Истинная по расчету - Ксения Тим

– Кто это? – Шепнула я уже вернувшемуся Тори, придвигавшему мне поднос с едой.

– Кто такой призрачный зельевар?! – слегка опешил Тори.

– Да ладно, – прогремело за спиной, – ты не знаешь знаменитого зельевара?

Марик, осознав, что здесь его не понимают, сел ко мне с другой стороны и начал свой рассказ:

– Призрачный зельевар, – начал он торжественно. – Имя неизвестно, возраст неизвестен, раса неизвестна.

– Говорят ему уже около пятидесяти, – вмешался Тори, не выдержав.

– Говорят – он эльф, – присоединился Ликус.

– А еще его уже лет пять как ищут, – отозвался Морин, присоединившийся к нам в столовой. Рядом с ним сидели уже почти все боевики-первокурсники.

– И все никак не найдут, – послышалось с другого конца стола.

– И даже не знают, где во всем королевстве искать.

– А ну тихо! – рявкнул Марик – центр внимания с него перелетел на сплетни, он решил вернуть этот центр обратно.

Я же тем временем доедала свой ужин и уже пожалела, что спросила о преступнике. Теперь мне хотелось и дослушать о преступлениях самого разыскиваемого персонажа в королевстве и письмо нужно было отправить.

– Что он такого сделал? – поторопила рассказчика я.

– Он распространяет запрещённые зелья по всему королевству, – зловещим громким шепотом поведал Марик, как будто рассказывал ужастик около костра. А ужастики он рассказывал жутко пугающие, до мурашек. Проверено практикой в темном лесу.

– И растворяется из ловушек как ветер, – подхватил Тори.

– Скорее продумывает все заранее, – поправил очки Морин.

– Хочешь сказать он умнее наших ищеек? – не выдержал Марик. Он всегда ревностно относился к этой профессии – сам хотел на такую службу.

– Я лишь предполагаю, – бесцветно ответил ботаник.

– Сыщики – лучшая профессия из…

Решив не слушать болтливого Марика и подорвавшись с места, в несколько шагов пересекла столовую, чтобы Тори не успел спохватиться и последовать за мной, вышла в пустынный коридор.

Письмо Элли лежало в сумке и торопило меня на выход в город. Захватив по дороге куртку, я спешила из академии к почтовому отделению в городе. В самой академии также имелась возможность отправлять письма, но в последние недели перед каникулами количество желающих становилось таким огромным, что, встав в очередь утром, отправишь письмо только в обед. И это при шестистах обучающихся. Всегда было интересно откуда столько берется.

Вообще же Мореская академия и в самом деле считалась небольшой по меркам столичных учебных заведений. Боевики, стихийники, ведьмы, артефакторы – это все специальности, доступные в заведении. Обучение было бесплатным, необходим был лишь дар, а вот после четырёх лет обучения нужно было погасить потраченные монеты на обучение либо отработкой, либо сразу закрыть по выпуску наличными. Я надеялась подзаработать и выплатить все сразу по выпуску.

По городу летела быстрее ледяного ветра, потому что не знала до какого часа работает отправка писем. Успела в последние пять минут до закрытия. Вот это повезло. Заметно поднявшееся настроение от такой мелочи стало мотиватором медленной прогулки до общежития.

Городок на окраине, которого возвышалась академия был небольшим и вполне себе тихим. В вечернее и ночное время, как сейчас, оживленными местами оставались только таверны и рестораны. Вся остальная часть активно жила до семи часов вечера зимой, а после словно вымирала. По сравнению с летним городом зимний замораживался вместе с первыми морозами. Или это только мне кажется сейчас?

Наступил уже же почти конец декабря – ещё неделя и все уедут на каникулы, конечно, сначала сдадут экзамены. Зима была довольно теплой и не слишком снежной – лишь покрыто небольшим покрывалом улицы, заносов нигде не находилось. Благодаря снегу тёмная ночь не была настолько темной, хотя магическое освещение было не везде. На первом же провале темноты меня и ограбили – резко дёрнули за мешочек с небольшим количеством монет и дали деру. Догнать воров не составило труда, и когда передо мной предстал правонарушитель я еле сдержалась от вскрика. Маленький мальчик, в лохмотьях, почти босой, худой – он напоминал меня ещё год назад.

– Я…я только на еду, – заикаясь проговорил он грязными губами.

Воришка протянул мне мешочек. Руки у него тряслись то ли от холода, то ли от голода, в любой момент он был готов дать деру.

– Там, где ты прячешься тепло, – пожалуй это первое, что меня интересовало. Он лишь коротко кивнул все ещё готовый бежать. – Ты один или есть ещё кто?

– Один, – задрожал ребенок от очередного порыва ветра и я, сняв свою куртку, одела на него чуть менее теплую кофту. Две стипендии откладывалась, но мальчонке она нужнее.

– У меня есть знакомый…

Я хотела его пристроить, чтобы он не пропал совсем в подворотнях, но малый оказался упрям.

– Я и сам смогу выжить, – перебил он меня, гордо вскинув подбородок. Прямо как я тогда…

– В том доме безопасно будет всю зиму? – продолжала допрос я, понимая, что упрямец никуда не пойдёт по моей указке.

– Да, только еды совсем нет, – он кутался в мою кофту, похоже действительно помогало, и приплясывал почти босыми ногами.

– Тогда я отдам тебе весь этот мешочек, – я ткнула на свои остатки стипендии…

Польше половины – должно хватить на месяц этому малышу.

– Но….

– Обещаешь, что если вдруг с тобой что-то случится или ты заболеешь – пойдёшь в лавку зельевара, скажешь «от Ники», тебе помогут бесплатно, – увидев огонёк протеста в глазах поспешила добавить, – или можешь отработать, когда вырастешь.

На что мальчик поджал губы и кивнул.

– Через неделю встретимся здесь в это же время, я принесу тебе ещё некоторые вещи, из которых боевики уже выросли и только выкинут при удобном случае, – мальчонка снова прищурился, ища подвох, но его здесь не было. Парни приезжали, в основном, хлюпиками и к концу семестра уже набирали мышечную массу и, разумеется, не помещались в некоторых своих вещах.

Объясняя все это, я серьезно смотрела на воришку, всем свои видом показывая, что вижу перед собой не ребенка – взрослого.

– Меня зовут Том, – неожиданно протянул мне руку ребенок.

– Ника, – взяла его за руку и пожала ее. Мальчик все еще опасался меня, было видно его напряжение и желание сорваться с места. – Я приду сюда через неделю.

– Я… – замешкался он, – я возьму вещи.

Помолчав еще с секунду, он убежал от меня на всей скорости, бросив напоследок «пока», усиленно скрывая улыбку, но я-то знаю, что она там пряталась. Надеюсь, до весны с ним ничего не случится, а дальше будет легче.

– Ника? – послышался за спиной знакомый голос.

– Куратор? – не поверила я ушам и обернулась. – Вы уже вернулись.