Ржевский 8 - Семён Афанасьев

Норимацу молниеносно присела и опустила лицо, делая вид, что завязывает распустившиеся шнурки правого ботинка. На самом деле японка тихо захрюкала, то ли уже веселясь без разбега, то ли в предвкушении грядущей веселухи.

— Интересно, как ты сейчас будешь выкручиваться, о муж наш, — с непрошибаемо серьёзным лицом изрекла Наджиб языком Залива. — Ещё более интересно, какие именно предложения ты изволил ей делать. Впрочем, сейчас узнаю из первоисточника, — она ехидно пощёлкала пальцами и кротко наклонила голову к плечу.

— А уж как мне это интересно! — озадаченно, но искренне ответил блондин. — Впрочем, какого чёрта, — дальше он сменил язык на родной. — Дело в следующем, поясняю. У меня в конце той недели конфликт с менталистом возник, часть памяти в итоге испарилась. Я Насте рассказывал, — он ткнул пальцем в полицейскую. — В этой связи сходу мои извинения: о каких именно предложениях идёт речь? Вдогонку второй вопрос: ты кто? Сиськи зачётные, отдаю должное и геометрической конфигурации, и коэффициентам плотности, — супруг как ни в чём ни бывало оттопырил большой палец от кулака. — Я — Дмитрий Ржевский, но ты это, наверное, и так знаешь. Рекомендуюсь собственной персоной, — щелчок каблуками не заставил себя долго ждать.

— Хочет вы**ать, — заключила Наджиб вслух по-японски. — При родных жёнах без стыда демонстрирует, гад похотливый.

— Браво, — раздалось снизу на нихонго же, в перерыве между похрюкиваниями (японка продолжала теребить правый ботинок). — С меня сейчас даже дзен слетит, а-ха-ха.

— Обидно, — без перехода и без видимых эмоций выдала высокая гостья в ответ супругу. — Вот так летишь на край света, как дура. Перед этим ночей не спишь в колебаниях — да или нет. А парень, делавший предложение, банально отказывается от своих слов!

Мадина поймала себя на том, что находится в двойственной ситуации.

С одной стороны, интересы семьи и Дмитрия требовали немедленно вмешаться: условная коллега из-за моря, сказать мягко, очень вольно трактовала имевшие место события, что прямо вытекало из её памяти.

К тому же она откровенно нацелилась на манипуляцию — преднамеренно, осознанно, попирая интересы второй стороны переговоров.

А с другой стороны, кое-кто Книгу цитировал с таким энтузиазмом, указывая жене на её место, что охота оставить разгребать самостоятельно.

И как тут поступить?

Пока она колебалась (внешне, впрочем, плотно удерживая мужа под руку), потомок скандального кавалериста за словом в карман не полез:

— Я даю своё честное слово, что менталист и конфликт — не выдумка. Анастасия как сотрудница полиции наверняка может подтвердить: типа переехало машиной на моих глазах, её коллеги видели и со мной там разговаривали.

— Хм.

— Именно после этого момента я обнаружил, что части воспоминаний не хватает, — блондин упёр палец себе в висок.

— Занятная штука — это слово Ржевского, — заметила Норимацу по-русски, выпрямляясь.

Видимо, справилась наконец с приступом неуместного веселья.

— Вроде и руками не пощупаешь, а оно есть, — продолжила японка.

Вяземская единственная из присутствующих напряжённо хлопала глазами, глядя то на Дмитрия, то на свою спутницу. Прочие же походили на игроков в шахматы перед следующим ходом.

— Итак, о каком предложении идёт речь? — напомнил о своём вопросе наследник гусарской фамилии.

— Хоть в панику впадай, — меланхолично парировала Елена, проходя по дорожке внутрь ограды. — Когда воображаемые в мечтах хрустальные замки безжалостно рассыпаются на фрагменты в одно мгновение.

— А иллюзии вообще до добра редко доводят, — Ржевский с доброжелательным лицом и холодными глазами смотрелся занимательно. — За них в жизни дороже всего платить приходится. Ты не ответила на вопрос: ты кто?

— Лена. — Гостья, оказавшись под не совсем прозрачным снаружи защитным куполом, принялась по-хозяйски оглядываться по сторонам. — И ты предлагал мне какое-то время пожить у тебя в качестве официальной спутницы. Правда, тогда в твоём имении, кажется, деревянные избы были. О, а неплохо вы тут… — она осеклась и недоговорила.

— У неё в семье небольшие проблемы, — наконец подала голос Вяземская. — Ржевский, веришь, я бы в жизни по доброй воле к тебе не притопала, особенно после той стрельбы. Ты правда и её не помнишь⁈

— Слово, — лаконично кивнул блондин. — Хотя её контакт в браслете сохранён, — он без затей подвесил в воздухе маго-грамму «Лена, Сиськи». — Елена, можно откровенный вопрос?

— Смотря насколько откровенный, — большегрудая и сексапильная, чего греха таить, фемина весьма убедительно отыгрывала модельную бомбу, про себя нервничая из-за полной недоступности мозгов собеседника.

Наджиб злорадно ухмыльнулась: профессиональные обломы на их поприще, они такие. Бац — и неожиданный поворот событий.

В следующую секунду Мадина откровенно призналась себе, что ревнует.

— Вопрос будет в рамках гендерных приличий, — пообещал тем временем Ржевский.

— Слушаю. — Елена свернула с дорожки, обходя строящееся здание по дуге и внимательно фиксируя абсолютно все мелочи на участке.

Да она даже не стесняется, возмутилась в душе южанка. Вот стерва.

— Хотел поинтересоваться: что случилось с вашими основными агентурными сетями? Если персона твоего уровня вон, дублирующие лично шевелить приехала?

После вопроса мужа вся процессия остановилась, не сговариваясь, как вкопанная.

— И правда, не об интиме, — Норимацу легко удивилась, затем без перехода скользнула в дзен, превращаясь в невозмутимую.

— Не поняла? — контроль мимики гостьи дал сбой на мгновение.

Мадина позлорадствовала сильнее, попутно удивляясь: как? Дмитрий-то как понял? Точнее, каким образом узнал?

Его слову она доверяла безоговорочно, а он не раз за минуту заявил, что в памяти о визитёрше нет ничего.

— Ну-у-у, если августейшая особа твоего уровня, — потомок одиозного кавалериста окинул Елену масляным взглядом, — является к хлипкому и ненадёжному контакту типа меня, ещё и лично, это может говорить только об одном.

— О чём? — Вяземская, широко разинув глаза и рот, таращилась беременным тараканом то на хозяина имения, то на подругу.

— Основные агентурные сети задачу не тянут, — доброжелательно подсказал Ржевский. — В другой ситуации я бы предположил, что на конкретного исполнителя начальство наседает, — он ткнул пальцем в заезжую менталистку. — Но какое может быть начальство у особы королевской крови?

— Ты же говоришь, что меня совсем не помнишь? — спокойно уточнила та.

— Я и не помню, — фыркнул блондин. — Насчёт твоей личности жёны просветили, дай им бог здоровья. Но ты всё равно сама представься, хорошо?

— Ж Ё Н Ы⁈ — Елена, видимо, была не сильна в контроле мимики в принципе, судя по вытянувшейся физиономии.

Ну либо неожиданная эвристическая задача вовсю жрёт ментальный ресурс, кивнула самой себе Наджиб.

В следующую секунду она помахала рукой и изобразила ангельскую улыбку:

— Меня зовут Мадина, я Димина первая жена. Очень приятно с тобой познакомиться.

— Норимацу, Шу, —