Заклятие дракона - Патриция Рэде

— Я знаю. Это почти у края болота, — сказал Брандель. — Прямо за городом, где я вырос. Но не думаю, что вам нужен этот дом.

— Почему? — спросила Морвен.

— Потому что вы говорили, будто меч украли колдуны. А этот дом принадлежит Мак-Арону Кайетаму Гриподжиону Вамисту.

— Что-ооо?!

— Значит, это вовсе не колдунский дом? Не то место? — разочарованно протянула Симорен.

— То! То! То! — затараторило зеркало. — Я было волшебным зеркалом сто сорок семь лет и еще ни разу не ощиблось. Посмотрите сюда!

Картинка на стекле завертелась, закружилась юлой, заклубилась вихрем цветных разводов — и вдруг во всю ширину зеркала возникло увитое плющом окно, сквозь которое видна была сумеречная глубина комнаты. Там у пыльного стола сидели, попивая кофе, два человека. А между ними на столе лежал, нет, сиял… меч! Один из незнакомцев был лысый, с маленьким острым личиком, а другой…

— Это Анторелл! — вскричала Симорен, — На этот раз он быстро восстановился. Наверное, поднаторел за много раз.

— А тот Мак-Арон, — сказал Брандель, указывая на лысого человечка. — Вы этот меч ищете?

— Кажется, да, — внимательно присмотрелся Телемайн.

У Симорен перехватило дыхание, и она могла лишь молча кивнуть.

— Точно, это меч Менданбара, — выговорила она наконец. — Посмотрите, как он сияет! Да он просто сочится волшебством!

— Сочится? — воспрянул Бандит. — Он очень сочный?

— Ты права, Симорен, — сказана Морвен, не обращая на осла внимания. — И чем дольше меч находится вне Заколдованного Леса, тем опаснее и для Леса, и для него.

— Опасен? — насторожился осел.

— Для тебя он совершенно безопасен, — успокоила Бандита Морвен. — Если, конечно, ты не попытаешься его съесть.

— Забавно было бы поглядеть на кролика, глотающего своей ослиной пастью волшебный меч, — хихикнул с под оконника Мистер Беда.

— Мур-рр? — переспросил Горацио.

— Он шутит, — мяукнула Фырк, глядя с нежностью на черного Горацио. — Даже осел не настолько глуп, чтобы глотать волшебные мечи.

Брандель мрачно разглядывал изображение в зеркале.

— Итак, это он. Отвратительно! Этот… этот наглый, юркий, злобный хорек повсюду сует свой хищный нос, да к тому же свел дружбу с колдунами! — С каждым словом голос Бранделя повышался и наконец сорвался на визг, а волосы вновь запылали.

— Иа! — взревел Бандит, отпрыгивая назад. — У-ух! Мое ухо-ооо! У-ууу! — Опаленное его ухо моталось как тряпица, а крылья развернулись во всю ширину комнаты и громко захлопали, подняв настоящий вихрь. Одно крыло задело пылающую голову Бранделя и занялось тлеющим огоньком. Осел взвыл еще громче, яростно забил крылом о стену и, потеряв равновесие, грохнулся на пол. Кошки зашипели и бросились врассыпную от раскинувшего копыта громадного осла.

— Эй, осторожней! — сердито зашипела Фырк, — Так и убить можно!

Горацио, успокаивая, потерся о ее шею головой.

Бандит подтянул и сложил крылья, медленно, скребя по полу копытами, поднялся на ноги.

— Кажется, я что-то растянул, — скорбно сказал он.

— Попросту растянулся! — фыркнул Мистер Беда.

— И ухо жжет, — жалобно стонал осел, с упреком поглядывая на Бранделя.

Но Огненный ведун ничего не замечал. Его волосы весело пылали.

— Если ты хочешь, чтобы я помог вам раздобыть меч, — обратился он к Симорен, — то я с радостью. Этот… этот коварный, отвратительный, мерзкий коротышка…

— Насмотрелись? — спросило зеркало. — Может быть, хотите теперь взглянуть, как они завтракают?

— Давай, — согласилась Морвен. — Телемайн, а можем мы услышать, о чем они говорят?

— Сомневаюсь, — откликнулся чародей. — Впрочем, древние вещи не моя специальность.

— Посмотри на меня, глупец! — Вдруг чисто зазвенело зеркало. — Кого это ты называешь «древним»? Да я отыскало меч в десять раз быстрее, чем ваши новомодные чистенькие зеркала!

— Ты хорошо сделало свою работу. Спасибо, — мягко проговорила Морвен — Мы закончили. Можешь отдыхать.

— Древнее, — бормотало зеркало, затуманивая картинку, застилая ее белой пеленой. — Конечно, чего церемониться с древним? Его можно на свалку, в чулан, на покой… — Оно очистилось и снова отразило комнату в башне. — Да я не хуже, чем было сто лет назад. Лучше! Целое столетие во мне отразилось! Ха, древнее… А услуга не в счет? Некоторые неблагодарные… Ха, древнее…

— Оно это слово будет твердить до утра с ослиным упрямством, — проворчал Мистер Беда.

— Упрямство? Ослиное? — взвился Бандит. — А то, что у меня обгорело ухо, сломалось три пера на левом крыле да потянулась жила на правой ноге, никого не трогает!

— Да никто тебя не трогает! — фыркнула кошечка.

— А я голоден! — не унимался осел.

— Все есть хотят, — откликнулся Мистер Беда, — но разве мы клянчим? — И он покосился на Морвен. Фырк грациозно повернула головку и с независимым видом облизнулась.

Морвен вздохнула:

— Брандель, не будешь ли так любезен притушить свои волосы и позаботиться о завтраке? А коли хочешь немного попылать, научи меня, как пользоваться заколдованной кладовкой.

Приготовление завтрака заняло полчаса. Впрочем, никто, кроме кошек и Бандита, и не спешил. Брандель и Симорен продолжали горячо обсуждать Мак-Арона Кайегама Гриподжиона Вамиста, колдунов и кражу меча. Телемайн углубился в разглядывание зеркала, золоченой рамы и каждого завитка на ней. Все хозяйственные заботы легли на плечи Морвен. Первым делом она желала хорошенько накормить Телемайна. Очень важно, чтобы чародей полностью восстановил свои силы прежде, чем они отправятся в дорогу. Морвен и самой хотелось послушать, о чем толкуют Симорен и Брандель, или побеседовать с Телемайном о тайнах древних зеркал. Но кто-то должен позаботиться об остальных. И Морвен принесла себя в жертву.

Наконец все было готово, и они сели к столу.

— Я все еще не могу в это поверить, — Брандель продолжал разговор с Симорен, передавая ей блюдо с пирожками, — Вамист всегда терпеть не мог колдунов. Они по его меркам не-тра-ди-ци-онны. И вдруг этот… этот лицемер, недомерок с ними заодно!

— Не заводись, — остановила Бранделя ведьма. — Так твои волосы, чего доброго, сгорят до самых корней.

Симорен прожевала пирожок и тронула Бранделя за руку.

— Ты мог бы показать нам дорогу к дому Вамиста? — спросила она.

— Я сделаю лучше. Сам пойду с вами, — Брандель нахмурился, и струйка дыма поднялась от его волос, — Мало того, что этот надутый, самодовольный, смердящий скунс выкинул нас из города, так он еще и помогает колдунам!

— Интересно, чем они его заинтересовали? — вмешался Телемайн.