Вы все жжете! Часть 2 - Бронислава Вонсович

— В самом деле, Антуан, мало ли что Бернар мог делать у дверей моей комнаты. Начиная от того, что просто проходил мимо, и заканчивая тем, что что-то передавал от Жана-Филиппа.

— Конечно, именно от твоего кузена. И именно поэтому он заявил, что тебе пора поменять жениха!

Я посмотрела на метку, она была такой темной, что взрыва стоило ожидать с минуты на минуту. Все же каким полезным умением поделился Франциск! На всякий случай я проверила и Шарля. Как и думала, тот торчал рядом, и метка говорила о том, что никаких сильных чувств он не испытывает. Да и какие сильные чувства могут быть при столь забавном представлении? От смеха удержался — и то хорошо.

— Антуан, — я положила руку ему на плечо и нежно улыбнулась, — наверняка ты его просто вывел из себя, как сейчас пытаешься это сделать со мной. Вот он и выпалил первое, что пришло в голову, лишь бы тебя разозлить.

— Не думаю, — куда спокойнее ответил «жених», — он был слишком уверен в себе.

— В себе, но не в моей дочери, — чуть скучающе заметил Бовьен. — Лорд Альвендуа, если уж вы все выяснили, быть может, мы с Николь все-таки пройдем туда, куда собирались? Или вы меня тоже хотите вызвать на дуэль, как лицо, встреченное у дверей ее комнаты?

Антуан нахмурился, потом все же решил, что не в его интересах ссориться с Бовьеном, пока не выяснено, не улучшились ли отношения отец-дочь, поэтому он даже выдавил из себя улыбку и сказал:

— Что вы, инор. Но возможно, Николь захочет, чтобы к вашей компании присоединился и я? Уверен, ей нужна поддержка близкого человека.

— Да уж. С такой поддержкой любой близкий раньше срока окажется в гробу, — проворчал Франциск. — Антуана нужно принимать в маленьких количествах, тогда это смешно, а при слишком частых контактах с ним наступает передозировка и можно отравиться.

Еле слышное хрюканье показало, что Шарль все так же рядом и оценил высказывание призрака. Антуан завертел головой, пытаясь понять, почудился ли ему звук, и если нет, то откуда он пришел. Но то ли полог Шарля оказался куда сильнее, то ли Антуан проверил спустя рукава, но никаких воплей о подслушивающем Буле не воспоследовало. Впрочем, метка Шарля начала удаляться — наверняка решил наконец отправиться по своим делам.

— Николь, отделайся от него, — безапелляционно потребовал Франциск. — Мне с тобой еще на улицу выходить, это то еще испытание и без Антуана. А с ним я вообще могу окончательно упокоиться. Он действует на меня деструктивно.

— Антуан, мне очень жаль, но нет, — проворковала я, желая только одного, чтобы «жених» раз и навсегда исчез из моей жизни. — Это внутреннее дело меня и инора Бовьена.

— Вот именно, — радостно подтвердил упомянутый. — Всего хорошего, лорд Альвендуа.

А ведь он не забыл, что Антуан отказался помогать. Не забыл и сейчас искренне наслаждается замешательством, написанным на породистом лице почти зятя. Но от «почти» до «полностью» дорога не всегда короткая, а некоторым ее вообще не удается пройти до конца. Антуану так точно не удастся.

— Николь, — все же сделал он попытку, вложив как можно больше укора в голос, — ты же знаешь, твои проблемы — мои проблемы, а значит, и принимать участие в переговорах я тоже должен.

— О каких переговорах вы толкуете, лорд Альвендуа, — поморщился Бовьен. — Обычный разговор отца с дочерью. Поверьте, посредники нам не нужны.

«Вы лишний» показывал весь его вид, и было это настолько кстати, что я подчеркнуто взяла отца под руку, лишь кивнув на прощание Антуану, который состроил обиженную физиономию, но с нами не отправился. Побоялся, наверное, что если вызовет на дуэль еще и Бовьена, о хороших отношениях со мной можно забыть надолго, если не навсегда. Интересно, натравит ли он опять на нас Вивиану? Его сестра обладала потрясающим умением наткнуться как бы случайно и потом не отлипать до того момента, который сама посчитает нужным. Не то чтобы у нас с Бовьеном намечались какие-то тайны, но посторонние свидетели нежелательны.

Семейство Альвендуа занимало меня недолго. Куда больше привлекал сверток в веселеньких розочках, который оказался теперь совсем близко. По форме он напоминал то ли коробку, то ли книгу. Скорее, книгу — все же такие плоские коробки используются редко. Бовьен не торопился его отдавать, да и говорить что-то еще тоже не торопился. Он важно молчал, поворачивая то направо, то налево, так что у меня появилось подозрение, что подарок — всего лишь приманка для глупой меня. Впрочем, подозрения быстро рассеялись, когда мы оказались у входа в кафе, этакого кафе без времени. Уверена, и пятьдесят лет назад, и сто здесь были те же добротные дубовые столы, крытые грубыми скатертями с простенькой вышивкой. Если даже мама здесь действительно бывала и любила это место, то мне оно все равно не понравилось. Возможно, потому, что за одним из столиков сидел мэтр Фаро с доброй отеческой улыбкой и пил что-то из высокого бокала темного стекла.

— Леди де Кибо, инор Бовьен, какая приятная неожиданность, — сказал он так, что сразу стало понятно — неожиданностью тут и не пахнет. — Рад, что вы наконец нашли общий язык. Надеюсь, вы составите компанию несчастному больному старику.

— Конечно, конечно, — залебезил Бовьен.

— Не вижу здесь несчастных больных стариков, — насупилась я. — Вот интриганов, полных жизни и здоровья — аж двоих.

— Огонек, — шокированно прошептал Франциск, — так говорить с главой Магического Совета по меньшей мере неблагоразумно. Ты не должна вызывать у него ни малейших подозрений.

Возможно, это было неблагоразумно, но мне так надоели эти игры вокруг меня, что ни малейшего раскаяния я не испытывала. Тем более что в любом случае, уверена, Фаро меня подозревает даже в том, что мне и в голову никогда не придет. Почему я не могу спокойно учиться, как хотела? То призраки со своими неотложными нуждами, то Антуан со своими дурацкими дуэлями, то глава Магического Совета со своими подозрениями…

Тем временем Фаро все с той же доброй улыбкой заявил:

— Льстите, леди де Кибо. Можно сказать, безбожно льстите. Я уже отнюдь не молод, а здоровья с шамборскими магами не напасешься. — Он притворно вздохнул. — Совсем у меня не осталось этого здоровья, того и гляди, уйду за Грань. Но не будем о грустном. Присаживайтесь. Что будете есть?

— Огонек, тебя обложили, — печально заметил Франциск. — Придется выслушать, что хочет сказать этот не слишком достойный инор.

Я оглянулась на Бовьена, тот чуть смущенно развел руками, показывая, что сам — лицо подневольное, но встал так, что сомнений не было: просто так, без разговора, не уйти. Возможно, в кафе сидели и подчиненные главы Совета, уж слишком усиленно все делали вид, что ничего не происходит. Я тоже притворилась, что все идет по плану, доверчиво улыбнулась Фаро и аккуратно села на стул рядом с ним.

— А что вы посоветуете? Уверена, в местном меню вы разбираетесь куда лучше инора Бовьена.

— Вашего отца, — укоризненно поправил Фаро.

— Инора Бовьена, — повторила я, не забывая улыбаться. — Извините, мэтр Фаро, но отцом надо быть, а не считаться.