Часодеи. Часовое сердце - Наталья Щерба

— Да наоборот, поэтому нам следует еще крепче объединиться! — горячо произнесла Василиса. — Надо стоять друг за друга, чтобы довести это дело до конца. Алый Цветок все равно расцветет, мы загадаем желание… Ну а после… После мы что-нибудь придумаем. И мы точно не дадим тебя в обиду! Ты должен вернуться.

Фэш хмыкнул с сомнением, но ничего не сказал. По всему было видно, что слова Василисы озадачили его и он не знает, что сказать в ответ.

— Василиса права, — тихо сказал Ник. — Тем более что твой дядя может добраться до тебя и без СреброКлюча.

— Я знаю! — тут же вскинулся мальчик. И вдруг добавил: — Поэтому я решил уйти, чтобы никого не подставить, если Астрагор попытается достать меня через вас.

Он кинул косой взгляд на Василису.

— Что ты имеешь в виду? — опешила та.

И вдруг поняла: ведь на нее тоже пытались воздействовать через Лешку — поймали его, связали, пытали, пока она не сдалась и не отдала Рубиновый Ключ.

— Астрагор жесток, не знает пощады, он способен на что угодно… — снова заговорил Фэш. — Он может убить, если ты будешь мешать достижению его… целей. И все равно ему, ребенок ты или взрослый.

— Это ужасно! — выдохнула Василиса.

Она вдруг вспомнила об отце: по сути, Фэш только что описал и его портрет. Вот почему Нортон-старший служит этому Астрагору, вот почему они действуют заодно…

Ребята замолчали, каждый думая о своем. Василиса размышляла над тем, что же представляет собой этот странный, таинственный и страшный Астрагор, великий Дух Осталы. И как же все-таки он связан с отцом.

— Что тебе сказал Рок?

Фэш кинул убийственный взгляд на Ника, и тот втянул голову в плечи.

— Болтун…

— Он ничего не сказал, — возразила Василиса. — Поэтому я и спрашиваю.

— Рок просил меня вернуться. Еще бы! — с ненавистью процедил Фэш. — Ему-то самому выгодно. Поэтому он сказал, что откроет мне коридор в Змиулан, чтобы я вновь присягнул дяде… Сказал, что в эти трудные времена семья должна держаться вместе.

Василиса вспомнила, что отец говорил ей то же самое: через Дейлу, через Норта и Марка, а после и сам…

— Так вот почему тебя не преследовали часовые, — пробормотала она, стремясь отогнать собственные тревожные мысли.

— Кстати, а как вы нашли меня? — спросил Фэш.

— Отмотали время, — живо откликнулся Ник, и глаза его заблестели. — Василиса так разогналась, что смогла бы и на тысячу лет назад вернуться.

— Идея была его, — заспорила девочка. — У меня просто часовая степень выше, поэтому и получилось.

— Не так просто, — возразил Ник. — Часовая степень — это ведь личная сила часовщика, да, Фэш? Это не дар от природы, как многие думают. Степень всего лишь показывает количество твоей силы, э-э-э…

— Силы духа, — кивнул Фэш. — Хотя ты могла правильно сконцентрироваться просто от испуга, — добавил он с обычной ехидцей.

Василиса хмыкнула.

— Все может быть, — пожала она плечами. — В прошлый раз, когда на меня напал часовой, из моей стрелы вдруг вырвалась огненная спираль. А я тогда действительно очень испугалась.

Мальчишки как-то странно переглянулись.

— Что опять не так? — тут же взбунтовалась Василиса.

Но те, загадочно улыбаясь, почти одновременно покачали головами.

— Ты должен отдарить его, — внезапно сказал Фэш. — Мой СреброКлюч.

Ник встрепенулся:

— Значит, ты возвращаешься?

— А что делать? — поморщившись, произнес Фэш. — Вы все равно от меня не отстанете.

Ник кинулся его обнимать, не забыв сильно хлопнуть по плечу; Василиса же, отойдя в сторону, только усмехнулась.

— Надо поспешить, — сказала она. — Похоже, начинается небольшой дождь, можем намокнуть…

— Ерунда, — беспечно произнес Фэш. — Я могу лететь и так.

Василиса не стала спорить. Хотя на крыше было довольно прохладно, дул ветерок, и в воздухе ощущалась дождевая свежесть.

Ник произнес клятву дарения, и маленький серебряный ключик вновь переместился в ладонь своего настоящего хозяина.

Фэш аккуратно спрятал драгоценную вещь в карман.

— Ладно, пора выбираться отсюда. Жалко, правда, что я не успел погулять по остальскому городу.

— Все равно при такой погоде особо не погуляешь, — сказала Василиса.

И словно в подтверждение ее слов, дождь решил показать свою силу: с неба начали падать частые и крупные капли. Не сговариваясь, ребята побежали к квадратному строению на крыше — входу в подъезд — и укрылись под его навесом.

— Надо переждать, — решил Фэш. — А потом полетим… Погоди, так ты что, всю дорогу тащила Ника? — с любопытством спросил он.

— Нормально долетели, — махнула рукой Василиса. — Ник совсем не тяжелый.

Конечно, у нее очень устали руки и ноги, но она не собиралась в этом признаваться, чтобы не показаться слабой. Ведь предстоит обратный путь в лагерь.

Но дождь усилился — по навесу застучала частая водяная дробь.

Василиса глянула на часовой браслет: полтретьего ночи. Если еще немного подождать, они не успеют ко времени общего подъема в лагере. И тогда им может серьезно достаться от вожатых. Или даже от нового директора лагеря, что страшнее в сто раз.

— В общем, так! Спускаемся, — решила она. — Лифт наверняка работает. А если нет — пробежимся по лестнице.

Мальчишки переглянулись.

— Что за лифт? — деловито спросил Ник.

Василиса ошеломленно уставилась на друга — он что, прикалывается?! Но честное лицо Ника не выражало ничего, кроме живейшего интереса. Она вдруг поняла, что обыкновенный лифт для ее друзей — все равно что огненная лестница для нее самой. Или этот шар связи — инерциоид.

И действительно, как только они очутились в маленькой, тесной кабине, ребята забеспокоились.

— Не переживайте, — успокоила их Василиса. — Лифт — это что-то вроде кареты, которая передвигается на тросах.

Объяснение вышло так себе, но мальчишек оно вполне удовлетворило.

— Странно здесь все устроено, — хмыкнул Фэш, когда они вышли из кабины на первом этаже. — Значит, говоришь, у вас все работает на… электричестве? Мы проходили это в школе… Изобретение электрической энергии стало началом новой эры, и эпоха механизмов практически ушла в прошлое. Поэтому на Эфларе не используют ничего электрического: оно губит дух Времени, а следовательно — и часовую энергию. В Змиулане электричество тоже почти не используют… — Он замолк.

Ник восхищенно разглядывал почтовые ящики.

— Как ты думаешь, кому принадлежит этот дом?

— Многоэтажка? — Василиса озадаченно потерла лоб. — Гм… людям принадлежит. Обычный городской дом делится на множество квартир. В каждой из них живет семья. Вот в этом доме квартир двести… А может, и больше…