Туманный колокол - Ольга Валентеева

Кажется, я была неправа, и никто ничем делиться не станет.

— Лучше скажи, Эйлеан, что это за зеркальщик? Если не Вейран-старший, чтобы он провалился, где бы ни был! Хоть на том свете, хоть на этом.

— Я не знаю, Фернан. Веришь? Не знаю! Там даже зеркала не было, только окно.

— И у меня окно. Самое скверное, что от окон никуда не денешься. Ты когда вернешься к работе?

— На днях.

— На днях! Хватит штаны просиживать, я уже с десяток жалоб получил, что по городу ползет пустота. Утихомирь свою подружку.

— Глади, чтобы я тебя не утихомирил.

Магистр тьмы только рассмеялся, а я решила, что лучше постучать, вроде бы только что подошла. Уже занесла руку, когда дверь распахнулась, и в коридор вышел темный магистр.

— А, мадемуазель Лерьер, — хмыкнул он. — Что-то вас стало слишком много в нашей жизни, не находите?

— Фернан! — донесся окрик Пьера.

— Уже иду, — обернулся тот. — До встречи, мадемуазель.

И поспешил к лестнице, а я вошла в комнату Пьера. Магистр сццел на кровати.

Выглядел он немного лучше, чем последнее время. По крайней мере, перестал напоминать умирающего.

— Что хотел магистр Кернер? — спросила я, привычно присаживаясь в кресло.

— Убедиться, что я жив. — Пьер недовольно пожал плечами. — И поделиться своей неудачей с Вейранами. Сестры графа несколько дней не желали подписывать разрешение на вскрытие захоронения. Но Кернер обнаружил в склепе то же, что и я — ровным счетом ничего. И, если честно, мне это не нравится, Полли. Не нравится прежде всего из-за Филиппа.

— Ты же говорил, он в порадке?

В сердце тут же всколыхнулся страх.

— В порядке, — кивнул Пьер. — Но его магию… нельзя никому показывать, иначе Фил погибнет. Я, в отличие от Кернера, не считаю его опасным для нас, а вот Фернан не угомонится. Так что лучше пусть остается там, где есть.

— А тебе не кажется, что это Фернан Кернер решил избавиться от Анри? — спросила я осторожно.

— Нет, и тому есть причина, — отмахнулся Пьер. — Он не мог знать, что Таймус умрет именно в этот день.

— Подожди, он сам сказал, что у него бывают видения. Если так, могло ли быть, что он увидел смерть Таймуса…

— И решил подставить Анри вместо того, чтобы удержать равновесие? — нахмурился Пьер. — Нет, Полли. Фернан тут ни при чем, хоть он и ведет себя странно. Лучше расскажи, что там в городе. Действительно ползет пустота?

— Я не знаю. Я все время сижу дома.

Это действительно было так. Я не помнила, когда в последний раз уходила куда-то.

Наверное, тогда, когда Этьена вызвали в башню пустоты. Слишком много дел было здесь, в особняке. А что меня могло ждать снаружи?

— Полли, можно задать личный вопрос? — прервал Пьер мои размышления. — Что происходит между тобой и Дареалем?

И посмотрел на меня так пристально, что захотелось признаться во всем на свете.

— Я же тебе говорила — ничего, — ответила с улыбкой. — Этьен продолжает мне помогать. Точнее, продолжал, сейчас я его почти не вижу, он занят расследованием покушения, а я сижу здесь с тобой и Вилли.

— Вот уж не подумал бы, что у Этьена есть сын, — хмыкнул Пьер.

— Главное, чтобы об этом знало как можно меньше людей.

— Люди не слепые, Полли. Да и Дареалю придется официально его признать и ввести в свет. У герцога опасная профессия. А на чужое наследство знаешь, сколько будет претендентов? Больше, чем можешь себе представить.

— Но у Этьена нет близких родственников.

— Ради такого случая найдутся дальние.

А ведь Пьер прав. Этьену стоит подумать о будущем Вильяма. Добрался ведь кто-то до магистров. А вдруг попытается добраться до него? Происходит что-то страшное и непонятное, и по воле судьбы именно мы оказались в центре событий.

— Полли…

— Что? — Я вынырнула из облака размышлений.

— А ты до сих пор любишь Анри Вейрана?

Я уставилась на Пьера. К чему такой вопрос?

— Люблю, — ответила тихо.

— Понятно. — Пьер улыбнулся и отвернулся к окну. Распахнутому окну! Я тут же подошла и задернула шторы.

— С ума сошел? — спросила, глядя в глаза. — Хочешь, чтобы покушение повторилось?

— А что мне теперь, бояться собственной тени? — Пьер изогнул бровь и открыл шторы обратно. — Нет, Полли. Кто бы ни пытался уничтожить магистрат, я достану его первым либо же встречу лицом к лицу. Не в моих правилах нападать из-за угла… или через стекло.

Завтра я вернусь в свою башню, Полли. Обрадуй герцога Дареаля.

— В башню? — Его слова прозвучали громом среди ясного неба. — Ты что! Нельзя!

— А кто будет следить за пустотой? Кернер прав, хватит протирать штаны, пора браться за дело. А ты будь осторожна, хорошо?

И Пьер мягко, невесомо коснулся моей щеки, и так же осторожно убрал руку. А я замерла, не смея пошевелиться. Это что было? Почему…

— Я смутил тебя, прости. — Пьер грустно улыбнулся. — Больше не буду.

— Я… пойду, — пробормотала в ответ и поспешила к двери.

Пьер меня не останавливал. Я же почти бегом слетела на первый этаж — только для того, чтобы столкнуться с Этьеном. Хоть один надежный островок во всей этой неразберихе! Но герцог выгладел странно, будто напряженно думал о чем-то.

— Здравствуй, Полли, — запоздало заметил он меня. — Собираешься прогуляться?

— Да, хотелось, — ответила я, на самом деле не зная, собираюсь ли и куда. — Ты сегодня рано. Что-то случилось на работе?

— Нет, я там сегодня не был. Но раз ты уходишь, пожалуй, составлю тебе компанию.

Еще более странно! Хочет поговорить подальше от чужих ушей? Я быстро обулась и накинула теплую шаль. Постепенно начинало теплеть, но перепады погоды иногда пугали.

Хорошо, что сегодня за окном было солнечно и ясно. Этьен протянул мне руку и увлек за собой.

Я шла по улице, опираясь на руку своего молчаливого спутника. И удивлялась сама себе — почему вдруг решила запереться в четырех стенах? Чего опасалась? Кому нужна Полина Лерьер? Если, по словам Айши, даже мой магический потенциал частично заблокирован. И только благодаря настойчивым тренировкам я смогла усвоить заклинания исцеления высшего уровня, тогда как в коллеже нас учили лишь простейшим. Что происходит со мной?

— Я нашел доступ в закрытое хранилище документов магистрата, — вдруг нарушил молчание Этьен, и я мигом забыла обо всем на свете. — Есть кое-что, что мне не нравится, Полли. Там хранится протокол наблюдения, установленного за Виктором Вейраном и магистром Тейнером. Магистры света и пустоты боялись, что нарушится хваленое равновесие, если Виктор и Тейнер сойдутся в схватке. Так вот, история, рассказанная Фернаном, получает свое подтверждение. Я имею в ваду роман между Виктором Вейраном и возлюбленной магистра Тейнера, некой Лианой Варне.