Няня для дракона - Аллу Сант

Герхард

Я с удивлением открываю глаза: удивительное чувство бодрости и спокойствия во всем теле, странно? Что же это такое? Неужели я выспался? Да быть того не может!

Я роюсь в своих воспоминаниях: вот маменька, вот миленькая незнакомка, потом пошли пить с Людвигом, потом появилась эта незнакомка с желанием стырить банан, потом была катастрофа. ах, как она краснела, да я ей за такое визуальное удовольствие кучу бананов подарком вышлю.

Потом на меня грохнулась эта дурацкая статуя, а дальше ничего не помню.... Что произошло? Я в конце концов дракон! Да меня даже мраморным портиком не пришибить.. А тут провал.

— Вы проснулись, милорд? — пока я предавался воспоминаниям о вечере, точнее о той части, которую я совсем не помнил, Густав тенью скользнул в комнату, осмотревшись, я с удивлением осознал, что я в своей постели.

— Густав, я что, спал?

— Да, милорд, и крепко!

— А сколько по времени?

— Вы не поверите, но чуть больше суток!

— Да быть того не может! — в возбуждении подскочил на кровати. — Невероятно! Немедленно свяжись с его величеством по магофону, мне нужны подробности этого бала! Давай поторапливайся!

Густав тут же испарился, а я начал расхаживать по комнате, размышляя, что бы это все могло значить, и ожидая сигнала от Густава, что Людвиг на проводе. Я уже в нетерпении наматывал, кажется, сотый круг, когда Густав, наконец, с таким же невозмутимым выражением лица и, передвигаясь с обычной скоростью, занес в комнату магафон и прежде, чем подать мне трубку, пафосно сообщил: «Его величество на проводе». Вот зараза! Все, я передумал, не дам ему прибавки к зарплате, лучше в кабаке все пропью или вон, на оперных певичек спущу, говорят, в опере появилась новая прима. с выдающимся голосом, ну, и прочими прелестями, тоже крайне выдающимися, надо только убедиться, что Людвиг уже не успел ей сделать авансов, потому что против короля я, конечно, не попру.

— Людвиг, доброе утро! Расскажи мне, что произошло на балу!

— И тебе не хворать, подожди, сейчас отложу газету, а то боюсь пролить свой меланж(Тип утреннего кофе, считается нормой утром устроиться с чашечкой и неторопливо читать газеты. часа два или три)).

— А он еще не остыл? — не удержался я, знаю привычку Людвига проводить несколько часов по утру за кофе и утренними газетами, по мне, так пустая трата времени, но Людвигу нравилась почтенная неторопливость, и многие подданные стали следовать его примеру, что безмерно меня раздражало, ведь найти столик на террасе становилось с каждым днем все сложнее и сложнее, а все потому, что аристократические бездельники просиживали с одной чашкой часами, обмениваясь новостями и сплетнями. тьфу!

— Поверь мне, мой остывший меланж не сравнится с той феерической арией, которую ты устроил на балу!

— Арией? Ты о чем?

— Ты просто виртуозно храпел, кажется, одну из фуг Биетховена, но, к сожалению, мы не смогли точно разобрать какую именно, твоя матушка спохватилась раньше. а жаль.

Я постарался молча проглотить издевательства Людвига, а он, как назло, еще и разразился заразительным смехом, вот гад королевский!

— Так, объясни по-человечески, что произошло? Ты же сам знаешь, как давно я мучаюсь бессонницей, а тут сутки сна и без лекарей!

— Ну, все просто: та милашка, что так ретиво охотилась за бананом, случайно шарахнула тебя своей сырой магией, без злого умысла конечно, это даже тайная канцелярия может подтвердить, а ты и отключился! Конечно, странная реакция, особенно для дракона, но храпел ты с полным изяществом!