Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 2 - Григорий Володин

Мозг «дальнобойщика» прошивает псионический выстрел, и он послушно топает в служебную комнату. Остальные два бугая удивленно смотрят ему вслед.

— Отлить, может, пошел. — Кретины, что сказать. Всё еще не доходит. — Ладно…щенки, по-хорошему вы, видно, не понимаете, — они сжимают горилльи кулаки. — Сейчас мы вас научим уважать старших.

Я поднимаю указательный палец, и оба здоровяка замирают. Один с поднятым кулаком для замаха, другой с раскрытым ртом и высунутым языком. Прямо композиция «Будь бабуином, непобедимым!»

— Что ты с ними сделал? — с любопытством спрашивает Камила.

Брюнетка пристально осматривает истуканов с головы до ног.

Всё ей интересно. Хотя и она сама меня тоже волнует в какой-то мере. Девочка-имба как-никак. Целитель и воздушник в одном лице. Может, ли у этой крошки случиться и третье пробуждение?

— Управление сознанием, — пожимаю плечами. — Я «закрыл» им разумы, что для стороннего наблюдателя может показаться остановкой времени.

— Не выпендривайся, умник, — вскидывается Предякин. — Выпроводи этих остолопов уже вон, пока я не превратил их в куски льда.

— Не придумывай, Богдан, — фыркает Света, сложив руки на столе. — У тебя всего лишь первый уровень Воина-мага. Ты в жизнь не заморозишь живые ткани. Раз уж я, третий уровень, не могу воспламенить человека. Всё, на что хватит твоих сил, проткнуть этих индивидов ледяными пиками.

— И забрызгать здесь всё кровью? Когда мы собрались обедать? — хмурится Камила, со всей строгостью посмотрев на Айсмена. — Богдан, я о тебе была лучшего мнения. Хотя бы считала, что ты не лишен манер.

— Да…я…я…вовсе не собирался, — оправдывается побледневший дворянин.

— А раз не собирался, — с коварной улыбкой подводит черту Камила, — то и обсуждать здесь нечего. Даниил, выпроводи, пожалуйста, сударей с наших глаз.

Чертовка! Уже жалко ее будущего мужа! Она из него такие веревки будет вить! Особенно, если не повезет Предякину. У бедного Айсмена вообще нет никаких шансов.

Но «дальнобойщиков» я никуда пока не выпроваживаю, лишь отвожу в сторонку, дабы не фонили. Дожидаемся третьего товарища, который идет позади напуганного официанта с заказом. Тарелки на подносе чуть ли не ходят ходуном. Бедняга вообще не понимает, что происходит, но блюда принес, громила ведь настоял.

— Ваши заказы…. дамы и господа, — официант расставляет наш обед. — Я больше вам не нужен?

— Можете идти, — взмахиваю рукой, и он мигом испаряется.

— Скорострельный, — фыркает Гриша.

— Кстати, бармен тоже запропастился, — подмечает Света. — Ну здесь и обслуживание, скажу я вам.

— Даниил, теперь, думаю, можно и от зрителей избавиться, — напоминает Камила о своей просьбе.

— Теперь можно, — отправляю «дальнобойщиков» прочь. В головы им впихиваю желание поскорее убраться отсюда. — Приятного аппетита всем!

Неожиданно голос прорывается и у нашего преподавателя:

— Судари и сударыни, вы сможете есть после такого происшествия?

Я с недоумением на него смотрю:

— А, не волнуйтесь. Еда не отравлена. Я проверил сознание официанта.

— Мм, я не об этом, — качает головой учитель, сам не притрагиваясь к еде.

Тут в игру вступает Лена.

— Иосиф Альбертович, нам всем нужны силы. Ехать еще долго, прибудем поздно, и неизвестно сможем ли отыскать хорошее заведение рядом с общежитием.

Аргументы возымели эффект, и учитель нехотя берется за столовые приборы. Некоторое время слышно только тихий стук вилок и ножиков. Когда заканчиваем, официант сам появляется и уносит тарелки. Просим счет и расплачиваемся. Я беру на себя расходы Лены, за что меня награждают смущенной улыбкой и тихим: «Спасибо».

— Кажется, я поняла, что парням больше всего нравится в девушках, — произносит Света в сторону после того, как посмотрела на нас. — Беспомощность.

— Скорее уж, воспитанность, — ставлю ее на место, а то опять начала зарываться. — Ну что, раз все закончили, может пойдем? Дорога неблизкая.

Когда мы загружаемся и отправляемся, я скучающе смотрю в окно. Весь завтрашний день займет конференция. Мы с Леной немного выступим, но в основном придется просто смотреть на выступления других. Уныние и тягомотина. Надеюсь, я не умру от скуки.

* * *

— Итак, что вы конкретно обнаружили? — спрашивает директор лаборатории рода Змеевых.

В офисном помещении за большим лакированным столом собралось пять человек. Один в белом халате, трое в деловых костюмах.

— Антидот, — вздыхает один из «белых воротничков». — На «коровью смерть».

— На тот штамм, что мы разрабатываем тоже, — уточняет один из пары ученых.

Директор морщится, словно глотнул паленой водки.

— Допустим, — он принимается теребить черный кожаный браслет часов. — Но антидот же еще не выпущен в производство? Кто его придумал? Муравьевы? Коршуновы?

— Пауковы.

— Пауковы, Пауковы… — повторяет директор, вспоминая геральдику. — Фу-ух, это же мелкий род. У них нет собственного фармацевтического производства, — у мужчины появилась надежда. — Может, только маленькая лаборатория, хоть и это неожиданно. Значит, формулу будут кому-то продавать. Это недели переговоров и подписания контрактов. Успеем придумать, как уничтожить сведения.

— Господин, уже завтра формула будет предана публичной огласке, — вдруг заявляет «костюм».

— Что⁈ Как⁈ И зачем оглашать свои разработки⁈ Что за благотворительность?

— Школьная конференция, господин. Антидот разработала участница Кира Паукова, — объясняет подчиненный. — Поэтому мы и узнали о ней только сейчас. Наши промышленные шпионы даже не смотрели в сторону школ, их вниманием больше завладевали корпорации и лаборатории других родов.

— Да что вы мне заливаете⁈ — вскрикивает директор. — Как сложный антидот могла придумать школьница, вашу мать?

— Ей хватило навыков, это всё что мы знаем. И она замотивирована — у нее мать умерла от «коровьей смерти»….

— Ладно, — отмахивается директор. — Вы проверили? Этот антидот точно рабочий.

— Да, господин. Теоретически это может сработать. Риск стоит вмешательства.

— Где сейчас эта Паукова? Ее можно незаметно убрать?

— Боюсь, что в этом нет большого смысла. Диск с проектом уже передан в архив Академии прикладных проектов. Нужно убрать не только автора, но ликвидировать диск и уничтожить серверы, чтобы наверняка.

Директор задумывается, пальцы дергают ремешок кожаных часов.

— Мысль дельная. Тогда надо действовать, когда Паукова уже будет в Академии. Что это вообще за учреждение?

— Пермская Академия прикладной магии, господин. Мелкое образовательное учреждение. Живет на продажи собственных проектов. Обучаются только простолюдины. Преподавательский состав тоже лишен благородных представителей.

— Шарага, значит. Таких не жалко. Устройте видимость теракта. Убейте немного народу. Требуйте освободить Кавказ, что угодно, чтобы не подумали на Змеевых. Вы в этом, Дубакин, лучше меня разбираетесь, — обращается он высокому мужчине с мощным плечевым поясом.

— Какую группу выбрать для собрания?

— Самую лучшую, — решает директор. — Позовите Пастуха. Пусть он отвечает за оперативную работу.

Глава 3

Красный симпозиум

— Что за дерьмовые условия? — ворчит Пердя…простите, Предякин, оглядывая нашу комнату. — Я дворянин и должен жить в таком свинарнике?

— Моя, чур, посередине у стены, — пройдя мимо Айсмена, я кидаю сумку у кровати.

— Тогда я займу рядом с окном, — Гришка проходит вглубь комнаты.

Не знаю, чего Айсмен привередничает. Наверное, по привычке. Комната большая даже на троих: широченная, высокие потолки, три кровати, возле одной теперь — мой чемодан. Да и общежитие Академии прикладной магии, в целом, приличное. В здании два крыла — женское и мужское. Посередине лестница на второй этаж. Коридор пополам разделяет холл с панорамными окнами. Там плазма, диваны. Нормально, в общем.

До Перми мы добрались к темноте. Консьержка указала комнаты, затем в коридоре Иосиф Альбертович сделал нам внушение о «необходимости соблюдать моральный облик делегатов своей школы» и ушел к себе, почти сразу из-за двери зазвучал громкий храп. А вообще, мы и так не планировали чудить с девочками. Не сегодня точно. После конференции отпразднуем и отгуляем. Сейчас надо выспаться.

Предякин, округлив шары, смотрит, как мы с Гришей распаковываемся и достаем мыльные принадлежности.

— Я первый в душ, — шагаю в сторону ванной.

— Второй, — спокойно произносит Гриша.

— Совсем оборзел⁈ — гремит Предякин мне в спину. — Чтобы простолюдин свои порядки устанавливал⁈ Живо вернулся обратно и забрал свой чемодан с моей кровати. Я не буду спать у двери!

— Не шипи, — морщусь от громкого шума. — В этой комнате нет простолюдинов и дворян. Есть только соседи. И решает, кто где спит, простое правило.

— И какое же, простолюдин? — сжимает зубы Богдан.

— Кто первый встал, того и тапки.

— Что за бред⁈

— Слушай, Богдан, есть другой подход — сильный прав, — объясняю безэмоционально, как будто на автомате. Сказывается усталость с дороги. — Можем пойти этим путем. Хочешь? Без магии, на кулаках, чтобы никто