Принцами надо делиться - Бэкка Хайд

Дарнелл внимательно следил за ними обоими, и это, как ни странно, не нервировало, а успокаивало.

— Так ты согласна сопровождать девушек? — спросил принц еще раз. — Мне было бы спокойнее, будь они под твоим присмотром.

— Почту за честь, ваше высочество, — кивнула Клодия. — Леди Полина уже подверглась нападению, но кто знает, оно может и повториться.

— Я думаю о том же, — поделился своими мыслями принц. — Если она продолжит лидировать, покушение может произойти снова. С вами поедет Марко. Он привязался к леди Полине и сможет почувствовать угрозу заранее.

Снова эта леди Полина. Ирвин излишне громко ударил донышком чашки по столу. Все разговоры только о ней. У Дарнелла, кажется, она вообще из головы не выходит, хотя есть кандидатки и получше. Впрочем, стоит признать, что за исключением выбывшей принцессы Земли Алого Пламени красавицами соревнование не блещет. Но уж эта Полина точно не красавица.

Пусть лучше Дарнелл женится на герцогине. Только слепой не заметит, как она на него смотрит, с самого детства — только на него одного.

— Ирвин, пойдем. — Дарнелл поднялся из-за стола. — Надо все подготовить к возвращению девушек и объявить о новых условиях отбора.

Многочисленные проблемы заняли время до ужина. Перед его началом Дарнелл лично выступил перед гостьями и объявил, что следующее испытание пройдет уже не во дворце, а в Солнечной бухте, приморской резиденции королевской семьи. Название в данном случае не обманывало — там всегда было тепло, светло и уютно. Ирвину нравилось бывать в резиденции, прежде принц частенько наведывался в Солнечную бухту, чтобы отдохнуть.

Оруженосец нашел взглядом Гвендолин, она сидела рядом с иномирянкой. Девушки оживленно перешептывались, как лучшие подружки. Это страшно бесило.

— Ты хочешь, чтобы победила иномирянка? — напрямую спросил Ирвин, когда они покинули столовую. Дарнелл шел впереди, и его уверенные твердые шаги рождали эхо, отражающееся от высоких каменных стен коридора. Ирвин остановился и вдруг ощутил себя ненужным. Давно забытое болезненное состояние, возвращающее его в детство, которое он пытался забыть.

— Ирвин? — Дарнелл обернулся, и косые лучи заходящего солнца, проникающие сквозь высокие узкие окна, заиграли на золотистых локонах. — О чем ты?

— Понятно о чем. — Ирвин пытался разозлиться, но чувствовал лишь опустошение.

Дарнелл резко развернулся и подошел к нему, чтобы заглянуть в глаза.

— В последнее время ты ведешь себя странно. Меня тоже нервирует этот глупый отбор, но я не могу уразуметь, чем он мешает тебе. До сих пор не понимаю. В чем дело? Просто скажи, разве я не смогу понять?

Глаза принца были честны, как мысли и побуждения. И Ирвин не мог вывалить на него свои эгоистические переживания, боялся запачкать.

Правда заключалась в том, что, когда Дарнелл женится, Ирвин станет ему не нужен. Не друг, не напарник — просто часть амуниции, необходимая по статусу. И все бы ничего, ведь ни одна из этих размалеванных дур не могла заинтересовать принца по-настоящему, пленить его сердце. Ни одна, кроме Полины.

И за это Ирвин готов был ненавидеть ее всей душой, если бы она у него была — вся.

Полина Покровская, иномирянка

Поездка в столицу и совместный обед с Гвен, за которым я рассказала подруге о своих впечатлениях, отвлекли от переживаний. Напрочь забыв о покушениях, я, слегка хулиганя, изображала то воинственную Данику, то униженную пьянчужку Лувению, а Гвен покатывалась со смеху, глядя на импровизированное представление. Для хорошего человека можно побыть и клоуном, особенно если он постоянно загоняет себя в рамки и редко позволяет такую роскошь, как искреннее веселье.

Нам не хотелось расставаться друг с другом, так что после десерта мы в сопровождении Марко и Сахарка отправились на прогулку в королевский парк. С лошадьми я пока на «вы», поэтому решила не садиться на пони верхом. Лучше мы сначала привыкнем друг к другу, а потом я стану всадницей. К тому же при обучении верховой езде не стоит отвлекаться, в том числе на болтовню, а передо мной стояла задача познакомить местных с нашей классической литературой. Зря я, что ли, грызла гранит науки?

— …и вот, когда перед ним встал выбор, жену спасти или козу, он выбрал козу! — с чувством выдала я слушателям.

— Какой кошмар, — ахнула Гвен. — Разумеется, в романах писатели позволяют себе много необычного и странного, но это же уму непостижимо! Трусливая душа! Как можно бросить женщину в беде и убежать с козой?

— Ну так коза была умнее этой Эсмеральды, — резонно рассудил Марко. Сахарок, которого он вел под уздцы, ткнулся в плечо мальчика, то ли прося ласки, то ли подгоняя.

— Устами младенца глаголет истина, — торжественно изрекла я.

Марко насупился. Заметила, что чем дольше он находился в моем обществе, тем раскованнее себя вел. Только в следующий раз все начиналось заново, мальчик опять робел и через слово вставлял «миледи».

— Я не младенец, мне скоро четырнадцать.

— Не обижайся, это выражение такое.

Гвен же до сих пор пребывала в своих мыслях.

— Все равно это неправильно.

— Да не расстраивайся, герой дурак и вообще ничего умного за всю книгу не сделал.

— А что случилось с горбуном? — азартно спросил Марко.

Вздохнув, я ответила с напускным трагизмом:

— Он умер от горя, обнимая хладный труп своей возлюбленной.

— Ужас, — прошептала герцогиня, нервно поправляя короткие перчаточки, прятавшие от любопытных глаз ее маникюр. — Так надеялась, что эта история закончится хорошо. В реальном мире и так столько грустного!

Я чуть не хмыкнула. Хоть не первый день здесь зависаю, а все равно язык не поворачивается назвать это сказочное королевство «реальным миром».

— Обещаю, я подумаю и расскажу что-нибудь более позитивное.

А это будет непросто. Любят же герои классиков страдать без хеппи-энда! Надеюсь, моим друзьям больше понравится история про мушкетеров и подвески королевы.

— Леди Полина, можно вас спросить?

— Спрашивай, раз уж первый вопрос и так задал.

Я не успела перенастроиться, поэтому Марко удалось меня не просто удивить, а ошарашить по полной программе:

— Когда вы станете принцессой, можно я буду вашим оруженосцем?

Перед моим внутренним взором возникли парни, со вспышкой превращающиеся в острые мечи, и от этого у меня по всему телу побежали мурашки. Стать хозяйкой Марко? Какая дикость!

— Э-э-э… — Я смотрела на по-собачьи преданного мальчика и не знала, что сказать, чтобы его не обидеть. — Я… Я не думала об этом. В моем мире нет подобных отношений, да и… Зачем мне оруженосец, я же девочка? Гвен, ты же вроде как герцогиня, а оруженосца у тебя нет, я права?