Тень Ястреба - Кертис Джоблинг

– Идти к побережью. Послать на остров Мога за стурмландскими пиратами. Если цена окажется подходящей, барон Боса может примкнуть к нам.

– Он никогда не ввяжется в драку, – с уверенностью заявил Вега. – Он убежденный сторонник нейтралитета.

Во время путешествия Вега рассказывал Гектору о лорде-ките Босе. Это был еще один старинный приятель отца Веги – похоже, лорды-акулы были хорошо известны во всех уголках Белого моря. Боса любил деньги, и потому, хотя он давным-давно перестал сам заниматься пиратством, многие морские разбойники до сих пор шли со своей добычей именно к старому Киту. Вега намеревался и сам навестить Босу, но теперь Гектор подумал о том, что разумнее, пожалуй, было бы держаться подальше от острова Мога.

Рэнсом покачал головой и сказал, грустно улыбнувшись:

– Твой старик, Вега, когда-то был дружен с Босой, но это было слишком давно. Оникс поставит Босу перед выбором – либо тот присоединится к нему, либо отправится на корм рыбам. Мир лордов-котов делится только на друзей и врагов, для тех, кто держит нейтралитет, в нем места нет.

Вега согнул в руках свою шпагу, обменялся взглядами с Гектором и Манфредом. Рэнсом с опаской покосился на шпагу.

– Если собираешься проткнуть меня, не тяни резину!

Вега убрал шпагу в ножны и с улыбкой ответил капитану «Левиафана»:

– Фиск был слишком надменным дураком, потому и получил свое. Ты другое дело, Рэнсом, тебя я уважаю. Не думаю, что тебе доставило большое удовольствие гоняться за «Мальстремом» и несколькими посудинами с сухопутными шпаками на борту. Я возвращаю тебе «Левиафан», твой экипаж и всех уцелевших матросов с «Трефового Туза» и «Дикого ската». Сами распоряжайтесь дальше своими жизнями. Не думаю, что ты станешь преследовать нас – не только потому, что твой корабль будет перегружен, но и потому, что прежде тебе нужно будет поставить новые паруса взамен сгоревших.

Рэнсом выглядел потрясенным.

– А я думал, что ты собираешься меня… э-э-э…

– Ты неверно подумал, – сказал Вега. – Но я советую тебе серьезно поразмыслить о своей дальнейшей судьбе и трижды подумать, прежде чем вновь присоединиться к охоте на «Мальстрем». И обещаю, что, если мы еще раз встретимся с тобой при таких же обстоятельствах, я не задумываясь и с огромным удовольствием проколю тебя и отправлю за борт на корм рыбам.

Рэнсом кивнул. Фиггис перерезал веревки, которыми был связан капитан «Левиафана», и тот поднялся на ноги.

– Ты меня больше не увидишь, – сказал Рэнсом, но Вега уже не слушал его, он повел верлордов на корму «Мальстрема».

Следом за Вегой направился и Гектор, пройдя по пути своих телохранителей, Ринглина и Айбела, служивших раньше его брату. Телохранители молча и коротко кивнули своему хозяину.

«Надо же, как ты их вымуштровал, – прошептал бес-Винсент. – Скажи, ты действительно доверяешь им?»

– Более чем, – прошептал Гектор, не сводя глаз с идущего впереди Веги. Гектор восхищался Вегой, единственным из друзей Дрю, который никогда не стеснялся спорить с остальными членами Совета Волка. Именно Вега оказался рядом с Гектором и помог ему, когда тот случайно убил своего брата, именно он уничтожил труп Винсента, спрятал концы в воду и всегда хранил молчание о том, что произошло.

Но с течением времени долг перед графом ложился на плечи юного магистра все более тяжелым бременем. Однажды Вега уже предал своих «друзей» – он бросил Хайклифф незащищенным с моря, когда Леопольд захватил трон, сместив прежнего короля-волка, старого Вергара. Мог ли Гектор полностью доверять Веге? Не продаст ли Вега Гектора, не выдаст ли он его мрачную тайну, если за это будет предложена хорошая цена? Мысль о том, что он в долгу перед кем-то, особенно перед лордом-акулой, становилась для Гектора непереносимой. Гектор должен расплатиться за свой должок и избавиться от зависимости от Веги.

Лорды собрались на квартердеке, приподнятой кормовой надстройке, вдали от суетившихся внизу матросов. Рэнсома с его людьми уже переправляли назад, на «Левиафан», остававшийся привязанным канатами к «Мальстрему». Все паруса на мачтах «Левиафана» сгорели, от них остались одни обугленные лохмотья.

– Пройдет несколько дней, пока он вновь сможет двигаться, – сказал Вега, рассматривая морскую карту, которую он разложил на приподнятой крышке люка.

– Вы понимаете, что он обо всем сразу же доложит своим хозяевам? – спросил Манфред.

– Не раньше, чем доберется до гавани, а на это уйдет немало времени.

– Берган действительно мертв? – неожиданно прошептал Гектор. Манфред и Вега посмотрели на него и мрачно кивнули.

– Упокой Бренн его душу, – сказал Манфред.

Вега положил ладонь на плечо Гектора, сжал его и сказал:

– Бергану хотелось бы, чтобы мы продолжали свое дело, Гектор. Нам нужно идти в Айсгарден.

– Значит, наш план остается в силе? – спросил лорд-олень.

– А как иначе? – сказал Гектор. – Мы должны встретиться с герцогом Генриком и узнать, на чьей он стороне.

– В таком случае, будем надеяться на его гостеприимство, – вздохнул Манфред. – В горах Уайтпикс сейчас должно быть много людей, бежавших туда от лордов-котов, прокатившихся через весь Вестланд. Думаю, туда же направляется и половина жителей Дейлиленда после того, как псы из Омира проторили себе дорожку сквозь Лиссию.

– Смерть, повсюду смерть, – прошептала Амелия, глядя влажными от слез глазами на карту. – Это безнадежно.

«А как ты думаешь, братец, по кому она сейчас плачет, по Лиссии или своему мертвому Льву?» – шепнул бес.

Гектор проигнорировал слова беса и поддержал королеву под локоть своей затянутой в черную перчатку ладонью. Амелия взглянула на юного лорда-кабана.

– Ваше величество, мы должны держаться вместе и быть сильными, – сказал Гектор. – Нам нужно показать людям, что им не следует идти в услужение лордам-котам и что у них есть выбор. И еще с нами Дрю – где бы он ни был, он жив, я верю в это.

Амелия настороженно посмотрела на рассматривающего карту Вегу.

– Вы не испытываете угрызений совести, граф? – спросила она. – Капитан Фиск был безоружен, вы могли заковать его в цепи. Вы не должны были убивать его.

– Прошу вас, ваше величество, не нужно оплакивать Фиска. Он был убийцей.

– Как и вы, Вега.

Граф оторвался от карты и кивнул головой.

– Да, как и я, ваше величество. Только я – убийца, который выступает на вашей стороне. Мы на войне. Смерть Фиска помогла развязать язык Рэнсому. Надеюсь, вы согласитесь с этим. И, пожалуйста, не нужно читать мне нравоучений на борту моего корабля. Кстати, короли, за которыми вы были замужем, тоже не боялись пролить кровь.

Амелия поежилась, высвободила свой локоть из руки Гектора и обернулась к своей фрейлине.

– Пойдемте, Бетвин, – сказала она. – Вернемся к себе в каюту. Мы не можем сойти с этого проклятого судна, но, тем не менее, имеем право сами выбирать себе компанию.