Ведьмочка в пролёте - Дарья Гусина

Я нарядилась во все черное, натянула оранжевые чулки с черными полосками и нахлобучила на голову острую атласную шляпу. Метлу сделала сама, из палки и собранных в парке сухих веточек. Не хватало только светящейся тыквы под мышку. Ну да лучшее — враг хорошего, и так нормально. Последними штрихами стали алая помада и тушь для ресниц. Волосы у меня свои пышные и рыжие, я лишь слегка сбрызнула их лаком, чтобы подольше продержался эффект «непринужденной растрепанности».

— Вылитая ведьма, — фыркнула Вероника. — Смотри, чтобы настоящие за свою не приняли.

Я рассмеялась, но несколько натянуто: всплыло воспоминание о таинственном длинноволосом незнакомце.

— Сама на всем экономишь, а на фигню потратилась, — недовольно заметила практичная Светка.

Я только пожала плечами. Ну как объяснить девчонкам, что я в детстве не наигралась? До сих пор у витрин с игрушками останавливаюсь. Да и празднование Хэллоуина — одно из немногих воспоминаний из детства. Мама почему-то очень любила этот праздник, даже готовила тыквенный пирог.

— Све-е-ет! — принялась канючить я. — У тебя же есть старый медный котелок. Дай поносить. Для цельности образа.

— Да бери уже! — воскликнула соседка по комнате. — Можешь даже на голову нахлобучить, вместо шапочки из фольги! Не помни только! Мне в нем еще варенье варить.

— На улицу пойдете, костры жечь? Накидку возьми, — посоветовала Верника. — Похолодало просто по-зимнему. Наверное, действительно раскол сезонов.

Влад пришел перед самой вечеринкой, когда общага уже начала ходить ходуном. Света и Вероника отправились к соседям смотреть ужастик. Мы остались в комнате вдвоем с Малышом. Мне было стыдно глядеть ему в глаза.

В дверь постучали, я открыла. Одет Влад был в черный костюм с галстуком. Рядом с чертями и мумиями, резвящимися в коридоре, смотрелся он дико. И рядом со мной тоже.

Я пренебрежительно фыркнула, осматривая его с головы до ног. Просто он делал то же самое, и я не могла не отзеркалить, из вредности.

— Иду на закрытую вечеринку, — процедил Турнаев в качестве объяснения.

— А я на открытую.

— Произведешь фурор, обещаю, — парень кисло улыбнулся. — Ну где он? Показывай.

— Малыш, кис-кис, — позвала я. — Не выходит почему-то.

Кот сидел под кроватью и тоже вредничал, что было немного странно. Обычно он с интересом приветствовал гостей.

— Дай я, — Турнаев раскрыл сумку с сетчатым боком и поставил ее на пол. Затем присел на одно колено, прокашлялся и обратился к кровати: — Кхе-кхе. Кис-кис. Послушай, дебо… котик. Я пришел за тобой. Со мной тебе будет лучше. Обещаю, что буду… — парень с досадой покосился на меня. — Эй, ты не могла бы выйти? Ты мешаешь… налаживанию контакта.

— Не могла бы! — отрезала я. — Я тебе не доверяю. Лучше старайся. Продолжай его уговаривать. Это так мило.

А мысленно решила: «Да, я не хочу с ним расставаться! Но котенку нужны хорошая еда, игрушки и настоящий дом, а я сама почти бездомная».

— Я обеспечу тебе комфортную жизнь, — продолжил Трунаев. — Ты ни в чем не будешь нуждаться.

— Прям как девушку уговариваешь, — хихикнула я. — Я подарю тебе звезду с неба, как сыр в масле станешь кататься и бла-бла-бла. А потом — суп с котом. Я ни на что не намекаю, если что, — это просто метафора.

Влад явственно скрипнул зубами и снова обратился к котенку:

— И тебе будет у меня хорошо, ведь мы на одной стороне.

Моему умилению не было предела. И я полностью уверовала в то, что Влад действительно любит кошек — даже немного смирилась с потерей Малыша.

Малыш тоже, видимо, решил снизойти: не спеша вышел из-под кровати, обошел Влада и переноску на полу, понюхал сумку и… одним прыжком взлетел на полку. Там он лег и вальяжно свесил вниз передние лапки с видом: ну-ну, продолжай.

— Но почему? — Турнаев покачал головой. — Почему ты хочешь остаться здесь?

— Не желает он к тебе, Турнаев, — вздохнула я. — Я, конечно, дико извиняюсь, и это вообще не в моих правилах, но ты можешь просто взять его на руки и посадить в сумку. Права кота, конечно, будут в некоторой мере нарушены, и когтями можешь схлопотать, однако…

— Ты ничего не понимаешь, длинноножка, — сказал Влад, не сводя глаз с котенка.

— Это… это такая порода, очень гордая и злопамятная. Он будет помнить мой поступок и через много лет.

— А-а-а, — с уважением протянула я.

— Подумай, — умоляюще протянул Турнаев, обращаясь к Малышу. — Ну что тебе здесь светит? А там — свобода, нормальная еда… охота.

— У вас дома мыши водятся? — не замедлила полюбопытствовать я, несколько уязвленно.

Что Малышу здесь светит? Всего лишь любовь и уважение. Малыш тем временем откровенно зевнул, показав темную (а не розовую, как у обычных кошек — почему, интересно?) пасть. Наш человек!

— Не убедил ты его, — сладким тоном проговорила я. — Еще аргументы есть?

— Ты! Как тебя там?! Аделаида, помолчи, а! — взревел третьекурсник.

Малыш вскочил, обронив с полки несколько учебников, и зашипел, выгнувшись. Турнаев тут же сник, даже голову опустил. Происходящее все больше вгоняло меня в ступор. Может, Влад того… кукухой поехал? Мало ли. Сейчас такое часто. Ходит человек среди обычных людей, коммуникацию какую-никакую даже осуществляет, а потом — бац! — как выдаст что-нибудь! Например, начнет с кошками разговаривать. Тогда я тоже… того. Я ведь с Малышом целые беседы веду.

Влад смотрел на Малыша, Малыш, подняв шерсть и нервно стукая по бокам трогательным, распушенным хвостиком, «грозно» взирал на Влада.

— Не надо. Я все понял. Хорошо, — смиренно проговорил парень. — Оставайся здесь, раз выбор сделан. Я помогу.

— Но… — осмелилась вякнуть я.

— Слушай, Ада…

— Я Ида.

— Короче, Ада, — сказал Турнаев, поднимаясь. — Зря ты сразу не сказала, кто ты. Я так понимаю, ты очень любишь над людьми прикалываться. Ну да, ну да, хорошеньким девчонкам вечно все с рук сходит, верно? Ладно, я не в обиде, Хэллоуин все-таки. Ты действительно такая… бедная?

— Я не бедная, у меня скромный доход, а в мировоззрении — минимализм и антипотребительство!

— Ага, понял. Поэтому тебя не обучили нормально? Из-за того, что родителей нет?

— Да я школу почти с медалью закончила… медной!

— Обычную?

— Да! — рявкнула я. — И что такого? Не все в лицеях штаны протирают! При чем тут мое образование?

— Вот… деньги, — псих достал несколько купюр из стильного кожаного кошелька.