Лабиринты тьмы - Виктория Щабельник

Скрываясь в тени, незамеченная никем, я обалдело наблюдала за спаррингом, имеющем место быть в спальне Повелителя. Молодая, высокая девушка изо всех сил отбивалась от нападающего на нее Тирэна. Можно было с уверенностью сказать, что до сих пор это у нее получалось лишь благодаря самому Тирэну, который медленно и расчетливо контролировал каждое ее движение, позволяя верить в то, что ее сопротивление что-то дает. Знакомая ситуация. Или я чего-то не понимаю, или… Девушка, вскрикнув, влетела в стену и замерла, с ужасом глядя на входящий в ее тело кинжал.

Я вздрогнула и подавила желание рвануться в комнату в попытке остановить смертоубийство. Что-то мне подсказывало, что видела я далеко не все. Момент превращения Повелителя был для меня неожиданным и страшным. В этой ипостаси я не видела его ни разу, и ничего не потеряла. Жуткий образ, хотя, кто бы говорил, — вспомнила я сама себя в образе Древней. Но это!

Девушка, секунду назад, замершая у стены с кинжалом в груди, открыв глаза и увидев перед собой этого красавца, перешла на ультразвук. Неужели и для подданных неформальный вид их Повелителя такая редкость?

Внезапно, вырвав кинжал из груди и разорвав на ней платье, монстр, схватив несчастную, кинул ее на кровать. Забившись в самый угол, девушка с ужасом взирала на неумолимо приближающегося Повелителя, намерения которого были более чем ясны теперь даже для меня. Вот извращенец! Хотя, не мне судить…

— Извините, если помешала, — опасливо начала я, выйдя из укрытия, — но в этой картине не хватает одного штриха.

Девушка, до того замершая в углу кровати, всхлипнув, стала пробираться к двери. Миновав меня, она выбежала в коридор, цепко держа в руках сползающее платье.

Повелитель, не делая попытки остановить свою недавнюю жертву, обернулся ко мне во всей своей красоте. Гм… Если бы не обязанность поддерживать образ смелой и непробиваемой, точно бы последовала примеру девчонки.

— Ты посмела? — гневно прорычал Тирэн, хотя прозвучало это как-то неубедительно, на мой взгляд.

— Ну да. Но я не хотела, — оправдываясь, я подошла к лежащему на полу кинжалу. Подняв, я осмотрела его, взвесила на ладони и усмехнулась:

— Знакомая вещица! Наверное, я должна быть польщена устроенным в мою честь представлением. Но я думаю, образ будет завершен, если в этой роли предстанет другая актриса.

Я знала, чем рисковала, я боялась, до дрожи в коленях, но знала, что отступить не имею права, если не хочу потерять надежду когда-либо вернуться домой. А чтобы это сделать, мне нужно было оставаться живой — для Виктора, для родных, для Дрэгона… Что же, наверное, благодаря именно таким ситуациям начинаешь понимать истинную ценность жизни и любви. Если я правильно понимаю поступки этого чудовища — от моей смерти меня отделяет всего пара-тройка промежуточных жертв. А что потом? Наверное, ничего.

Когда я подходила с кинжалом к Повелителю, в моей голове упрямо билась одна-единственная мысль — ХОЧУ УВИДЕТЬ СВОЕГО РЕБЕНКА, хоть когда-нибудь!

— Думаешь, отделаться так же легко, как в прошлый раз? — ехидно спросил Повелитель.

— Нет, — шепнула я, — не надеюсь. Я почувствовала, как по щеке пробежала слеза — даже притворяться не пришлось. Излишний драматизм никогда не помешает.

Вырвав у меня кинжал, он забросил его в дальний угол комнаты. Проследив за ним взглядом, я ожидала, что меня бросят туда же, но ошиблась. Взмах когтей, и на моей одежде расплылись тонкие кровавые дорожки. Согнувшись от боли, я в каком-то странном оцепенении бросила взгляд на Тирэна. Схватив за шею, он довольно ощутимо приложил меня о стену, выбив из глаз искры. Извернувшись, я постаралась ударить его коленом, побольнее, понимая, что моя тактика не совсем правильна. И я была права — Тирэн, слегка обидевшись, сжал руку сильнее, вырывая из горла хрип. Отпустив его руку, я нанесла ему удар ребром ладони, на что он лишь рассмеялся.

Неужели на этот раз я действительно ошиблась, и стараясь оттянусь неизбежный конец, лишь приблизила его? Я стала вырываться из последних сил, действуя лихорадочно и не всегда обдуманно. Раньше я могла выпутаться из любой ситуации, легко играя жизнями других, зная, что на моей стороне сила. А теперь, встретив того, кто был сильнее, хитрее и коварнее, я упала духом. Как же мне удалось переиграть его там, на крыше и заключить сделку? И не было ли это моей очередной, одной из последних ошибок?

Нанеся несколько ударов, не причинивших Тирэну особого ущерба, я попыталась выпустить силу, но на этот раз была остановлена более жестко, и поняла, что до сих пор со мной просто играли. Ну что же, значит, это случится сейчас.

Оскаленное лицо Повелителя нависло прямо надо мной. Несколько секунд мы, замерев, смотрели друг на друга, и в его глазах для себя я увидела приговор. Не слишком отдавая себе отчета в том, что сейчас делаю, я, подняв руку, слегка провела ладонью по изуродованной шрамами щеке Тирэна. Добрая ласка и собаке приятна, — мелькнула в голове идиотская мысль.

Тирэн, перехватив мою руку, сжал ее до хруста, все еще не сводя с меня глаз. Вот только их выражение изменилось. Уверенность в принятом решении сменилось колебанием. Он усомнился, это было видно. Теперь, все зависело только от меня. Если не получается уничтожить монстра — нужно его приручить. Даже потерпев крах, я ничего не потеряю, ну, кроме самоуважения к себе, а эта категория всегда вызывала у меня сомнение.

Меня привел в себя звук рвущейся одежды. Моей. Черт! Не совсем то, на что я надеялась, но все же… А, собственно говоря, на что я вообще надеялась? Если насилия не избежать — нужно обратить его в свою пользу, и убрать с лица отвращение, пока Тирэн не увидел.

Изобразив смущение и растерянность, впрочем, без всякого затруднения, я попыталась остановить Тирэна, но безуспешно. Вся его сила, направленная на разрушение, внезапно, изменив вектор, обратилась в иное русло. На меня.

Не выпуская из рук, точнее, когтей, Тирэн легко повалил меня на смятую постель. Было больно, жутко и страшно. Стараясь побороть сумбур в мыслях, я пыталась сосредоточиться на том, что происходит, в тайне мечтая потерять сознание и не чувствовать ничего. Вот только у меня не было сейчас права на ошибку, и сочкануть тут не удастся. Если я поведу себя как одна из тех несчастных, которых он имел здесь в добровольно-принудительном порядке, то моя дальнейшая жизнь не будет стоить ломаного гроша.

Внезапно, что-то изменилось. Надо мной больше не нависала ужасающая морда с острыми клыками, когти перестали причинять боль. Тирэн вернул себе привычный для меня вид.

— Если это твоя очередная игра, я убью тебя раньше, чем ты это почувствуешь, — его голос заставил меня вздрогнуть. К счастью, Тирэн не заметил моей реакции, или принял ее за обычный испуг.

Облизнув пересохшие губы, я открыто посмотрела ему в глаза:

— Я не играю, — тихо ответила я, даже не солгав. Я действительно не играла в тот момент, а просто старалась это пережить, перетерпеть. А ведь когда-то я считала себя неплохой актрисой. Может быть, дело просто в режиссере постановки? До сих пор им была я, а теперь…