Выбор Зверя - Эми Мун

— Два «Белых русских», сет Б-52, сырная и мясная нарезка, — с дежурной улыбкой отрапортовала Мэл.

На ее скромную персону ожидаемо последовало ноль реакции. Мужчины были заняты новым шоу и, судя по всему, успели мысленно оттрахать каждую из полуголых девиц, трущихся друг о друга на сцене.

— Что скажешь насчет той беленькой? — кряхтел один из амбалов, ослабляя черную удавку галстука.

— Неплохо, — капал слюной его то ли друг, то ли напарник. — Только жопа плоская. Может, вот ту, со стрижкой? Или сразу двоих…

— Желаете чего-нибудь еще? — тактично осведомилась Мэл. Ответом стал недовольный взгляд и движение, будто мужчина отгонял назойливую муху.

В самом деле, кому интересна официантка, сверкавшая белым ошейником-чокером? Правила в клубе строго ограничивали деятельность обслуживающего персонала. За порогом — пожалуйста, прыгай хоть на всех в подряд, а тут будь любезна работать. Для развлечения имелись танцовщицы, если, конечно, девушки соглашались на «подработку». Подруга не соврала — директор оказался нормальным мужиком, и борделя из своего клуба не устраивал. Даже странно, с учетом уровня заведения.

Удобно перехватив поднос, Мэл направилась в кухню. Ступни уже не болели — поразительно быстро привыкнув к шпилькам-ходулям, но вот мозоли… Да еще корсет этот неудобный.

— Эй, Мэл, возьмешь мой сектор? — окликнула ее одна из коллег. — Сил нет, отойти надо. А туда как раз клиенты завалились.

— Конечно, Жасмин. Беги.

Сильной дружбы между официантками не водилось, но Жасмин вполне нормальная девушка. В самом начале она охотнее всего подсказывала что к чему, не пытаясь при этом сесть на шею. Мэл доброту помнила и отвечала взаимностью.

— Здравствуйте, меня зовут Мэл. Что будете заказывать?

Три неприятно липких взгляда облизали ее с ног до головы и застряли в декольте. Неприятно, но уже привычно.

— А что бы ты предложила, детка?

Фраза звучала настолько двусмысленно, что  Мэл передернуло.

— Сегодня у нас действует особое предложение…

Пока она перечисляла  пункты меню, все трое лапали ее взглядом. Такое уже случалось и заканчивалось ничем, но каждый раз Мэл нервничала. Хотелось одернуть короткую юбку и крикнуть на весь зал что-то вроде «Эй, в пяти футах голые задницы! Вау, какие шикарные!», но приходилось перечислять коктейли.

Один из мужчин — латиноамериканец, сидевший по центру — сбивал особенно сильно. С Мэл семь потов сошло, а уверенность в том, что вместо коктейля закажут ее, превратилась в железную удавку, мешавшую говорить. Стоит ей замолкнуть, и…

— Бутылку лучшего виски в вашем баре, спасибо.

Вот как. Мэл обругала себя дурой и параноиком. Навесила ярлыков с ходу, а тут просто бутылка виски. И даже поблагодарили.  Возможно, перепадет чаевых.

— Бутылку лучшего виски, — продублировала заказ, — одну минуту...

Дальнейший вечер прошел без происшествий. Разве что Джес опять решила задержаться — наверняка нашла себе новую большую любовь. Вчера подруга тоже отсутствовала. Приползла только к обеду, помятая и уставшая. Буркнула дежурное приветствие и завалилась спать.

Такое повторялось стабильно пару раз в год. И, может, Мэл искала бы новую соседку, но Джес имела пару весомых плюсов. Во-первых — аккуратность. График уборки соблюдался более или менее точно. Свои модные шмотки девушка хранила в шкафу, а не на креслах, и посуду не оставляла, где попало. Кроме любимой кружки, конечно. Вот эта посудина кочевала по всей квартире, но с кружкой Мэл могла смириться.

— Мать меня порола за каждую крошку, упавшую на стол, — поделилась как-то. — А если вещи лежали не по линейке… Вот, — показывала на тонкий шрам у виска, — сила материнской любви. Я чуть копыта не отбросила.

Это, собственно, и было во-вторых: им обеим досталось не слишком радужное детство. Семья Джес хоть и была полной, но оба родителя оказались хлеще не бывает. Религиозные до мозга костей, они истово соблюдали только одно правило: детей нужно учить розгами. Вишенкой на торте стала попытка папаши подложить бесноватую дочь под их местного «праведника»-настоятеля. Джес тоже сбежала, только не в восемнадцать, а в пятнадцать лет.

На фоне этого собственная семья казалась Мэл образцовой. Подумаешь, мать считает ее ошибкой юности, а отчим иногда срывается бранью и подзатыльником. Какая мелочь.

Распрощавшись с девочками, Мэл поспешила на выход

— На такси или пешком? — осведомился зевающий охранник. Тоже, кстати, хороший парень. Всегда машину закажет или вмешается, чуть что.

— Спасибо, Пит, я вызвала машину.

Теперь деньги звенели в кошельке куда чаще, а накопления росли гораздо быстрее. Пожалуй, все-таки стоит сказать Джес спасибо. И начнет она с приготовления вкусного ужина. Надо отметить полгода в качестве официантки.

* * *

Молчание нервировало. Больше всего Джес сейчас хотелось отмотать на несколько дней назад и отказаться от предложения бойфренда «порулить самой». Идиотка,  чем она думала? Точно не головой…

— Не пойдет, — скупо обронил один из мужчин, когда такси с русоволосой официанткой исчезло с радаров.  — Один геморрой, никакого выхлопа.

Внутри все оборвалось. Месяц отработки она просто не выдержит! Не сможет! Хватило одного дня, чтобы чувствовать себя последней шлюхой. И это с ней пока не развлеклись по полной программе.

— Она еще целка! Ваш босс…

— Умолкни. Я знаю, что любит наш босс. И что он не любит. Так вот, прятать тело, когда вся полиция на ушах — этого он НЕ любит, усекла, малышка? За свой косяк отработаешь сама.

Задницу больно ухватили крепкие пальцы. Взвизгнув, Джес шарахнулась в сторону, но в тесном салоне фургончика бегай, не бегай — далеко не убежишь. Ее быстро поймали и дернули на колени, тут же задирая юбку. К горлу подкатила тошнота.