом и, кажется, ждали, что же я отвечу. Видимо, они прекрасно знали, почему отважный капитан бороздит воды вокруг Замка Драконов. А я готова была проглотить свой болтливый язык. Сколько раз я обещала себе сначала думать, а потом говорить. Но лорд Кэрол сам разрядил обстановку — взял гитару и запел что-то веселое. А я обратила внимание на то, как побледнел лорд Джейд, и вздохнула: «Заигралась ты, Ёлка. Могла бы хоть о Джейде подумать».

Утром меня разбудили удары гонга. Я быстро выскочила из постели. Лорд Кэрол и лорд Джейд были на палубе. Совсем рядом виднелось большое поселение.

— Ну, вот и добрались. Если все, что Вам рассказали — правда, то скоро мы найдем Вашу соотечественницу.

С корабля спустили шлюпку. Со мной отправились оба лорда и двое моряков. От волнения сердце готово было выскочить из груди. Я даже перестала разговаривать с сопровождающими.

Самые любопытные и смелые жители деревни уже поджидали нас на берегу. Среди них был и староста, который и проводил нас к нужному нам дому.

Мы приблизились к наглухо закрытым воротам большой богатой усадьбы, окруженной высоким забором, и застыли в изумлении. Из-за ограды слышалась энергичная женская ругань. Пронзительный женский голос крыл всех подряд, не давая спуску никому:

— Щоб тэбэ лыхо розирвало! Щоб ты подох, зараза! Це я тэбэ на борщ пущу, будэш курэй у город водыты! А ты що сыдыш на забори? Хочеш штаны розирвати? Злизай зараз же! Вси вуха повидрываю, як злизеш!

Такая логика, наверное, бывает только у наших женщин. Не слезешь — плохо, а слезешь — будет еще хуже. Но для меня эти слова звучали прекрасной музыкой.

Внезапно голос зазвучал еще громче:

— А ты що там вилупився? Дила нэма? Вон — сходынка провалылась.

Я стояла у ворот и с наслаждением слушала голос моей далекой родины, принадлежащий моей случайной попутчице Ксюхе.

Лорд Кэрол подал знак матросам, и они дружно нажали плечами на ворота. Те распахнулись, и мы смогли увидеть происходящее.

Посреди двора, подбоченившись и грозно держа в руке скалку, стояла фигуристая дивчина. Косы ее были уложены вокруг головы. Она была в длинной местной юбке, но подол украшала вышивка. Видно было, что Ксюха наводит в доме порядок. Со двора улепетывал петух, а за ним — стая кур. На заборе сидел пацаненок и, вероятно, раздумывал, стоит ему спускаться или нет. А из окна робко выглядывал огромный бородатый детина и старался успокоить гневающуюся деваху:

— Ну, чего разошлась? Сказал же, уже иду. Только убери скалку…

Лорды смотрели на эту сцену в немом изумлении, а я умирала от хохота:

— Вот уж, действительно… Есть женщины в русских селеньях… Да и в украинских тоже…

Дивчина же в этот момент заметила нас, и гнев ее обрушился на наши головы:

— А ци що тут вилупились? Не хватало тут всяких…Здесь частное владение! Гней, неси скорей оглоблю…

Вдруг взгляд Ксюхи остановился на мне, и поток ее слов мгновенно прервался. Кажется, она не могла поверить своим глазам. Наконец, она завопила:

— Елка, это ты?

Но вместо того, чтобы обрадоваться, вдруг закричала:

— Ага! Вот ты и попалась! Воровка!!!

Да что же это за мир?!! Здесь все при первой же встрече обвиняют меня в воровстве.

Но через несколько мгновений все недоразумения разрешились, и мы уже рыдали друг у друга в объятиях. Наконец, я смогла выговорить:

— Ксюха, давай, собирайся. Едем с нами. Если, конечно, тебя тут ничего не держит.

Ксюха смотрела на меня сияющими глазами:

— Елка, неужели це правда, и мы встретились? А що мене може тут держать? Хай цей хмырь теперь сам управляется со своим хозяйством.

«Хмырь», который почтительно держался в стороне, при этих словах встрепенулся и резво бросился в ноги к лорду Кэролу, видимо, посчитав его за главного:

— Ваша милость, не забирайте девку! Как же я буду без нее? Я ее нашел…

— Леди желает остаться? — обратился лорд Кэрол к Ксюхе.

— Нет, нет и нет! Хай теперь сам себя обслуживает!

— Ну, ответ ты слышал, — Кэрол достал мешочек с деньгами и бросил его под ноги мужику.

В воротах я оглянулась. «Хмырь» не выглядел счастливым. Мне показалось, что он сам готов был заплатить, лишь бы Ксюха осталась с ним.

Вскоре мы уже подходили к реке. Мои сопровождающие с интересом посматривали на Ксюху, а та почему-то вдруг занервничала. Чувствовалось, что ее что-то волнует. Наконец, она не удержалась и все-таки спросила:

— Елка, це твои хозяева?

Мне стало смешно, но рассказывать все подробности моих приключений сейчас не было времени, и я ответила:

— Что-то вроде того.

— Сдается мне, что они у тебя очень скупые.

Тут уже опешила я. Откуда такой вывод?

— Да ты как в электричке ехала в этих джинсах, так в них до сих пор и ходишь. Они шо, одёжу купить тебе не могли?

А так как Ксюха начала свою речь шепотом, а закончила очень громко, ее услышала не только я одна. Громкий хохот потряс берега реки. А Ксюха растерянно посмотрела на нас:

— Мабуть я нэ тэ сказала. Я зовсим того нэ хотила.

А на корабле нас встречали моряки-пираты. И, как ни странно, здесь я уже чувствовала себя, как дома.