Мой огненный мужчина - Ольга Шерстобитова

– Нащупать, ты хотел сказать.

– Я прекрасно вижу в темноте. Хоть какой-то плюс от мутации.

Я с облегчением выдохнула. Раз незнакомец меня разглядел и нормально реагирует, значит, никаких крыльев не видит. И их точно не было. Почудились… Сейчас я даже не знала, огорчиться этому или наоборот обрадоваться тому, что не случилось.

Но боль не давала нормально думать. Я старалась не стонать и не плакать. На это и уходили почти все мои силы.

Паренек же практически сразу нашел мою ногу, осторожно надавил в нескольких местах. Я не удержалась и всхлипнула.

– Все плохо? – уточнила, вытирая слезы.

– Вывиха и перелома нет, но имеется опухоль. Знатно ты ушиблась. Космическая бездна побери этих гиаштов!

– Это я должна на них ругаться, а не ты.

Кажется, он усмехнулся.

– Раньше рассвета мы отсюда не выберемся. Выход, через который я пришел, спрятан в пещере на берегу озера. Ночью его затапливает. Как не создавай защитный купол, а влияние двух лун и отливы с приливами земляне так и не отрегулировали. То ли тогда знаний не хватило, то ли опыта. Поспи пока. Ты же наверняка устала.

Это верно. Да и потревоженная нога нещадно ныла.

Я снова закуталась в куртку, прижалась к пареньку, а затем, решившись, забралась к нему на колени. Пусть думает, что хочет. Так явно теплее. То, что он причинит мне зло, я не верила. Хотел бы, действовал сразу.

– Я даже отказываюсь это комментировать, – ехидно заметил мой незнакомец.

– Угу.

– И все же…

– Да, я – нахалка. И да, я испугана. И еще…

– Вообще-то я хотел сказать, что ты…

– Еще и странная, согласна.

– Удивительная, – выдал он и почему-то взъерошил мои волосы.

Я не ответила. Лишь потерлась щекой о его плечо. По-прежнему сильное и надежное. Усталость брала свое, и мне безумно хотелось спать.

– Ты не уйдешь?

– Ты мне и шанса не оставила, чтобы сбежать.

– Это хорошо, – прошептала я.

Он фыркнул и немного развернулся, устраиваясь поудобнее.

– Спасибо, что не бросил меня.

– Спи уже, – пробурчал в ответ.

– Ты, правда, не монстр, кто бы что не говорил. Не позволяй им убедить тебя в обратном! Ты сильный, смелый, добрый и…

– Ну все! Мое терпение на исходе.

– Опять будешь кидать огненные шарики? – встрепенулась я.

– Ты невыносима, знаешь об этом?

– Догадываюсь.

Несколько мгновений мы молчали, а потом вместе рассмеялись. Смех эхом отозвался от стен и, как ни странно, сделал пространство вокруг уютнее.

– Тебе нужен отдых. Совсем же из сил выбилась.

– Угу. Только обещай, что останешься со мной.

– Обещаю.

Я улыбнулась и положила голову ему на плечо, закрывая глаза. Впервые за последние дни мне было так хорошо и спокойно.

Шархат Антар.

Злость полыхала внутри, и как я не пытался ее приглушить, кожа горела, от нее шел жар, и изредка на кончиках пальцев вспыхивало пламя. Я слишком хорошо знал, что будет, если его не выпустить. В последний раз, даже не смотря на быструю регенерацию, которая, на мое счастье, прилагалась к способности, ожоги заживали почти сутки.

По-хорошему, мне по-прежнему нужен наставник. Тот, кто научит справляться с огнем, который горит внутри так, что порой кажется, там плавятся все внутренности. Но надежды, что однажды он появится, не имелось совсем.

В первый раз, когда я попал в приемник на Таир, помочь попытались двое энитейцев. Эта раса имеет высокое развитие, мгновенно усваивает любой язык и весьма дружелюбна. Их знания и умения постоянно совершенствуются и растут, поэтому шанс, что они справятся, тогда был.

Энитейцы сбежали на четвертый день, когда я шквалом огня разнес половину тренировочного полигона. Я умел сдерживаться и слушать объяснения, старательно учиться контролю, но не мог заставить их не бояться меня.

Были еще попытки, но безуспешные. Остальные желающие продержались и того меньше.

Когда меня в очередной раз вернула на Таир одна из приемных семей, я случайно набрел на заброшенную землянами станцию и нашел себе отличное место для тренировок. Раз за разом, пересиливая боль от ожогов, справляясь с откатом, который всегда приходил после всплеска силы, покрывая все внутри льдом, я обретал контроль над огнем.

А учитывая, с какой частотой я оказывался на Таире, почти начал считать эту планету своим домом. Череду приемных семей и приютов я в расчёт не брал. Чужие, незнакомые лица. Все они сначала пытались достучатся до меня, помочь и сделать вид, что станут моей семьей. Но едва стоило показать действие своей способности, эти желания и чувства затмевало одно-единственное – страх.

В этот раз на Таире я жил уже полгода. И каждый день ходил тренироваться. Сейчас пробирался к лазу почти бегом, потому что пламя билось внутри и в любой момент грозило вырваться. О чем думают эти энитейцы, когда все еще пытаются найти для меня семью? Я уже в ней не нуждаюсь!

Злость так и рвалась наружу, и я сорвался на бег, невольно отмечая, что часть кустов в этот раз поломана, будто кто-то блуждал по терновым зарослям. Наверняка, сумасшедший. Пробраться за купол никому из хищников невозможно. За этим следят. Значит, в колючки зачем-то полез кто-то из тех, кто попал в приемник.

Я нырнул в темный лаз, запетлял по коридорам. Наконец, вышел на площадку, где проводил тренировки, и глазам своим не поверил! На полу возле одной из стен лежала девчонка.

Подошел ближе.

Маленькая. Хрупкая. Длинные волосы грязные и спутанные, космический комбинезон превратился в клочья.

Сопит во сне и временами вздрагивает.

Что она тут вообще забыла?

Я с трудом удержал огонь. Несколько минут глубоко вдыхал и выдыхал, чтобы не сорваться. И только потом ее разбудил.

Злость почему-то практически сразу сошла на нет. Сложно злиться на того, кто нуждается в защите и ищет ее… в тебе. Когда она коснулась моей руки, я вздрогнул от неожиданности.

И не поверил, что на пальцах не вспыхнул огонь. И не вспыхнул я весь.

Уже даже не надеялся, что подобное возможно.

Пока я думал об этом, обнаружил, что девчонка ревет, уткнувшись в мое плечо.

Ну твою ж…

А огня нет. Вот совсем нет. Ни искры!

Темная непроглядная бездна! Как это вообще возможно?

И почему я не чувствую ни жара, ни боли, лишь какое-то странное тепло. Оно выворачивало душу наизнанку. И я не знал, что делать. Замер, прислушиваясь к неизвестным ощущениям. Осторожно коснулся волос девчонки. Я так отвык от этого! Просто кого-то касаться и не оставлять ожоги, не срываться, не видеть после ужас в чужих глазах, когда искал надежду.