Неукротимый шторм - Юлия Диппель

– Я хочу знать, где он!

Изменник сжал челюсти, словно прикидывая, насколько ценна ему была его жизнь. Кретин.

– Как ты и сама, наверное, можешь себе представить, это не так легко сказать в случае с человеком, у которого есть собственная портальная сеть.

– Ну, тогда ты явно для меня бесполезен, – прорычала я.

– Подожди! Я постараюсь организовать встречу!

– Поклянись!

Нельсон снова заколебался.

– Не могу. Я едва знаком с Мареком, но приложу все усилия…

Нас прервал приглушенный взрыв. Где-то в глубине пентхауса что-то взлетело на воздух. По всему помещению прокатилась волна силы нескольких праймусов. Среди них я различила энергетический след, который был мне очень знаком. Солнечный свет на искрящейся речной глади.

Не выпуская Нельсона, я повернула голову и увидела примерно десять гвардейцев Лиги в темной, но современной одежде. Смотрелись они как армейское спецподразделение – за исключением доспехов-наплечников и слегка изогнутых кинжалов. В центре группы гвардейцев стоял их командир. Элиас.

Мой взгляд задержался на его фигуре. Несмотря на множество различий, он до боли напоминал мне его брата.

«Отпусти меня!» – Паникующий голос Нельсона ворвался в мои мысли. Я его проигнорировала.

– Опустить оружие! – приказал Элиас своим людям. Гвардеец справа от него уставился на своего предводителя как на умалишенного.

– Командир?

Сила Элиаса забурлила в пентхаусе, рассеивая любые сомнения по поводу его приказа.

– Мне повторить?

Гвардейцы опустили клинки, но не теряли бдительности.

«Если хочешь найти Марека, я тебе нужен! – вновь зазвучал у меня в голове голос Нельсона. – Отпусти меня».

Предатель слишком сильно боялся гвардии и еще сильнее – заключения в Тихом омуте. И правильно.

«Только если ты поклянешься, что больше никогда не причинишь вреда ни одному человеку!» – безмолвно потребовала я.

«Клянусь!» – поспешил заверить Нельсон. Он бы поклялся мне в чем угодно, лишь бы не попасться в лапы гвардии.

Я рывком вытащила ациам из его груди. В рядах гвардейцев началось движение, но оно было слишком медленным. Нельсон покинул свою оболочку и улетел, прежде чем кто-то успел ему помешать. Его тело безжизненно упало на пол.

Гвардейцы нерешительно посмотрели на своего командира, пока тот осуждающе сузил глаза.

– Ты в курсе, кому только что дала сбежать?

Во мне закипал гнев. Он был единственным чувством, которое я могла пропустить, не рискуя потерять себя.

Я подошла к Элиасу и ударила его кулаком по лицу. Его голова отлетела в сторону. Гвардейцы вскинули оружие, но юноша остановил их движением руки.

– Где ты был? – прокричала я ему. Восемь месяцев. Восемь проклятых месяцев я пыталась его разыскать.

Элиас вытер с губы густую темную кровь. Взгляд ожесточился, но самообладания он не терял. Это окончательно довело меня до белого каления.

«Что с тобой случилось?» – мысленно спросил он меня.

– Я столько раз тебя звала, но ты не счел необходимым объявиться, – прошипела ему я. Он не хотел выяснять отношения перед своими людьми? Да пошел он!

– Я командир гвардии. У меня есть дела поважнее, чем подскакивать всякий раз, когда ты зовешь, – так же резко парировал он.

Я не поверила своим ушам. Да я даже не знала, что тут можно ответить. Тем не менее мое отчаяние рвалось наружу. Поэтому я снова выбросила кулак.

Элиас перехватил мой выпад, сердито сверкнув глазами.

– Вон отсюда! – отдал он приказ гвардии. Мужчины, по всей видимости, не особенно обрадовались такому распоряжению, но не посмели еще сильнее разозлить своего командира. Не в его нынешнем настроении.

Отлично, теперь в плохом настроении мы оба.

Гвардейцы медленно потянулись на выход. Барби они увели с собой. С ними она в надежных руках. Ей сотрут память и отправят домой. Я ее спасла. Наверное, я должна чувствовать себя героиней. Но я не чувствую. Я вообще ничего не чувствую – кроме ярости.

Когда мы остались одни, Элиас выпустил мою руку.

– Что на тебя нашло, Ари? Ты сражаешься с отступниками? В одиночку? Радуйся, что сегодня в отеле был только Нельсон. Он – ничтожество с отвратительными наклонностями. Других не так просто одурачить.

– Тебе известно, что они здесь вытворяют?!

– Не меняй тему! – строго потребовал он. – Я хочу знать, почему ты тут играешь в одинокого мстителя. Я очень сомневаюсь, что Люциан в курсе, чем ты тут занимаешься. Итак: что опять выкинул мой младший брат? Вы поссорились?

…

Вдохнуть. Выдохнуть.

Два абсолютно безобидных вопроса. В сущности.

У меня в горле образовался густой комок.

– Ты не знаешь?

Мой голос звучал не громче шепота, пока я просто таращилась на Элиаса. На глаза набежали слезы, но ни одна из них не пролилась. Больше нет. С Рождества я себе этого больше не позволяла.

– Чего я не знаю? – насторожился Элиас. Я отшатнулась от него.

Почему именно мне придется ему об этом говорить?

У меня закружилась голова. Я прислонилась к дивану.

– Ари, что стряслось?

Я не могла. Я не могла облечь это в слова. Поэтому я стащила с себя куртку и повернулась к Элиасу спиной. Хоть майка и скрывала большую часть моей спины, молчание Элиаса доказывало, что он увидел достаточно.

– Я никогда не нарушаю свое слово, – горячо возразил он. – Никогда!

Он позволил мне утонуть в его глазах.

– Я люблю тебя, малышка. Навечно. Обещаю.

Тишина расползалась по пентхаусу, словно безжалостный холод. Она была мне истинным врагом, потому что в тишине мне не хватало его еще сильнее.

– С каких пор? – прохрипел Элиас.

– Почти сразу после того, как ты ушел. – Я не могла на него смотреть. Могла только изо всех сил стараться подавить свои воспоминания.

– Как?

– Не знаю. Он исчез, чтобы это спрятать. А потом… – Мой голос надломился.

– Я быстро, – заверил он. – Но, пожалуйста, постарайся держаться подальше от неприятностей, пока я не вернусь. – Он смахнул прядь волос с моего лица, наслаждаясь эффектом, который оказывали на меня кончики его пальцев. – Видимо, ты волшебным образом притягиваешь катастрофы.

Да, видимо, я притягивала катастрофы.

Мне на плечо легла ладонь Элиаса. Он мягко развернул меня к себе лицом. Его глаза были полны боли, сострадания и чувства вины. Он меня обнял.